Чтение онлайн

— Я в аэропорту, — сообщил напоследок Химику. — Встречай. Запиши номер рейса.

— Почему вы все время о нем спрашиваете? Я же говорил, он давно с нами не живет. Только присылает деньги. Вернее, присылал.

— То есть?

Женька на секунду обернулся от иллюминатора, куда намертво влип лицом с момента взлета. Блеснула широченная улыбка:

— А знаете, что я в первую очередь сделал в пятницу, когда вы взяли меня на работу? Пошел в банк и заблокировал счет. Чтоб знал.

— Кто?

— Он. Он мне никто, и

денег его мне не надо. Если до сих пор брал, так просто чтоб не сидеть на шее у матери. Ух ты, там корабль на реке!

— Где?

Не удержался, глянул вниз через Женькино плечо. Самолет набирал высоту, не поднявшись пока выше основной массы облаков, и сквозь тонкие ватные клочки просвечивали разноцветные квадраты земли и серебристая извилистая лента — река. Никакого корабля Виктор не разглядел, а жаль. В самолетах в тебе тоже всегда просыпается то мальчишеское, искреннее, азартное, что сродни настоящей жажде жизни и свободы. Лицом в иллюминатор — и обо всем забыть.

…Равнодушно, даже скучливо, словно о чем-то далеком и неинтересном: «Мамы больше нет. А ты мне никто».

Аля. Раз уж ты летишь туда, надо будет ее навестить. Или не надо? Ей — не нужно точно, разве что тебе самому, и еще большой вопрос, зачем. По крайней мере, перезвонить в администрацию санатория, уточнить, получены ли деньги и вообще… как она там. Впрочем, если бы что-то изменилось, тебе сообщили бы. Нелепые, недостойные эвфемизмы: что там, по большому счету, может измениться…

В иллюминатор. Как раз пробиваем облака.

Аэропорт здесь был маленький, словно приморское кафе, и Химика они увидели сразу, на секунду раньше, чем он сам их увидел. Секунда прошла, и коротенький стройный человечек бросился через зал навстречу, будто им прицельно выстрелили из арбалета. Еще через мгновение он был рядом, юркий, как молекула, весь в движении, от жгучих глаз до ног, которым не стоялось на месте, и постоянно жестикулирующих рук.

— Однако ты даешь, Вик! Сразу объяснишься или как?

— Или как. Позже.

— Ну-ну, — он метнул указующий взгляд и указательный палец в Женьку. — Твой новый бодигард?

— Секретарь. Женя, соедини меня с Олафом Свенсеном.

— То-то, вижу, хлипковат парень. Значит, без охраны. Небось инкогнито к тому же?

— Старался. Не знаю, как получилось.

— Виктор Алексеевич, а у вас в контактах такого не… а, вот. Сейчас.

Химик засмеялся и свойски потрепал Женьку по затылку. Парню не понравилось, но как отреагировать, не придумал, по уши погруженный в ответственное задание. Что-то долго не соединяет, плохо. Свенсен тебе нужен немедленно, раньше, чем распространится по региону неизбежный слух о твоем прибытии. Если конечно, информация не добралась сюда раньше, чем самолет.

— Ты хотя бы теплые вещи взял? — осведомился Химик. — У нас тут очень своеобразная весна.

— Я в курсе. Женька, ну что там?

Судорожно кивнул, протягивая трубу:

— Вот.

— Молодец. Сбегай забери багаж. Олаф?

В трубке зарокотало на таких низких частотах, что Виктор не сразу

начал разбирать слова. Со Свенсеном всегда проходило несколько мгновений, прежде чем удавалось настроиться на его басовую волну; к тому же обычно терпимый акцент заметно усилился, видимо, от возмущения:

— …пробую звонить два сутки, и не имею результата! И денег нет. Позволил предполагать, что вы охладили к наш проект. Сезон лова открыт, и тут вы, как снег в лицо… снег в голову…

— Нам необходимо срочно встретиться, Олаф.

— Конечно, Виктор, нет возражения. Если согласны, после один час, где вам удобно…

— Через двадцать минут я у вас. Вы в офисе, на заводе?

— Суббота, выходной… Я дома.

— Хорошо. До встречи, — Виктор протянул мобилку подкатившему с кофром Женьке. — Теперь Пийлс. Георг Пийлс. Быстро.

— Давай-ка я, — неуемный Химик выхватил трубу из Женькиных рук, он никогда не обращал внимания на какую-то там субординацию или разделение труда. — Быстрее будет, я чувствую. Алло!.. чего?

Недоуменно хлопнул длинными ресницами:

— Данный номер не существует. Нормально?

— Найди его, — глухо скомандовал Виктор. — Прозвони по всем возможным каналам. Жена, любовница, банк, парламент… тьфу, суббота же… Найди!!!

— А кто у нас любовница? — добродушно поинтересовался Химик.

Женька молча переминался с ноги на ногу, не решаясь вернуть себе свои непосредственные обязанности. Ничего. Все логично и правильно: в данной ситуации Химик осведомлен лучше и, соответственно, лучше справится. А парню не помешает с самого начала дать понять, насколько легко он заменим.

Не переставая тыкать в кнопки, Химик резво зашагал к выходу, и Виктор последовал за ним: да, время не ждет, а дозваниваться до Пийлса можно продолжать и в машине. Силуэт автомобиля Химика просматривался за широким, во всю стену, аэропортовским окном, тронутым морозны ми узорами: низкая черная то ли пантера, то ли акула на ослепительно-белом фоне снега. Насколько Виктор знал, ее двигатель работал на эксклюзивном топливе, изобретении самого Химика — исключительно быстроходном, но беспомощном для рынка в силу крайней дороговизны. Процентов семьдесят немалой зарплаты, которую он у тебя получает, уходит на прокорм этой хищницы. Хотя казалось бы.

Машина стояла почти дверь в дверь к выходу из аэропорта, однако Виктор успел почувствовать колкий холод, вдохнуть сухого морозного воздуха. Ничего. Будет вам весна.

— Глухо, — садясь за руль, Химик виновато вернул мобилку. — Ты думаешь, он…

— Не знаю.

Черная акула рванула с места; Женька от неожиданности приложился затылком о спинку сиденья, не очень-то и мягкую, и зашипел сквозь зубы. Виктор один за другим набирал номера: сначала резервные и конфиденциальные самого Пийлса, а затем любые, имеющие к нему хоть какое-то отношение. Отключен. Занят. Вне зоны. А может быть, он тоже пострадал в Министерках? Никто ничего не знал, все последний раз видели его в пятницу утром, если не в четверг. Есть ли у Пийлса женщина, Виктор и сам был не в курсе — а жаль.