Чтение онлайн

Локлон не стал долго раздумывать. С воплем Джойхиния налетела на ближайшего защитника. Испуганный солдат поднял клинок и с изумлением увидел, как она сама напоролась на клинок, благословляя боль, пронзившую ее тело — тело старой женщины, от пут которого Локлон внезапно захотел освободиться.

— Нет! — услышал он яростный крик Р'шейл, сообразившей, что он задумал. Но ее предостерегающий крик запоздал, к тому же, может быть, она одна здесь понимала, что происходит. Защитник отдернул меч, и с облегченной улыбкой она упала на землю.

— Брэк! Помоги мне! Не дай ему умереть! — кричала Р'шейл, подбегая к Верховной сестре. Она беспомощно упала

на колени перед телом своей приемной матери.

Джойхиния умерла не сразу. Может быть, старая сука и была безмозглой, но ее тело крепко держалось за жизнь. На мгновение Локлон испугался, что рана окажется не смертельной. Это была бы мрачная шутка — выжить, пойманному в старом разрушенном теле, объятом болью. Р'шейл схватила ее за плечи и яростно затрясла обвисшее тело, но оно уже угасало — угасало слишком быстро для того, чтобы Р'шейл успела призвать силу и удержать жизнь в старом теле Джойхинии. Через красную пелену боли Локлон видел ее взгляд, полный ярости и разочарования: ведь он украл у нее то, чего она хотела больше всего на свете, — свою смерть.

Потом он почувствовал внезапный рывок, словно невидимая гигантская рука раздирала его в клочья, выворачивая наизнанку. Его окутала тьма, и он испустил беззвучный победный крик. Джойхиния Тенраган умерла.

В ночь перед казнью Тарджа спал на удивление крепко. Может быть, оттого, что впервые за долгое время он наконец вымылся. Или оттого, что грядущее казалось настолько неизбежным, что он перестал о нем думать.

Но так или иначе на рассвете он проснулся, чувствуя себя отлично отдохнувшим. Не верилось, что через несколько часов он, скорее всего, будет уже мертв. Когда маленький квадрат неба, видневшегося через единственное окошко камеры, из красного стал голубым, он оделся в форму, оставленную ему Андоном, и присел, ожидая развития событий. Ничего, кроме кристально прозрачного спокойствия, он не чувствовал.

Продолжалось это недолго. За дверью послышались голоса, раздались звуки схватки, и дверь в его камеру распахнулась. Вошел молодой человек в форме капитана защитников, глубоко дыша и улыбаясь дурацкой улыбкой.

— Капитан Тенраган, сэр! Комендант Уорнер посылает вам свои поклоны и просит осведомиться, не откажетесь ли вы от повешения ради хорошей схватки, сэр? Ах да, еще вам просила передать привет Р'шейл.

Тарджа уставился на юношу. Удивляться он не мог. Он уже довольно давно перестал изумляться своей способности избегать неизбежной смерти — с того раза, как лег спать разбитым от усталости, а проснулся полностью исцеленным в одной из темниц в этом же здании. Это было около года назад. И время, когда он мог поражаться способности Р'шейл появляться там, где ее меньше всего ждут, тоже давно миновало. Она вытаскивала его из беды почти так же часто, как втравливала в очередную неприятность. Но он испытывал облегчение оттого, что сейчас ее здесь нет. Он был готов к смерти, но не чувствовал готовности встретиться с Р'шейл.

— Найди мне меч.

Капитан рассмеялся и кинул Тардже свой собственный клинок. Он явно наслаждался ситуацией.

Тарджа поймал меч и вслед за капитаном вышел из темницы.

Сэр Андон и его люди были построены лицами к стене; группа защитников уже разоружила их. Молодой кариенский рыцарь ошеломленно увидел, как из дверей темницы появляется Тарджа, и попытался повернуться, но защитник, стоящий возле него, толкнул его обратно к стене.

— Далеко

ли собрался? — кинул он через плечо.

— Изрядно, — ответил Тарджа с усмешкой, поймав настроение окружающих его защитников. Видно было, что все они наслаждаются ситуацией. Эти люди не привыкли к поражениям, и все время, пока кариенцы владычествовали над Цитаделью, чувствовали себя как на медленном огне. Теперь, наконец, они взяли инициативу в свои руки, и ни один из них не мог скрыть ликования.

— Что ты собираешься с ними делать, капитан?

— Запру их пока что в темницы, — ответил юноша. — А зовут меня Симин. Ты, наверное, меня не помнишь. Я был в лейтенантах, когда ты…

— Когда я дезертировал? Все в порядке, Симин, так и говори.

— Да просто я не хотел, чтобы это звучало… ну, ты понимаешь…

Тарджа улыбнулся, видя его замешательство.

— Да. Я понимаю.

— У вас ничего не выйдет! — выпалил Андон на ломаном медалонском. Тарджа поглядел на него и покачал головой.

— Сэр Андон, почем бы вам не заткнуться, — сказал он на кариенском, — пока я сам вас не заткнул.

— Убей меня, если хочешь, — воскликнул Андон народном языке. Ему не хватало медалонских слов, чтобы выразить обуревающие его чувства. — Меня примут в доме Всевышнего! А ты навеки канешь в ледяном океане отчаяния! Неужели ты думаешь, что мы не предусмотрели подобного развития событий? Цитадель, должно быть, уже полна нашими войсками. Вам не уйти дальше двери этого дома.

— Ну, это уже наши проблемы. — Он повернулся к Симину. — Есть у нас план, как выбраться отсюда? — спросил он по-медалонски.

— Мы отбили у них всю Цитадель, — ликующе ответил Симин. — Городские ворота заперты, и к данной минуте мы уже, наверное, заняли все ключевые точки в городе. Теперь нам пора, нужно освободить лорда Дженгу.

— Где его держат?

— Мы думали, что там же, где и тебя, но, видимо, его куда-то перевели.

Тарджа нахмурился. Отшвырнув перевернутый стул, он взял Андона за плечи и развернул его лицом к себе.

— Куда вы дели Лорда Защитника?

— Вали в преисподнюю, безбожная свинья!

Другой реакции Тарджа, собственно, и не ожидал. Андон весь сжался, ожидая удара. Но Тарджа понимал, что это была бы пустая трата времени. Андон хотел пострадать за Всевышнего. Смерть означала для него просто скорую встречу со своим богом. «Но если он не станет говорить под угрозой смерти, может быть, страх осквернить свою душу заставит его разговориться», — подумал Тарджа.

— Симин, ты говоришь, что Р'шейл здесь?

— Да, сэр.

— Наверное, мы попросим дитя демона пообщаться с сиром Андоном, — сказал он по-кариенски, чтобы рыцарь вернее понял его. — Как ты думаешь, долго ли ей растлить его душу?

Симин ничего не понимал, а вот Андон сразу побледнел.

— Никакой харшинской ведьме не отвратить меня от Всевышнего!

— Но это не какая-то харшинская ведьма, Андон, — грозно сообщил Тарджа. — Это дитя демона. Она воплощение зла. Она сможет отвратить тебя от Всевышнего одним взглядом. Если она прикоснется к тебе, то твоя душа навсегда достанется ей. Ты не можешь противостоять ей. Даже Хафиста боится ее. Один взгляд дитя демона, и ты навеки будешь ввергнут в океан отчаяния. — Андон испуганно распахнул глаза. Тарджа не мог до конца поверить, что взрослый человек может быть так доверчив, но ему пришлось поблагодарить про себя Хафисту за то, что он сделал своих последователей такими внушаемыми. — Ты не хочешь рассказать мне, где вы держите Лорда Защитника?