Чтение онлайн

– Ну да, ну да, - пояснил Хейко Салинг, перехватив их взгляды. – Я прямо с «лифтового» батискафа, времени в обрез, надо еще успеть на «Звезду Франка».

Он уселся на свободный стул, искоса, с плохо скрываемым нетерпением взглянул на папку под рукой Крамневского.

– Это оно? – с жадным любопытством спросил представитель заказчика.

– Да, - Илион придвинул папку к Салингу.

– Быстро, очень быстро, мы не ожидали, - прокомментировал тот, перелистывая тощую стопку листов, исписанных попеременно мелким четким почерком Крамневского и размашистыми каракулями Шафрана. – Не получилось?

–

Почему же, - удивился Илион. – Не получилось бы, так и не передали бы ничего.

– Все в лучшем виде, - добавил Шафран.

– Но… как?.. – Шалтай-болтай едва не выронил доклад, его глаза округлились. – Я то думал, вы затребуете оборудование и доплату…

– Господин Салинг, - веско заметил Крамневский. – Ваше руководство не умет строить субмарины, но в одном ему не откажешь, оно знает к кому обратиться за помощью, когда опытный образец, раз за разом начинает немного тонуть. Поскольку мы здесь неофициально, так сказать, по просьбе добрых друзей, то и поработали без лишних бумаг, согласований и прочей канцелярщины.

– Я думал, хотя бы рентгеновский дефектоскоп… - растерянно произнес Салинг.

– Вот наш дефектоскоп, - Шафран постучал по столу чашкой стетоскопа. – Большего и не надо.

– На самом деле все достаточно просто, - пояснил Крамневский потерявшему дар речи толстячку. – Мой коллега обладает очень большим опытом и знает самую страшную тайну механиков – все беды от вибрации.

– Вибрация, - загипнотизировано повторил Салинг, не в силах оторваться от стетоскопа, казавшегося игрушкой в волосатой лапе Шафрана.

– Да, - любезно продолжил Илион. – А я, как капитан-испытатель, знаю самую страшную тайну проектировщиков – новые проекты, как правило, губит не отсутствие денег, а жадность. Поэтому если что-то вдруг начинает тонуть, то надо искать - на чем сэкономили и что вибрирует не как положено. И мы нашли.

– Бракоделы, - ехидно вставил Шафран.

– Конечно, идея красивая – взять корпус от одного проекта, сунуть туда ходовую от другого, немного пошаманить с юриспруденцией – и патентные ограничения обойдены, субмарина на ходу, не надо ничего заказывать у серьезных людей за большие деньги. Только корпус французский, школа «длинное и тонкое», а ходовая от немцев, у них все рассчитано на укороченные и широкие контуры. Чтобы компенсировать это, вам пришлось удлинить вал почти на пять метров, заменить винты, да наверняка еще и на функциометре сэкономили – обсчет получился никудышный. И общая геометрия всей конструкции пошла к черту. У нас бы это назвали «впихнуть невпихуемое».

– Я запомню, - пообещал Салинг, он оправился от шока и слушал предельно внимательно, как прилежный ученик перед учителем. – Продолжайте.

– Дальше все совсем просто. На первых запусках все работало нормально, затем детали «пообтерлись», корпус резонирует, и вал начало болтать. Незаметно, но достаточно ощутимо для всей конструкции, которая, как мы помним…

– Впихнута невпихуемо, - вставил Салинг, и даже сердитый Шафран уважительно покачал головой, отдавая должное сметливости человека в костюме.

– Именно, - порадовался Илион. – Вы все хватаете на лету. Когда совмещаются небольшой износ, ход выше десяти-двенадцати узлов и давление на корпус где-то от десяти мегапаскалей – вал уже просто

«бьет», а еще и шестерни передаточного механизма идут вразнос, далее общий перегрев и - аварийная продувка, «всем к всплытию».

– Все это вы вычислили с помощью… - Салинг уважительно указал на стетоскоп.

– Почти, - усмехнулся Крамневский. – И еще сущие мелочи – сутки безвылазного обследования плюс шестьдесят лет подводного стажа на двоих.

– Действительно, сущие мелочи, - Шалтай-болтай оценил шутку и уважительно склонил голову. – Быть может, вы не только вскроете дефект, но и дадите рекомендации?

– Можем и рекомендации, - задумчиво протянул Крамневский, глядя в иллюминатор. К толстому стеклу подплыла особо крупная рыба. Ритмично разевая беззубый рот и пошевеливая широкими плавниками, она поворачивалась то одним боком, то другим, поочередно вглядываясь в людей строгим немигающим взором.

– Разумеется, мы не ждем благотворительности, - внушительно произнес Салинг.

– И это славно, - согласился Илион. – Но совет будет бесплатным, так сказать, в довесок. Ваш проект не годится, сэкономили на расчетах, дизайнерах и просто специалистах – получили соответствующий результат. Дальше три пути. Первый – закрыть тему и списать деньги как безвозвратные убытки. Второй – обратиться к серьезной почтенной фирме, скажем, Гогенцоллернам унд Наточееву, чтобы перепроектировать ходовую. С учетом перестройки и прочего можете смело закладываться на пятидесятипроцентное превышение общего бюджета. Это нижняя планка, учитывая, как сильно творческие люди любят волшебные слова «дополнительные работы сверх утвержденной сметы».

Салинг чуть изменился в лице, почти незаметно, но сжал пальцы до хруста в побелевших суставах. По-видимому, его участие в проекте неудачливой субмарины не ограничивалось простой ролью наемного работника

– Есть и третий вариант, - продолжил Илион, сделав вид, что не заметил болезненной реакции собеседника. – Я дам вам адрес людей, профессионально занимающихся проблемами, схожими с вашей, на более высоком уровне, чем те же «гогены». В принципе, если оптимизировать передачу крутящего момента и поколдовать над фундаментом двигателя, можно уменьшить опасную вибрацию до приемлемой величины. Технически это не сложно, но нужен очень тщательный расчет на высокопроизводительных функциометрах, которые есть у моих друзей. Двигатель будет уже не разрушаться, а просто быстрее изнашиваться, вырабатывая ресурс процентов на восемьдесят от запланированного. И профилактику придется проводить несколько чаще. Не идеально, конечно, но в любом случае будет экономнее, чем все перестраивать.

– Мне надо подумать, - сказал Салинг, утирая выступивший пот. – Надо все посчитать…

– Посчитайте, - согласился Крамневский.

– А?..
– замялся Хейко Салинг. – Где?..

– В папке, - подсказал Илион. – В простом белом конверте под листом с выводами. Адрес, телефон, изограф.

* * *

– Славно, славно, - приговаривал Шафран, потирая широкие ладони. – Bene! – добавил он на латыни, что делал только в исключительно удачные моменты.

– Склонен согласиться, - подтвердил Илион, пропуская мимо вагонетку с кислородными баллонами.