Хамелеон VS Химера

========== Глава 1. Марионетка ==========

Перед глазами вспыхнули разноцветные искры, когда меня, как сломанную игрушку, с силой швырнули на пол. Боль стала настолько оглушающей, что я не сразу услышала собственный хриплый крик.

Да, это окровавленное тело, скорчившееся на полу, и есть я. Ту, что называют Химерой. Исковерканное существо в рабском ошейнике.

И боль. Она единственная принадлежит мне в пустом стерильном аду, где волею случая, я однажды оказалась.

Впрочем, то, что ад для меня, для других научно-исследовательская лаборатория.

И остальные, окружающие меня существа, которые называют себя людьми, просто выполняют свою работу. Скрываясь под безликой светло-серой униформой и стерильными масками.

Здесь всё безлико, лишено смысла и надежд. И иногда, будто само время застывает. Не струится по мертвенно-серым коридорам и белым операционным в свете люминесцентных ламп.

Моя комната — единственное жилое помещение, обладающее маломальскими чертами индивидуальности. Здесь есть удобная мягкая кровать, и имеется огромный шкаф с одеждой и обувью. На свободной стене установлено интерактивное окно для моего обучения и развития. В обычное, свободное от занятий время, оно показывает городской пейзаж или становится зеркалом, если мне так нужно. Рядом располагается смежная дверь, ведущая в помещение поменьше, где есть санузел, отдельная душевая кабинка и простое зеркало с полочкой, уставленной различными косметическими средствами для ухода.

Только я ненавижу свою комнату. Оформленная нарочито по-детски, она словно ненастоящая. И только лишний раз подчёркивает, что я — марионетка. Кукла в чужих руках.

Мой мучитель. Мой кукловод. Колдун-экспериментатор Тайрек. Возвышается надо мной с искажённым злостью лицом, которое я вижу сквозь кровавую пелену. Он не оставляет ничего кроме боли. Даже собственные мысли учит воспринимать, как иллюзию.

— Бесит твоя никуда не годная регенерация, — брезгливо бросает он с высоты своего немаленького роста, глядя на моё корчащееся от боли тело у своих ног. — Я ожидал большего.

Он часто повторяет это, подчёркивая, что проект я неудачный. Восстанавливаюсь медленно, сила и выносливость — ни к чёрту. Ничего выдающегося. Зря потраченное время и ресурсы.

Из меня получился довольно-таки дрянной идеальный убийца, но от осознания сего факта я получаю своё, недоступное другим здравомыслящим существам, извращённое удовольствие.

Доведённая до состояния боевой непригодности и мечтая о смерти, я прекрасно понимаю, что меня никуда не потянут до моего полного выздоровления.

В этот раз оно будет очень нескорым.

А значит, мною не скоро снова кого-нибудь убьют.

Болит всё. Пульсирует наливающимся отёком, вывихнутая стопа. Раздробленные костяшки пальцев на левой (тоже вывихнутой руке), посылают такой болевой импульс, что моё сознание уже могло бы уплыть в далёкие дали, будь я человеком. Дышать тяжело и больно, и из приоткрытого рта сочится кровь. Вдобавок ко всему, головой об асфальт приложилась, и пары зубов лишилась.

Весссело.

Когда Тайрек покидает меня, появляются его подручные, перемещая на носилки, и несут моё окровавленное тело в медицинский отсек. Жаль он не

видел, как я попыталась торжествующе улыбнуться, чувствуя, как трескается едва подсохшая корочка крови на разбитой губе.

Немного позже, когда боль немного усмирили обезболивающими, я прикрыла глаза и снова как наяву увидела охваченное паникой море людей. Они бесновалось, разбиваясь о щиты стражей управления городским порядком. Но это длилось недолго, и вскоре иррациональный страх проник в ряды стражей. Люди рвались прочь, сминали под собой менее расторопных, стремясь как можно скорее оказаться отсюда подальше.

Я ощущала себя частью этой толпы. Улавливала страх и отчаяние, усиливая многократно и посылая обратно.

Мерзко. И ещё более отвратительно внутри от того, что это лишь демонстрация того, на что я способна без контролирующего меня ошейника. Действо записывалось, а сам Тайрек прятался, прикрывшись щитом. И всё же, это не мешает ему управлять мною на расстоянии, словно марионеткой.

— Я не собираюсь этого делать, — заявила я, узнав в чём именно состоит моя задача — пройтись с полулегальной демонстрацией и спровоцировать их на столкновение с властями. Любым способом.

— Сделаешь, — нехорошо улыбнулся Тайрек и слегка шевельнул пальцами.

Ему жутко нравиться изображать из себя кукловода. Каждый мой шаг, движение, взгляд, как правило, были навязаны его волей. Даже мои эмпатические способности он может настроить, как какую-то примитивную программу.

Не покорившись, но, не имея никакой возможности противостоять, я шла сквозь толпу, отрешённо ощущая замещение их эмоций, сама пребывая в полной безопасности. Они не видели меня, но подсознательно огибали. Когда же ситуация достигла своего апогея, видимо Тайрек на миг отвлёкся. Наша связь ослабела и меня буквально швырнуло в живую лавину.

Некоторое время я держалась, так сказать на плаву, потом же… Кто-то толкнул меня излишне сильно. Я оступилась, поскользнувшись в чьей-то крови, и упала.

Наверное, мне невероятно повезло, что падение произошло недалеко от какого-то переулка. Провоцируя страшную боль, Тайрек заставил моё тело двигаться и заползти внутрь, чтобы дождаться, пока всё закончится.

По нашей связи я чувствовала, насколько сильно злится колдун, но не могла ничем ответить. Знаки, покрывающую мою правую руку не позволяли причинить ему вред. Даже излишне яркая мысль об этом заставляла шипеть и корчиться от сжимающих тело судорог.

Всякий раз, когда мне отводили время на восстановление, я отдыхала от Тайрека и его незримых нитей, за которые он дёргал. Отдыхала от необходимости убивать, выполняя чьё-то желание. К сожалению, это время длилось не настолько долго, как казалось Тайреку. У него слишком хорошие врачи.

Как только я вставала на ноги, всё повторялось — тренировки, демонстрации, убийства…

Косячить выходило не всегда. Но я продолжала к этому стремиться изо всех сил, потому как никакой ошейник, клеймо или самая страшная боль не могли сломить мой дух и заставить быть покорной всецело.