Шрифт:
Г Р О Т
– Не задерживаемся! Не отстаем! Проходим в следующий зал, далее выходим из пещеры, поднимаемся на смотровую площадку и делаем общий панорамный снимок!
Экскурсовод подняла руку, собирая внимание группы, убедилась, что все ее слышат, и только после этого продолжила:
– Далеко не расходимся, внимательно смотрим под ноги!
Мы поплелись в хвосте процессии, щелкая камерой, стараясь захватить всю панораму целиком,
– Ну, ты!
– Ванька сжал кулачки, сурово посмотрел на отца.
– Ну, я!
– задиристо начал Максим.
– Брейк!
– решительно вклинилась я, и поединок закончился в первом же раунде.
В пещере было сыро и темно, где-то журчала вода, под сводами хлопала крыльями бестолковая птица. Экскурсанты топтались у стен, любуясь наскальным творчеством туристов.
– Витек из Выхино!
– громко прочитал Ванька и нахмурился, - Так не честно! Этот Витек уже писал на остановке... и в туалете тоже писал, а еще в автобусе на спинке кресла!
– Да, - улыбнулся Максим.
– Витек из Выхино крупный писатель!
За нашими спинами кто-то весело хмыкнул.
– Этот Витек отметился на всех маршрутах, - экскурсовод кокетливо улыбнулась Максиму.
– Даже вскарабкался по отвесной скале.
– Покажите!
– потребовал Ванька.
– Сейчас поднимемся на смотровую площадку, и ты сам все увидишь.
Ванька нахмурился, отошел в сторонку, всем видом демонстрируя протест. Стало ясно: подвиги Витька занимают его гораздо больше, чем весь маршрут с его живописными гротами и сталактитами.
Но вот экскурсовод пошла на выход, мы дружно потянулись вслед за ней, Ванька первым выскочил из пещеры, словно послушный ученик, пристроился поближе к умной тетеньке, так хорошо изучившей повадки Витька-верхолаза. Я вышла из грота и невольно зажмурилась: луч солнца подрожал в ветвях, нырнул в ближайшую лазейку и вероломно выстрелил в глаза.
Когда ко мне вернулось зрение, а контуры сложились в первозданный силуэт, экскурсовод уже поднималась по горной тропинке, следом за ней увлеченно карабкался Ванька.
– Похоже, у Витька появился Фан-клуб, - рассмеялся Максим.
Я поглубже вдохнула, прибавила шагу:
– Не упускай их из вида - тропинка узкая, кругом ущелья...
На смотровой площадке было пусто. Затоптанный унылый пятачок почти расплавился от зноя, перила, казалось, вот-вот задымятся, а на белую майку Максима было больно смотреть. Ванька выклянчил камеру и пристроился к группе фанатов Витька, изучавших эскизы кумира. Да, Витек не блистал красноречием: все та же избитая пара имен, соединенных коротким и емким предлогом, все тот же цвет баллончика - кислотный купорос.
Экскурсовод тем временем вертела головой и щебетала заученный текст:
– Перед вами знаменитое Драконово
– спросите вы. Я отвечу - одной очень древней легендой. Легенда эта гласит, что испокон веков долину охраняет исполинский дракон, имя которому Улак (по-местному Влас). В одной из карстовых пещер находится его обитель. Днем он спит и не любит, когда его тревожат.
– А от кого он охраняет долину?
– вклинился Макс.
– Он охраняет вход в соседний мир.
– Хотите сказать, что древние знали о параллельных мирах?
– рассмеялся Максим.
– Они не считали его параллельным, а называли просто Даг-Гар. Говорят, что пещера находится прямо под нами. Если посмотрите вниз, - экскурсовод шагнула к перилам, вытянула руку в сторону утеса, - то обнаружите гигантское углубление. Днем его не увидишь, а на закате, когда от скалы отражается солнце, можно заметить широкий проем, который открывает вход в тоннель. Добраться туда невозможно, потому что стена в этом месте отвесная. Многие пробовали спуститься туда по веревке, но безуспешно: глыба, нависшая над входом, закрывает путь сверху, а путь снизу перекрывает такой же отвесный уступ.
– Сплошной облом!
– рассмеялся Максим.
– В качестве утешения могу предложить вам прогулку поверх лабиринта. Эта дорога идет вдоль побережья и, как говорят знатоки, - тут экскурсовод подмигнула Максиму, - повторяет рельеф одного из тоннелей.
– Затоптанного сотнями туристов!
– Произнесла я вслух.
Экскурсовод уколола меня неприязненным взглядом, подернула плечом и отвернулась.
Наша группа уже выстроилась в очередь на снимок: каждый хотел оказаться на фоне ущелья и, желательно, отдельно от других.
– Иди к перилам, запечатлею тебя в легендарной долине, - распорядился Максим.
– Камера где?
– У Ваньки.
– А Ванька где?
– Максим уставился мне в лоб.
Я огляделась: Ваньки нигде не было. Экскурсанты понуро топтались в очереди на шедевр, продвинутые ползали по скалам, выискивая нужный ракурс. Чуть в стороне наша дама общалась с любознательной супружеской четой.
– Ваньку не видели?
– крикнула я.
Дама, молча, пожала плечами, старички усердно завертели головами.
– Пойду, пошарю по кустам, - нервно бросил Максим и начал спускаться по горной тропинке.
Я пробежала вдоль перил, заглядывая вниз и гулко ухая сердцем. На склоне было пусто, никаких следов Ваньки, все тот же унылый, выжженный солнцем пейзаж. В какой-то момент мне почудился свет фотовспышки, а следом послышался сдавленный крик. Я охнула, схватилась за перила, а миг спустя уже летела вниз по косогору. Тропинка выглядела плоской и пологой, но на поверку оказалась крутой и коварной: со всех сторон шипел и осыпался гравий, кусты, за которые я то и дело цеплялась, предательски гнулись к земле, грунт под ногами оползал. За очередным коротким виражом я налетел на Ваньку. Тот сидел на земле и растирал разбитую коленку.