Чтение онлайн

Зубы хоть и восстановились, но не полностью. Те из них, которые имели пломбы, а так же частично выбитые водилой дамочки и оставшиеся торчать острыми осколками в ротовой полости, остались без регенерации. Передние резцы, один верхний и два нижних, появились на своем прежнем месте, хотя до этого были полностью выбиты мощными ударами в лицо. Рассматривая себя в зеркало и заглядывая в рот, я отчетливо понимал, что еще очень и очень долго придется разбираться в том, как устроены биополя человеческого организма и как с этим нужно работать.

«-Так, с загрузкой закончили, теперь

модуляция», - оплатив аренду, я установил параноидальный пароль на удаленный доступ и доверил стороннему серверу данные со своими исследованиями.

Отобранная у парня с блондинкой в кафе мобила имела большой экран и хороший протокол обмена беспроводными данными. Оплатив на телефон безлимитку, я теперь имел постоянный доступ к мощной рабочей станции, производящей в далекой Малайзии заданные мной вычисления.

Первые результаты появились уже к середине следующего дня. Как ни странно, именно не до конца восстановившиеся зубы помогли вычислить закономерности между матрицами биополей моего тела до драки и после драки.

Развернув графические проекции, я осмотрел разделенное на условные блоки тело. Ни о каких сферах или других красивостях, речи не шло. Вся информация имела числовой вид, представляясь стороннему наблюдателю хаосом из циферок и буковок. Понимая, что только я могу в этом разобраться, я глотнул водички и принялся за выделение интересующих меня констант.

Как восстановить утраченные зубы я пока даже не представлял, но вот поработать с мышечной массой своего тела, было вполне теперь по силам. Сравнивая показания до и после, я хотел искусственно изменить частоты колебаний квантовых частиц, пользуясь обратным ходом в зафиксированных изменениях. Проводить испытания на всем организме было чревато, так что я ограничился левой ногой, которую можно будет восстановить, если что-то пойдет не так.

Погрузив в ванну конечность, я опустил в воду мобильный телефон. Переданный через облачное хранилище, звуковой файл имел мало общего с музыкой. Издавая предвычисленные колебания, динамик гаджета изменял инфоматрицу воды. Нога, помещенная в жидкость, меняла свои свойства по мере воздействия на ее биополе через воду. Внешне никаких изменений я не заметил, отработавший файл закончил «звучать» через сорок две секунды.

«-Тест», - старясь не расстраиваться раньше времени, я встал на одну ногу и совершил десять подпрыгиваний.

Сменив ногу, я повторил десять подпрыгиваний и остановился, прислушиваясь к себе. Не имея никаких внешних проявлений, мокрая нога явно обрела способность скакать, подбрасывая мое семидесяти трех килограммовое тело вверх довольно продолжительное время. В противоположность мокрой, сухая нога уже неприятно ныла, жалуясь на неправильное с ней обращение.

«-Тест два», - начав в этот раз с ноги, биополе которой не подвергалось изменениям, я пропрыгал столько, насколько хватило сил.

Облокотиться на стену, ухватившись за идущую сверху вниз трубу водопровода, мне пришлось когда счет едва добрался до третьего десятка. Отдышавшись, я сообразил, что чистота эксперимента не может считаться идеальной, так как в прыжках на одной ноге участвует куда больше мышц, нежели чем те, что находятся в нижней конечности.

«-Да хоть так, примерно», - преодолев желание пойти полежать на диване, я встал на уже успевшую подсохнуть вторую ногу и принялся скакать. После первой сотни я испытал

легкое напряжение, после ста пятидесяти усталость. Преодолев порог двести, я чуть не упал, так как силы неожиданно закончились и нога подкосилась.

Перевалившись в ванну, я погрузил свое тело в воду и запустил восстановление, активировав файл на лежащем на дне ванны гаджете. Усталость сошла через три минуты, но я решил пока не вылезать, обдумывая результат эксперимента. И на первый и на второй взгляд, все прошло удачно. Изменив биоритм мышечной массы ноги, я смог добиться того, что в начале конечность работала как «у спортсмена», после чего достигла привычного значения моей выносливости, а затем скатилась в обычную усталость.

«-Эффект не постоянный, - сделал я очевидный вывод: - интересно, а улучшения пропадают из-за течения времени, или под воздействием нагрузки?»

Дальнейшие опыты, растянувшиеся на три дня, выявили следующую закономерность. Если эксплуатировать тело в обычном режиме, то улучшения хватает в до конца дня. А если мышцы нагружать более экстремально, с эмоциями, то искусственно разогнанные частоты затухают обратно пропорционально испытываемым впечатлениям.

«-Да, против Тайсона не выстоять, - припомнив, сколько времени боксеры мировой величины проводят на ринге, я оценил свои шансы как до середины первого раунда: - на большее просто не хватит сил, да и рожа у него страшная»

Оставался вариант еще больше «разогнать» частоты, но внутри меня сработал «жим-жим». Как-то стало стремно экспериментировать на самом себе. Начинавшаяся на этой неделе практика, после успешно сданной сессии, открывала возможность получить доступ к оборудованию лаборатории и каким-нибудь образом пристроить имеющиеся там приборы под свои нужды.

В научной группе, если конечно так можно назвать двух аспирантов и четверых студентов, царил дух оптимизма и уверенности в свои силы. Олег Романович был кандидатом наук, но уже имел пару солидных наград и несколько патентов. Вступительная речь, которую он произнес пред собравшимися в обновленном составе «коллегами», напутствовала нас на свершения и преодоления. На меня его слова не произвели никакого впечатления, впрочем, выделятся на общем фоне, среди «рвущихся в бой» и желающих доказать, что они «могут все» парней и девушек, я не стал.

Исследования фотонов, как и математическое моделирование, меня не сильно интересовало, но имеющийся испытательный стенд с лазерной установкой позволял получить косвенные данные о квантовых колебаниях частиц. При изменении чувствительности и спектров сканирования, оборудование могло снабдить меня требуемыми данными.

Изъявив желание обеспечивать работоспособность стенда и его подготовку для плановых экспериментов, я взял на себя тот сектор работы, который меньше всего мог принести пользы на ниве «научных открытий». Студенты, три девушки и парень, а так же парочка аспирантов, только порадовались тому, что им не придется тратить время на «возню» со стендом. Каждый из них надеялся стать тем самым «ученым», имя которого войдет в соавторство важного научного открытия. На меньшее эти «амбициозные» люди были не согласны, искренне веря, что Олег Романович не станет полностью присваивать себе результаты чужого умственного труда.