Чтение онлайн

Все слушали меня молча, внимательно, не перебивали вопросами, когда же закончил свой рассказ, посыпались вопросы о составе штурмовых групп, правилах их отбора и формирования, распределении обязанностей, управлении и взаимодействии групп, действиях в ограниченных условиях - в казармах, башнях, домах, на улице и во дворах. Объяснял по-возможности обстоятельно, обосновывая своими доводами, если в чем-то затруднялся с ответом, признавался, не лукавя, оговаривая, что здесь еще надо хорошо продумать, советы присутствующих уважаемых казаком приму с признательностью. Такое мое поведение с долей лести пришлось по нраву казакам, приняли тепло, с улыбкой, хлопец молодой,

признает свою неопытность, но рассуждает здраво. Примерно в таком тоне завершил совет атаман, а потом спросил, принимает ли уважаемое товарищество предложение юного собрата, на что получил дружное согласие, никто не возразил.

В этот же день командиры полков и куреней принялись отрабатывать принятую тактику штурма крепости в реальных условиях захваченного Очакова, распределили своих подчиненных по группам, объяснили и учили их правильно действовать, ломая привычные казакам наклонности к лихой рубке и навалу на противника. После первого дня, что-то стало получаться, пусть и со сбоями и накладками, на второй день уже лучше, и так еще два дня, пока командиры и атаман не посчитали подготовку приемлемой. Только после такого курса новой науки войско отправилось далее на соединение с первой группировкой, в район верховья Ингула. Захваченные в крепости трофеи, не совсем обильные после предыдущего ее завоевания, но все же немалые, отправили обозом в Сечь, присовокупив к ним и взятые на поле брани.

На оговоренном месте встречи войско есаула Крыловского не застали, атаман направил к нему навстречу разведчиков, нам же велел встать здесь лагерем, будем ждать прихода отставшей группы. Простояли три дня, но без дела не маялись, атаман и старшины устроили маневры в пешем строю, учились разворачиваться в линию, поворачивать, менять шеренги. В первом с татарами сражении не все у нас получалось ладно, кто отставал, мешкал или вставал на пути других, иногда получалась свалка, мешая друг другу.

Теперь раз за разом повторяли всевозможные перестроения в составе сотни, куреня и полка, казаки в душе поминали своих командиров недобрым словом за муштру, но вслух не роптали, с дисциплиной у воинства строго, да и понимали, нынешний труд сбережет в настоящем бою жизнь многих из них. Даже то сырое построение войска на поле под Очаковом позволило отбить атаки татар малой кровью, обычно потерь было гораздо больше.

Изменилось отношение ко мне старшин, сотников, бывалых казаков, ушел отчасти снисходительный тон обращения к пусть и сведущему, но все же мирному лекарю, не ходящему со всеми в бой и не проливающему свою кровь наравне с другими. Стало более уважительным, оказался весьма полезен воинству в ратном деле, вызвал удивление у них, откуда у юного казака, только что вошедшего во взрослый возраст, такие познания и измышления в воинском искусстве, неизвестные даже им, битым воякам, прошедшим не одну битву.

Со мной уже советовались, задавали вопросы по предложенным мною тактическим приемам, и не только по ним. Я в какой-мере стал авторитетом и экспертом у младших командиров по предлагаемым ими нововведениям, мой пример их увлек, решили дерзать своими задумками Интересные мысли мы обдумывали вместе, проверяли с подчиненным им подразделением, а потом обращались к куренным атаманам и есаулам. Такой энтузиазм младших командиров поддерживался кошевым, все войско перенимало новые приемы и умения, в учениях проходили день

за днем.

Подошла, наконец, группа Крыловского, как следовало из доклада командующего атаману, она справилась с заданием, обе крепости на Днепре взяты, впрочем защитники Газы-Кермен и не оказали серьезного сопротивления. С прошлого года его еще не восстановили, сейчас идут, вернее, шли подобные работы, часть башен татары привели в порядок, подняли на них орудия. Нашим казакам достаточно было вновь их разрушить, а затем они ворвались в крепость, перебили неполный гарнизон, немногим более тысячи человек, растерявшихся скорым взятием их твердыни и многократным перевесом нашего войска.

Больше трудностей доставил Джан-Кермен, еще не тронутый нами. Больше недели понадобилось гармашам для разрушения орудийных башен и казематов, все же расстояние от берега до острова большое даже для осадных пушек, огонь не столь разрушительный. Еще два дня ушло на переправу казаков на Тавань, последующий штурм и взятие крепости. Сражения, как и у нас, оказались кровопролитными, татары бились отчаянно, до последнего своего бойца, унесли с собой жизни немалого числа казаков, всего же потери убитыми и ранеными в группе есаула при взятии двух крепостей составили почти две тысячи человек. Сейчас во всем объединенном войске в строю чуть больше десяти тысяч бойцов, но атаман настроен продолжить поход, считает, что имеющихся сил достаточно.

Через день после сбора всего нашего воинства продолжили свой путь, он лежит к Днестру вдоль Причерноморья. Здесь нас ожидает встреча с османским войском, особенно в окрестностях Тягиня, весь район под протекторатом Порты уже сотню лет, со времен Сулеймана Великолепного. Туда мы и направляемся, собираемся побить османов в их вотчине, заодно еще раз пограбить в крепости и селениях. За две недели пути серьезных боев с противником не случилось, селения с небольшими гарнизонами мы проходили с ходу, не останавливаясь на их уничтожение. Лишь на подступах к османским владениям встретили крупный отряд неприятеля численностью около трех тысяч человек, но он, не вступая в бой, спешно стал отступать в глубь анклава, убоявшись наших превосходящих сил.

Атаман принял решение атаковать противника, не дожидаясь его соединения с основными силами. Две группы казаков наметом бросились вдогонку, обходя по обоим флангам и окружая османское войско, третья, есаула Крыловского, разошлась по фронту, подпирала его сзади. Маневры наши группы совершили четко, уже через час неприятель оказался в полном окружении. Его попытки прорваться вперед остались безуспешными, нарвавшись на плотный залповый огонь спешившихся казаков. Сказались тренировки наших воинов, все маневры и построения прошли быстро и четко в непосредственной близости перед вражеским авангардом, ошеломили его, не ожидавшего таких скорых и непонятных ему действий нашей конницы.

Атака противника с ходу закончилась полным афронтом, почти все его передовое войско полегло перед нашим строем, оставшиеся в панике бросились обратно, мешая ряды и внося сумятицу в следующие за ними османские полки. Лихорадочные попытки вырваться из окружения в разных местах окончились для неприятеля только дополнительными потерями в атакующих частях, он стал отступать к центру. Наше войско двинулось за ним, сжимая кольцо окружения, стрелки продолжали вести залповый огонь, выкашивая из столпившегося строя врага все новые и новые жертвы. Вскоре наши воины полностью покончили с противником, добили раненых осман, после сбора трофеев и небольшого отдыха пошли дальше, вглубь вражеского анклава.