Чтение онлайн

Давид и Андрей — великие насмешники! Минуты без подковырки не проживут. А ведь разные и по характеру и внешне. Давид высокий, худой, медлительный в движениях и в разговоре, болезненный от природы, шпильки подпускает как-то незаметно, сохраняя на бледном лице полную серьезность. Андрей — резкая противоположность Давиду: коренастый, непоседливый, весь кипит от возбуждения, слова не произнесет спокойно. Голова его всегда полна фантастическими планами и идеями.

У обоих отцы — железнодорожники. Отцу Андрея недавно паровозом отрезало ногу, и он сейчас на пенсии,

хотя еще и не стар.

Впереди поле. Справа пологий склон, на нем когда-то стоял высокий деревянный маяк; слева — поросшая кустарником лощина с сохранившимися кое-где болотцами. Дорога вьется лощиной. В конце поля железнодорожный переезд через ветку-однопутку на городок Хвойное; за переездом — лес, поросшие березняком вырубки, молодые сосновые посадки, дубовые рощи.

Вечерние сумерки все гуще укрывают землю.

— Надеть противогазы! — звучит команда.

Дело знакомое, противогаз Василь надевал уже не раз. Надо только хорошо отрегулировать клапан, а то, натянув на лицо маску, будешь задыхаться. Дышать в противогазе тяжело, но можно. Ребята поверх масок еще и шапки надели и сразу стали похожими на сборище призраков.

В противогазах шагают недолго — минут пятнадцать. У самого переезда раздается команда — снять!.. И сразу окружающий мир становится иным — дышится легко, свободно; лицо обвевает прохладный вечерний ветерок, в нос ударяют самые разнообразные запахи земли. Как хорошо, как приятно!..

Темное небо вдоль и поперек полосуют зарницы. Да, не самую подходящую ночь выбрали для развертывания военных игр. Но, может быть, это и к лучшему — больше будет приключений.

Дальше все идет по заранее разработанному плану. Колонна разделяется на две равные части — «красных» и «синих». Синие должны закрепиться в лесу и держать оборону, красные пойдут на них в наступление. В начале наступления будут зажжены дымовые шашки. Одновременно обе стороны должны будут надеть противогазы, а у кого есть — набросить противоипритные накидки. Санитары тем временем начнут оказывать первую помощь раненым.

Василь попал к синим. И Надя тоже. Почти половина девятого класса оказалась в их рядах. Василь следит за Надей — живой, неугомонной. Следит больше по голосу, потому что уже совсем стемнело. И всякий раз, где она появляется, слышен звонкий смех, громкие возгласы.

О настоящей войне Василь не думает. Советская страна такая могучая, что вряд ли кто решится напасть на нее. Только за последние два-три года разбили у озера Хасан и на Халхин-Голе японцев, протянули руку помощи западным белорусам и украинцам, советскими стали Прибалтийские республики. Нет больше на карте заштрихованной желтыми полосками Бессарабии, получили решительный отпор белофинны, Ленинград теперь в безопасности. Все это что-то да значит!..

А в лесу темно, хоть глаз выколи, — все небо затянуто грозовыми тучами. Начинает накрапывать дождь. Девчата держатся поближе к ребятам — признают мужской авторитет. Где-то рядом звенит голосок Нади Меделки, и Василю это приятно.

Командиром своего класса, как и остальные старосты, назначен Василь.

Ребята

выбрали густой сосняк, где можно укрыться от дождя и следить за действиями противника. Василь, Давид и Андрей прилегли под сосной.

Василь спрашивает Давида:

— Доводилось тебе бывать в этом лесу?

— Бывал, а что?

— Да ничего особенного. Когда-то здесь было наше поле. По эту сторону маяка.

— Подумаешь, какая важность, — без подковырки Давид не может.

— Конечно, тебе все равно. Ты ведь в лес не ходишь. Бабку от боровика отличить не можешь.

— В супе отличу.

— Те, что отец приносит?

— Важен результат.

— Лопочете, как тетерева, — недовольно замечает Андрей. — Наглотаешься тут с вами дыму.

— Думаешь, хлор пустят? Слишком дорого стоит.

Девчата рядом посмеиваются.

Наконец в березняке начинается движение. Одновременно доносится гул со стороны железной дороги — приближается поезд, идущий в сторону Хвойного. Значит, половина одиннадцатого. А Василю казалось, что уже глубокая ночь. Эхо все гуще прокатывается по лесу.

— Надеть противогазы! — кричит Василь, входя в роль командира. — Под шумок, того и гляди, налетят и засекут. Скажут: лежали без противогазов. Пойдут разговоры!..

— Не буду надевать! — доносится голос Нади Меделки. Она где-то рядом, у ближайших сосен. — Наступление еще не началось.

— Можешь не надевать, ты не наша!

Гул поезда отдалился, и теперь хорошо слышно, как трещат трещотки. Они уже близко. Наконец в небо взмывает зеленая ракета. На мгновение она как бы замирает, потом, рассыпавшись на множество сверкающих огоньков, освещает все вокруг. В кустах тихо мелькают тени — десятый класс пошел в наступление. В ответ затрещали трещотками девятиклассники. Василь почувствовал, как сильно забилось сердце, напряглись мускулы, зашумела кровь в висках. Видно, так бывает на настоящей войне.

— Надеть противогазы! — громко, по-военному снова кричит Василь.

Перекинув сумку на живот и натянув на лицо резиновую маску, он быстро приводит себя в порядок. Ведь он командир и обязан доложить высшим начальникам, что восьмой класс встретил противника по-боевому, в полной готовности отразил химическую атаку.

Проходит какое-то время. Девятиклассники беспрерывно трещат трещотками. Затем мимо пробегает цепь наступающих, со всех сторон долетают веселые возгласы. Вслед, поблескивая карманными фонариками, спешат инструкторы — проверяют результаты. Восьмиклассники тем временем лежат под соснами, ждут.

Василь с инструктором, молодым парнем, обходят позиции.

Восьмой класс выдержал испытание. Все, кому были выданы противогазы, надели их правильно, умеют ими пользоваться. Об этом заявил осоавиахимовский инструктор. Подсвечивая себе фонариком, он записал фамилии в блокнот.

Вот и кончились военные игры. Василю даже грустно стало. Стоило ли переться за пять километров в ночной лес, чтобы только надеть и снять противогазы.

Вдруг Василь слышит возле себя звонкий голосок Нади Меделки: