Гвардеец
Шрифт:
Но, увы, по неведомой причине отдал господь Галактику в руки одного только земного человечества, а что там, вдали, в тусклых спиралях Туманности Андромеды, мы знать не знаем и в ближайшие века не узнаем, потому что прыжки в межгалактическом пространстве пока что не получаются… Мы в центр собственной-то Галактики попасть не можем!
Результат божьего провидения – семь галактических монстров, семь Великих человеческих объединений, семь стран-разноверцев, строящих козни друг другу, стремящихся урвать друг у друга систему-другую,
Но вечно так продолжаться не может. Иначе бы не погибли на протяжении человеческой истории десятки могущественных империй! Рано или поздно кто-то, повинуясь историческим законам и используя эти законы в своих интересах, дойдет до часа «икс» и решит, что время пришло. И настанет момент истины. И дабы истина оказалась непременным владением твоей страны, и работают на десятках планет сотни заводов, и с многочисленных верфей сходят боевые корабли, готовые ринуться в бой на противника. И миллионы солдат рожаются женщинами, чтобы обучиться науке убивать и оказаться брошенными в топку войны и сгореть в этой адской топке для того, чтобы именно твой народ взял верх над другими народами, чтобы именно твоя страна оказалась победительницей.
Впрочем, нет, далеко не все сгорят в топке, существуют солдаты, не собирающиеся умирать. Солдаты-супергерои, солдаты-элита, солдаты-не-проигрывающие-боя… Мерканская морская пехота, синские огненные драконы, фрагербритские альпийские стрелки, новобагдадские мамелюки… ну и росские витязи из РОСОГБАК, Росской Особой Гвардейской Бригады Активного Контакта, воины, гордо именуемые «росомахами»…
– Не ты ведь доктора… – сказал Чинганчгук.
Похоже, это был не вопрос, это было утверждение. Как будто водитель знал, кто был убийцей на самом деле. А может…
Осетр похолодел от этой мысли. И понял, что ему срочно надо ее проверить.
– Не я, конечно. Зачем мне, с какой стати? – Он наклонился к Чинганчгуку и понизил голос. – А как вы думаете – кто?
– Не знаю, – водитель тоже понизил голос. – У каждого всегда есть свой скелет в шкафу. Могли и у врача найтись враги, он ведь долго тут работал.
Остаток обеда свелся к очередным советам по поводу регистрации торгового дела, и, в конце концов, оставив Чинганчгука воевать с «божьей кровью», Осетр отправился проверять пришедшую на ум идею.
Глава тридцать первая
– Никак все же девочка понадобилась? – пошутила «тетушка» Баян.
– Конечно, – сказал с энтузиазмом Осетр. – Вот только не знаю – какая именно.
Баян поняла. Вызвала на подмену все ту же Леночку и сказала:
– Ну пойдемте в кабинет, побеседуем.
Знакомым коридором
– Что случилось? – спросила Баян.
– Кое-что случилось… В ночь накануне моего появления у вас тут… э-э… развлекался Чинганчгук. Нельзя ли проверить, всю ли ночь он у вас находился?
Баян распахнула глаза, но спрашивать ничего не стала. Достала из ящика стола комп, развернула его, пробежалась пальцами по клаве и углубилась в изучение изображения на видеопласте.
– Первую половину ночи он провел с Юленькой, а вторую – с Маришей. – Она взяла в руки коробочку говорильника. – Леночка, у нас там Юленька не освободилась?
– Нет, Баян-апа, еще полчаса до конца сеанса.
«Сеанс! – мысленно усмехнулся Осетр. – Словечко-то какое используют!»
– А Мариша?
– Мариша свободна.
– Пришли ее ко мне, деточка! А потом Юленьку, когда освободится.
– Хорошо, Баян-апа.
Через несколько минут на пороге кабинета появилась девушка, симпатичная брюнетка с роскошными волосами и не менее роскошным, полуобнаженным телом. Оценивающе глянула на Осетра, жеманно повела плечиком:
– Звали, Баян-апа?
– Да, Мариша. Заходи, деточка!
Мариша вспорхнула на диван, где сидел Осетр, с намерением устроиться у него на коленях.
– Ах, какой мужчина!!!
– Подожди, деточка, это не клиент.
Мариша разочарованно вздохнула, отодвинулась, угнездилась на другом краю дивана, положила одну полную ногу на другую.
– У этого человека есть к тебе несколько вопросов. Ответь на них, деточка.
– Да, Баян-апа.
– Позапрошлой ночью, – вступил в разговор Осетр, – у вас, Марина, был… э-э… сеанс с водителем Чинганчгуком. Не покидал ли он вас?
Мариша снова повела плечиком и поменяла ноги местами. Движение было настолько изящным и притягательным, что Осетр сглотнул.
– Вы полагаете, меня во время сеанса можно покинуть? – сказала Мариша и стрельнула в Осетра глазками.
– Я бы не покинул, – ответил Осетр неожиданно для самого себя. И спохватился: – Ответьте, пожалуйста, на вопрос.
– Да никуда он не девался. Пили. Сначала шампаниус, потом немного «кровушки», совсем чуть-чуть. Ну и все остальное! – Она произвела в Осетра очередной выстрел.
У «тетушки» Баян ходили скулы – она явно изо всех сил сдерживала улыбку.
– Значит, он от вас не уходил?
– Почему? Ушел утром, как сеанс завершился.
– А пришел когда?
Мариша посмотрела на Баян, потом возвела карие очи к потолку:
– Часа в три, наверное. Он сначала у Юльки был, говорил мне, что ему очень нравится наша контрастность. Он с нами чувствует себя… – Она помахала в воздухе изящными пальчиками и замолкла.
Расспрашивать ее больше было не о чем. Во всяком случае, Осетру. Разве что начать изучать технологию труда проституток, но в настоящее время такая задача не актуальна.