Хантерхолл
Шрифт:
– Господи, Рейчел! – воскликнул женский голос, а женщину ослепил луч света от фонарика.
Кайла сначала не поняла, почему мать остановилась и так напряглась, а потом появился свет и женский возглас, заставивший девушку подпрыгнуть от неожиданности и испуга.
После, мать девушки обняла другая женщина в теле с каштановыми волосами, карими глазами и чертами лица, что не давали определить возраст. Таких называли женщинами бальзаковского возраста.
– Меган! – воскликнула Рейчел, обнимая давнюю подругу.
Казалось, прошло так много времени после того как они встречались лицом к лицу. Да, они созванивались,
– Прими мои соболезнования, дорогая. Я была на охоте, когда узнала о кончине Эдварда. Недавно приехала и решила сразу же отдать дань памяти. Хорошим мужиком был твой отец.
– Это да. – согласилась Рейчел. – Меган, это моя дочь Кайла.
На это девушка робко кивнула, рассматривая подругу матери. У нее были лишние килограммы, но они не висели по бокам, наоборот женщина была подтянутой и гармонично выглядела, обладала неким шармом этой пышности, из-за которого человек с одного взгляда располагал к себе.
– Рыжая… – хмыкнула Меган посмотрев на девушку.
– В отца. – согласилась с очевидным фактом женщина.
– Брат и сестра Оберри одинаковы, недаром двойняшки. – покачала головой женщина. – Пойдешь или в бар?
Рейчел посмотрела на дверь в склеп, и покачал головой.
– Пойдем в бар, отцу это бы понравилось больше, чем то, что я бы стояла над его телом.
Кайла от этого решения вздохнула с облегчением. Ее мало прельщала мысль спускаться под землю ради того, чтобы посмотреть на свежий труп мужчины, которого она даже не знала.
– Вы на машине? – поинтересовалась женщина.
– Да, решили не соблюдать традицию и так опоздали на похороны. – кивнула Рейчел.
– А я решила соблюсти, все-таки сначала зашла и к родителям. Тогда встретимся возле входа в бар.
– Да, давай.
Рейчел посмотрела на дочь. Она должна была ей так много рассказать, но сама же боялась. Пыталась несколько раз это сделать, придумывала в ее детстве сказки, что пересказывали собственный опыт женщины по охоте. В старшем возрасте рассказывала о наследии семьи и охотниках на нечисть, но Кайла будто убегала от этого говоря, что это бред и Рейчел отступала. Может зря? Может и не стоило ее везти сюда? Нет, ее дочь и так припозднилась с вливанием в семью, пусть сама столкнется с реальностью, тогда будет проще все объяснить.
ГЛАВА 3
Эрик отпустил почти всю прислугу, чтобы они тоже смогли почтить память Эдварда Оберри, а сам остался в одиночестве. Демон покинул дом парой минут тому назад и мужчина был этому рад, так как его компания казалась самой худшей в этот вечер. Он не любил шумных гуляний, на которых они обязаны были присутствовать в дни похорон других охотников, а сегодня пил весь город, вспоминая Эдварда. Даже в кондитерской «Грейс» Лилиана наливала сегодня алкоголь всем и работала сверхурочно. Ирония судьбы, но именно сегодня в такой горестный день у Эрика появилось право не идти, и не гулять со всеми провожая в последний путь отца, словно викинга в Вальгаллу.
Мужчина прошел в кабинет отца, где проводил много времени еще с юности. Он помнил, как отец сидел за своим столом и занимался необходимыми делами во благо города, а он сам сидел на тахте или на полу, читая фолианты
Зря он тогда не уделял больше внимания вопросам управления городом. Это пришло со временем, и многие вопросы, которые возникли, он не мог задать отцу. Осознание о потерянном времени приходило слишком медленно, будто продираясь через густую чащу леса, или густой сахарный сироп, в котором ноги застревали, и невозможно было двигаться.
Только после слов демона Эрик почувствовал сомнения в своих силах. Справится ли он? Сможет ли он достойно управлять городом, так же как и Эдвард? Удержит ли барьер? Слишком много вопросов и ни одного ответа самому себе. Эдвард наверняка нашел бы подходящие слова, чтобы подбодрить его, но сейчас не одна из всплывших фраз отца в голове не подходила к ситуации, не могла развеять пласт сомнений, что поселили в Эрике слова демона.
Он сел за стол отца и зацепился взглядом за фотографию со своей свадьбы. Он и Лора были на ней молодыми и счастливыми, любящими друг друга и мечтающими о счастливом будущем. Удивительно, что эта фотография была на столе отца, хотя Лора за два года смогла занять свое место в сердце каждого обитателя дома. Она словно солнце озарила теплом каждый день их жизни, а он не смог сохранить ни ее, ни тот лучик надежды, что должен был появиться на свет. Не мог из-за чертовых правил города.
В голове снова возник вопрос, что мучил его все эти годы: «Что он за мужчина, если не смог сберечь свою семью?». И ответ отца, который он получил в тот вечер, сидя на крыльце больницы и вцепившись в собственные волосы. Услышав, что врачи не смогли спасти Лору, что ее сердце не выдержало, он просто вышел из больницы и сжал до хруста зубы, так как хотелось выть от отчаянья. Отец подошел к нему и, сев рядом, похлопал по плечу: «Неважно насколько мы умелые охотники, неважно насколько сильны, сынок, есть те обстоятельства, которые мы не в силах изменить. Их стоит принять и выполнить свой долг, а уже после проклинать себя и выть на луну от отчаянья».
Когда появилась Кайла, они с сестрой впервые пошли против правил города и семьи. Тогда они не думали о последствиях, главным было спасти ребенка от злой участи. Обречь сестру на добровольное изгнание, лишь бы спасти эту девочку. Дать этому ребенку обычную, в чем-то лучшую жизнь, чем у них. Все это время он жил только фотографиями, что отправляла Рейчел по почте, надеясь, что однажды сможет увидеть девушку лично и увидел. … Эрик усмехнулся и покачал головой.
Он понимал, что возможно они с сестрой совершили большую ошибку. Если правда откроется, то Кайле трудно будет все объяснить. Если же она окажется гибридом, и в городе узнают об этом, девушка окажется в большой опасности. Нет, мужчина не сожалел о своем поступке, он беспокоился только о Кайле. Именно в этот момент он дал себе клятву, что сделает все возможное, чтобы защитить эту девушку.