Хан
Шрифт:
Нет, перед моими глазами не летали драконы и не шипели змеи, и инопланетяне не шушукались по углам комнаты, даже белочки не было почему-то… но человек, сидевший передо мной с широкой приклеенной улыбкой и странно смотрящими глазами, как-то не мог быть реальной действительностью, особенно когда воскликнул, раскидывая руки для объятий и буквально кидаясь ко мне полоумным тушканчиком:
– Аляяяяяяяя!....
Оказавшись в тяжелых, навязчивых объятьях совершенно незнакомого мужчины, облаченного в черный костюм в полосочку и почему-то
Кто этот тип, от которого пахло пеной для бритья и каким-то тяжелым навязчивым ароматом, словно он много и упорно курил кальян с сандалом? Где я? Кто эти люди, стоящие немыми статуями в светлой большой комнате в черных пиджаках и белых рубашках, похожие на молчаливую и грозную охрану? А главное, откуда он меня знает?....и почему позволят себе прикасаться ко мне, когда подчеркнуто изнеженные руки с отполированными ногтями вдруг по свойски легли на мои скулы, заставляя приподнять голову вверх, отчего боль словно стекла от черепа к шее, завибрировав?...
– Девочка моя! Наконец-то я тебя нашел!...
Как нашел? Зачем нашел? Для чего?....а главное кем был?...
Если бы не было так больно, я бы поморщилась от этого голоса и прилипчивого запаха мужчины, который вызывал своей тяжестью и удушливостью только тошноту и новый прилив тупой боли, которая задергалась в висках.
Я заставляла свои глаза работать, как и мозг, который просто затаился в черепушке, боясь даже выдохнуть, чтобы только снова не спровоцировать эту жуткую боль, словно мою голову разделили надвое, быстро склеив ее скотчем, чтобы она хотя бы внешне выглядела целой.
Я чуть пошевелила головой, пытаясь убрать руки мужчины, теряясь в догадках и начиная холодеть от пробуждающихся воспоминаний….
….ночь. Проливной холодный дождь и….Хан…
Хан, который сказал, чтобы я убиралась из города…
Я на секунду закрыла глаза, чувствуя, как задрожали ресницы, и сбилось дыхание от чувства полной беспомощности и раздавленности, которые свалились на меня снова, словно снежная лавина, сошедшая с горы. Эти чувства погребли меня под слоем льда, пытаясь заморозить сердце, чтобы его было проще разбить…снова.
– Сильно болит? – вдруг участливо спросил мужчина, осторожно положив свою ладонь на мою голову, не представляя, что в тот момент рана на моем затылке больше не имела значения, когда душа изворачивалась и стонала внутри, закрывая свои призрачные глаза и уши, чтобы только снова провалиться в полное беспамятство и позабыть все эти воспоминания.
Силой разлепив свои ресницы, я смогла лишь покачать головой, все-таки убирая его руки от себя и задерживая дыхание, чтобы лишний раз не вдыхать его резкий, излишне кричащий запах, который словно пытался меня задушить.
Мужчина постоял надо мной еще пару секунд, рассматривая с явным интересом, а еще таким взглядом, что стало мерзко и страшно… даже если можно было подумать, что этот взгляд мне просто привиделся, и уже в следующую секунду, этот странный тип улыбался
Я пыталась сконцентрироваться на нем, отбрасывая внутренние стоны и треск рухнувшего в миг хрупкого счастья, в котором я парила так недолго, упиваясь мыслью о том, что отныне принадлежу только Хану….только думать об этом сейчас было явно бессмысленным и болезненным занятиям.
Я вернусь в этот кокон мазохиста обязательно, но лишь когда смогу понять, что вокруг меня происходит, и кто все эти люди, которые на первый взгляд вели себя не агрессивно… только почему-то тело было напряжено до предела, и все мои инстинкты кричали о том, что нужно бежать отсюда сломя голову, как можно дальше, не пытаясь даже обернуться.
– ..прошу прощения, но я не понимаю…. – хрипло выдохнула я, поморщившись оттого, как во рту было сухо, видя, как мужчина, сидевший напротив меня в светлом кресле, участливо улыбнулся, протягивая, словно специально приготовленный, стакан с водой.
– Конечно, не понимаешь, моя красивая девочка…. Конечно…
Я осторожно приняла стакан, напряженно глотая воду мелкими глотками, и глядя поверх прозрачного стекла на мужчину, который продолжал милейше улыбаться, вот только глаза у него были странные…совсем не добрые. Алчные. Жадные…и смотрели так, словно он ждал, что после того, как я выпью всю воду, обязательно захочу раздеться.
– Позволь, я постараюсь поведать тебе свою историю, как можно в более сжатом виде, не вдаваясь в излишние подробности и эмоции, – на мой отрывистый кивок, мужчина растянул губы в сладкой хищной улыбке, переплетая пальцы между собой в замок и опуская на колено закинутой ноги, радостно провозгласив, – ты – моя племянница!...
Я поперхнулась водой, выронив стакан из рук, отчего тот с грохотом покатился по паркету, остановившись у края кремово-молочного пушистого ковра, слыша довольный смех этого типа, который деловито махнул рукой одному их застывших мужчин, который тут же выполнил молчаливый приказ, поднимая стакан с пола.
– Прощу прощения? – больший шок я бы испытала только в том случае, если бы сейчас в комнате появился Хан с золотым кольцом и своими невероятными сладкими ямочками на щеках, попросив меня выйти за него замуж! Воистину! В какой-то момент показалось, что запахло паленым, словно мой мозг только что обуглился внутри расколотой черепушки, перегорев, как вспышка на спичке!
– Я понимаю, как ты шокирована Алия, но это так.
Вряд ли этот странный мужчина мог понимать то, как заметались мои мысли в поисках выхода.
Дядя? Он был моим дядей?!...
Не моргая я рассматривала мужчину, понимая, что не нахожу в нем сходства ни с мамой, ни с отцом. Скорее он был восточного типа внешности. На вид около 45 лет, или даже немного больше. Темные волосы с небольшой проседью. Золотистая кожа. Черные брови и глаза странного цвета…не то карие, не то зеленые, сложно было понять сразу. И колкая щетина с белыми волосками. В моей родне были метисы?...