Гулы
Шрифт:
Вооружившись книгами по культовым обрядам Индии, он засел с пленкой в одноместном номере делийской гостиницы «Камра». Через четыре дня подробнейший отчет был отправлен в Раджкот.
«Уважаемый мистер Сахди,— писал Андрей,— по Вашей просьбе я провел анализ присланной Вами пленки. Могу сообщить свои выводы.
Запечатленный обряд не является чисто индийским обрядом демонопоклонничества. Скорее, это смесь индийского ритуала вызова черного ангела Баал-Зебуба и обряда западно-американских сатанистов по осквернению христианских святынь. В пользу этого предположения говорят следующие факты. Первая часть зафиксированного ритуала является классическим началом церемонии индийских демонопоклонников.
В этом месте Андрей имел в виду заключительные кадры пленки, запечатлевшие начало разнузданной оргии, устроенной сатанистами возле алтаря, на котором лежал труп Жана Коэля.
«…По моему мнению, люди, участвовавшие в обряде, не являются настоящими индийскими дьяволопоклонниками. Вероятней всего, это новое направление в сатанизме, вобравшее в себя ритуалы древнеиндийских служителей Храма тления и современных американских сатанистов… Могу посоветовать Вам обратить внимание на молодых людей, имеющих отношение к различным религиозным течениям Индии и выезжавших в последние годы в Америку или страны западной Европы — преимущественно в Италию, Францию и Испанию. В существующих в этих странах сатанистских сектах так же, как и в Америке, широко распространено оскорбление христианских символов посредством массовых сексуальных оргий…»
Отчет был отправлен в Раджкот. Через неделю Андрей получил письмо, из которого узнал, что полиция арестовала двух местных студенток, подозреваемых в причастности к кровавой драме. Год назад они ездили на стажировку в Каталонию. В их квартирах был произведен обыск, в результате которого были найдены многочисленные книги по дьяволопоклонничеству и сатанистские принадлежности. Среди находок оказались люциферов крест и копия антибиблии Пайка «Книга откровений». На следующий же день после ареста обе женщины признались в том, что присутствовали в Храме Бафомета в тот день, когда на алтаре был убит неизвестный мужчина. Затем они начали называть имена остальных сатанистов…
В письме начальник полицейского департамента благодарил мистера Белова за «неоценимую помощь» в расследовании убийства Жана Коэля. Честно говоря, сам Андрей не надеялся, что полиция сможет так быстро выйти на след преступников, воспользовавшись его советом. Во всяком случае, он был приятно удивлен, и что-то в его душе успокоилось…
Бледный юноша, сидящий в трех столах от него, зашелся в приступе кашля — Андрей «вернулся» в маленький зал Терренской библиотеки.
Взглянув на часы, он отметил, что было уже начало первого — время обеда. Сцепив пальцы на затылке, Андрей резко опустил локти вниз, отчего хрустнули кости позвоночника, а по спине разлилась приятная боль.
Он собрал книги в стопку и поднялся из-за стола,
Молодая библиотекарша, сидящая за стойкой выдачи книг, с густыми, каштановыми волосами и большим ртом, бросила на него испуганный взгляд. «Паола де Тарцини» — сообщали буквы, отпечатанные на глянцевой карточке, прикрепленной на ее блузке.
Андрей направился к стойке. Одно из двух, думал он, идя вдоль столов, либо он вызвал у этой девушки откровенное отвращение, либо — совершенно противоположное чувство. Он неплохо разбирался в человеческой психологии и, при желании, мог вызывать у людей любое из этих чувств. Сегодня он не играл. В обычной же жизни он не вызывает
Подойдя к стойке, он выложил на нее книги.
— Вы уже уходите? — В голосе Паолы де Тарцини прозвучал тот же самый испуг, что светился в глазах.
— Да, я закончил,— кивнул Андреи.— Но я попрошу вас не убирать эти книги, возможно, я приду заниматься после обеда. Или завтра утром.
— Хорошо.
Теперь в голосе девушки прозвенело неподдельное облегчение — словно с плеч ее свалилась огромная тяжесть.
«Ну, что ж… Мир по-прежнему держится на любви,— подумал Андрей.— Среди окружающих нас кошмаров неплохо иметь хоть что-то светлое и надежное».
Мягко улыбнувшись, он сказал:
— Я первый день в вашем городе, абсолютно его не знаю. Не представляю даже, где здесь можно перекусить… Паола,— он сделал вид, что только что прочитал ее имя на белой карточке,— вы не подскажете, есть здесь поблизости что-нибудь вроде кафе или закусочной?
В глазах Паолы де Тарцини зажглись мучительные огоньки, словно она раздумывала над чем-то исключительно для нее важном, но не могла найти правильного решения.
— Вообще-то сейчас у меня перерыв,— сказала она наконец и удивилась своему голосу — он был необычайно низким и хриплым.— Здесь за углом есть небольшая пиццерия. Я там обычно обедаю.
— Отлично. Тогда, может, покажете мне эту пиццерию?
— Идет,— кивнула она после небольшого раздумья — Только вам придется подождать — я скажу напарнице, что ухожу?
— Хорошо.
Паола взяла книги Андрея и отнесла их на дежурный стеллаж. Потом подошла к Лучии, помогавшей одному из посетителей с проектором.
В следующую секунду брови черноволосой напарницы Паолы де Тарцини удивленно взлетели вверх — Андрей это заметил. Паола сказала что-то Лучии и пошла к выходу.
— Ну, вот. Я готова,— сказала она, останавливаясь возле стойки.
— С вашей напарницей все в порядке?
— Да.
— Мне показалось, ее что-то удивило?
— Нет, это… — на секунду Паола замялась,— это личное.
— Понятно,— кивнул Андрей. Хотя на самом деле ему ничего понятно не было.
Через секунду они вышли из зала.
Чего Паола не сказала Андрею, так это то, что последние три года они с Лучией обедали в книгохранилище библиотеки — рядом со стеллажами по философии. И честно говоря, ей нравились эти минуты,— когда Лучия тараторила сквозь набитый рот, выдавая последние новости о знакомых со скоростью сто слов в минуту. Она любила сидеть за маленьким столиком рядом с книгами Сенеки и Сартра и, глядя на пухлые тома Гейне, уплетать толстые макароны («макаронки» — как называла их Лучия) с острым томатным соусом. Этот соус готовила ее мать. А в конце обеда они неизменно выпивали по чашке капуччино или цейлонского чая.
Но сегодня Паола де Тарцини спускалась по крыльцу библиотеки с твердым намерением отобедать с мужчиной, которого впервые увидела три часа назад. Сейчас ей было плевать на ее любимые макароны с соусом, стынущие на маленьком столике рядом с книгами Фрейда. «Все поступки людей определяются их подавляемыми сексуальными желаниями»,— писал некогда этот австриец. По большому счету, он был чертовски прав…
В двенадцать часов Доминик Пальоли поднялся по ступеням крыльца ресторана Гизи Валенти. У входа его встретил Бучи Баррио — один из двух личных телохранителей Франческо Борзо, Пройдя за быкоподобным Баррио, Доминик оказался в огромном зале ресторана Валенти. Сейчас он был абсолютно пуст, если не считать пары столиков у окна. За одним из них сидели Франческо Борзо, Армандо Эрба и Луиджи ле Гранде, за другим — три телохранителя, похожие друг на друга как братья-близнецы, с бычьими шеями и глазами, цепкими, словно объективы видеокамер.