Чтение онлайн

Она тихо зашипела, его прикосновение вызвало всплеск удовольствия. Ее слова отяжелели от жара и любви.

– Не здесь, дорогой. Ой. У нас много времени. Мы можем подняться наверх.

– Здесь, - сказал он.

Он почувствовал, как по его телу пробежал теплый поток, и он почувствовал ее тепло. Настойчивость медленно и осторожно потянула их к полу, словно внезапное увеличение силы тяжести. Теперь она лежала перед ним на спине, мягко раскинув руки и ноги, доверчиво раздвинув их. Тени подчеркивали ее фигуру; в падающем свете ее кожа казалась темной. Их взгляды встретились - он смотрел на нее. Ищущий. Встал на колени

между ее белых раздвинутых ног. Он так сильно любил ее, жену другого мужчины. Ее живот, казалось, подрагивал, плоть напряглась в ожидании, а он легкими поцелуями выводил круги вокруг ее пупка, в то время как его руки гладили ее груди и спускались к теплым обнаженным бедрам. Она прерывисто дышала сквозь зубы, словно от напряжения. Его поцелуи стали более настойчивыми, более низкими, более прямыми. Оказавшись так близко, он начал целовать внутреннюю поверхность ее бедер, медленно поднимаясь вверх, и, наконец, добрался до жизненно важного места. Ее рот приоткрылся. Ее глаза превратились в щелочки. Она уставилась в полутемное пространство, вздыхая от блаженства.

На вкус она была острой и восхитительной. Глен почувствовал, как ее тело извивается под ним. Хотя в комнате стояла мертвая тишина, он слышал ее звуки, как будто они были чрезмерно усилены. Он слышал, как работают ее легкие, как бьется ее сердце, как бьется пульс. Он слышал тихие всхлипы, которые раздавались с каждым ее вздохом. Он слышал, как приоткрываются ее губы, как она запускает руки в его волосы, как она глотает воздух. Но он был так поглощен своей любовью к ней, что не услышал странного, слабого шарканья, доносившегося из подвала.

* * *

Голос пробился сквозь его сон.

– Курт! Курт! На заднем дворе что-то ужасное! Курт! Просыпайся, просыпайся!

Маленькие ручки схватили его за плечи и встряхнули, грубо, неистово, оторвав его голову от кровати, тряся, тряся, тряся.

– О, просыпайся, ты, кусок дерьма!

Курт подумал, что его выводят из комы шоком. Он открыл глаза, и ему потребовалось много времени, чтобы сфокусироваться на испуганном лице Мелиссы, которая, казалось, нависла над ним, как дух демона. Она продолжала трясти его, продолжая кричать ему в ухо.

Его глаза впились в нее.

– Черт возьми, Мелисса. Если бы ты не была девушкой, я бы вышиб из тебя дух. Какого хрена ты меня будишь, - он бросил взгляд на часы, - в половине девятого утра, когда знаешь, что я лег спать только после четырех?

Она говорила, задыхаясь, потому что какой-то ужас превращал ее слова в тарабарщину.

– Я вышла на улицу, чтобы налить воды в поилку для птиц на заднем дворе, ты знаешь, где находится поилка для птиц - и там было что-то между деревьями, похожее на кишки, волосы или еще что-то в куче. Курт, ты должен что-то сделать, это ужасно...

Он пытался разозлиться на нее, но понял, что не может. Да, она была угрозой, занудой, проказницей и занозой в заднице, но все же она была всего лишь маленькой девочкой.

– Если это еще одна из твоих шуток...

– Это не так, Курт. Клянусь, это не так, - заверила она его, ритмично покачивая головой.
– Я бы не стала шутить с чем-то подобным.

Как в тот раз, когда она сказала, что слышала, как кто-то поднимался на чердак. Курт схватил свой револьвер и поднялся по чердачной лестнице. Ведро с холодным

соусом барбекю трехдневной давности опрокинулось ему на голову.

– Спустись вниз и приготовь мне кофе, - сказал он ей.
– Я спущусь через минуту.

Лицо Мелиссы застыло. Она кивнула и выбежала из комнаты. Курт не мог припомнить, чтобы когда-либо видел ее такой расстроенной.

Он натягивал старую одежду, каждое движение его тела было вялым из-за недосыпания. Когда он спускался по ступенькам, его ноги стучали, как бетонные блоки. Инстинкт заставил его пошарить в верхнем кармане в поисках сигареты; он громко застонал, когда не нашел ни одной. Солнечный свет на кухне казался энергетическим полем, созданным для отражения. Мелисса стояла к нему спиной; она пристально смотрела через раздвижную стеклянную дверь на задний двор, прижав кончики пальцев к стеклу. На ней были красные кроссовки, полосатые носки, ярко-желтая футболка и новенький джинсовый комбинезон.

"Похожа на манекен для детской одежды", - подумал он.

Пачка сигарет в ее заднем кармане была постыдно заметна. Он напрягся, подкрался к ней и вытащил сигареты как раз в тот момент, когда она начала разворачиваться.

– Вор!
– закричала она, хватая его.
– Отдай мне их обратно!

– У тебя нет ни единого шанса, - ответил он. Он держал пачку так, чтобы она не могла дотянуться до нее.
– Я же говорил тебе на днях, что тебе запрещено курить. Повторяю. Я делаю это только для твоего же блага. Ты будешь благодарить меня десять лет спустя.

– Забудь об этом, - сказала она.
– Гомик.

Курт тут же закурил, наслаждаясь первой затяжкой.

– Вот видишь, все к лучшему, потому что у меня как раз закончились сигареты. Ирония в том, что ты купила сигареты моей марки.

Мелисса торжествующе улыбнулась.

– Они должны быть твоей марки. Я взяла их из твоей машины.

– Ах ты, маленькая воровка, - сказал он, когда понял, что это правда.
– Если бы ты была моим ребенком, я бы надрал тебе задницу.

– Да, но я не твой ребенок, и вместо того, чтобы беспокоиться о моей заднице, что ты собираешься делать с этой штукой на заднем дворе?

Быстрое изменение выражения ее лица на серьезное заставило его вспомнить.

– О, да, я чуть не забыл, по какой причине ты так грубо вытащила меня из постели. Так что же такого ужасного происходит на заднем дворе?

– Я не могу сказать, что это такое, только то, что оно мертво. Оно большое и отвратительное.

Профессиональные условия заставили его задуматься о самой худшей возможности.

– Мелисса, давай хоть на минуту останемся серьезными. Эта штука на заднем дворе - это не... ну, ты понимаешь... Это ведь не человек, не так ли?

– Нет, но он большой и отвратительный.

– Так, это ты мне уже говорила, - он открыл раздвижную дверь.
– Ну, давай.

– Э-э-э, - сказала она.
– Только не я, - один взгляд на брата.
– Просто сходи к поилке для птиц. И увидишь.

Он вышел во внутренний дворик и пересек его по диагонали. Свежий воздух придал ему сил, это стало основой его мозга. Он заметил поилку для птиц на краю двора, а также неразличимую кучу у ее подножия. Когда он приблизился, сверху на него закричала птица. Он поднял глаза и увидел большую ворону, прячущуюся за листьями самого высокого дуба. Она напомнила ему стервятника, поджидающего добычу.