Чтение онлайн

— Это реальная проблема, — нахмурился Март, живо представив себе масштаб возникающих затруднений. — А то, что у меня есть законный опекун, значения не имеет?

— Я вас умоляю! — с сожалением посмотрел на молодого человека Бенчик. — Сами подумайте, где вчерашний рейдер Зимин, а где господа сенаторы?

— Коллега, прав, — кивнул Вересаев. — Даже если бы Владимир Степанович имел статус гросса, и то нельзя было поручиться за исход противостояния. А без него и говорить не о чем…

— И насколько

эти важные господа могут мне мешать?

— Достаточно сильно. Ваши решения по основным финансовым параметрам должны проходить согласование в комитете. И они могут отказаться их подтверждать.

— То есть без их визы мои приказы будут недействительны?

— К сожалению, да, особенно в вопросах, которые утверждались ранее. В случае же возникновения между этим органом и вами, как владельцем, неразрешимых противоречий, они вправе передать дело на рассмотрение Сенату.

— Чего бы совсем не хотелось, — вмешался Беня, — это будет прецедент. За первым делом последуют другие, а там не заметим, как все управление окажется в руках гроссов.

— Это худший сценарий, но в целом да, я согласен с коллегой, — склонил голову в знак одобрения и Вересаев.

— Да уж, весело. И как мне от них избавиться?

Адвокаты многозначительно переглянулись, после чего Петр Петрович осторожно спросил:

— Надеюсь, под словом «избавиться» вы не имеете в виду…

— Физического устранения? — еле заметно улыбнулся Март. — Ну что вы. Тем более, что это бесполезно. На место безвременно усопших обязательно найдутся другие, еще более наглые и жадные. Нет, я говорю только о законных возможностях распустить этот откровенно избыточный аппарат опеки.

— Говоря откровенно, пока мы не видим подходящего средства. Разумеется, можно подать на Сенат в суд. Но дело в любом случае будет идти не один год, а судебные издержки превысят все разумные пределы. Между тем, всего через четыре года вы достигнете совершеннолетия, и все разрешится само собой…

— Угу. Если только «комитетчики» за это время не пустят меня по миру!

— Думаю, что вы преувеличиваете…

— Вообще-то есть одна возможность… — начал Беня, но тут же и осекся.

— Продолжайте, Семен Наумович… прошу вас.

Беньямин пожал плечами.

— Если помните, Мартемьян Андреевич, наше богоспасаемое отечество — самодержавная монархия. А посему его императорское величество Александр Николаевич вполне может продавить абсолютно любое решение. В том числе и в вашу пользу. Дело за сущей безделицей. Надобно, чтобы это было ему выгодно…

— Пустое, — покачал головой Вересаев. — У государя и без того есть в опекунском комитете свои люди. Да и остальные, буде случится конфликт интересов, не решатся прямо выступить против монаршей воли. Так что его все устраивает. Во всяком случае, пока.

—

Понятно, что ничего не понятно. То есть Сенат, пользуясь своими не вполне даже прописанными правами, фактически занялся рейдерским захватом моей компании. Это война, господа. Но мне она не выгодна. Значит, пока будем маневрировать, играя в компромиссы. А параллельно искать настоящее решение. Потому что за три года, у меня нет и тени сомнений, желающие погреть руки за мой счет вытащат из ОЗК десятки, а то и сотни миллионов. И попросту разорят компанию, заодно еще и обвинив во всех ее бедах меня — молодого и неопытного.

— Кхм… В ваших словах, Мартемьян Андреевич, много правды. Мы идем по тонкому льду. И жесткий конфликт сейчас крайне не желателен. Осторожность и еще раз осторожность. Это про ваших «опекунов». Если же возвращаться к более приземленным темам, то я бы рекомендовал вам скорейшим образом решить вопрос с графом Оссолинским.

— Конечно. Кстати, а каков он, мой двоюродный брат?

— Мы не так часто с ним виделись, чтобы я смог составить сколько-нибудь объективное мнение, — уклонился от прямого ответа Вересаев.

Беньеямин же, в отличие от него, стесняться не стал.

— Человечишка он пустой. Ни богу свечка, ни черту кочерга. Нельзя сказать, чтобы совсем дурак, но и не ума палата. Привык жить на широкую ногу, отчего постоянно находился в долгах. Во время службы в лейб-гвардии был замешан в нескольких скандальных историях, но умудрился выйти сухим из воды. Тем не менее, полковое собрание дало понять, что не желает видеть графа Оссолинского в своих рядах, после чего тот ушел в отставку.

— Как интересно! А что было дальше?

— Да, в общем-то, больше ничего примечательного. Женат, но с супругой вместе не живут. С единственным сыном вы знакомы. Имеет кое-какие связи в театральном мире, благодаря чему время от времени заводит интрижки с начинающими актрисами.

— А в бизнесе?

— Особых коммерческих талантов не замечено, но входит в попечительские советы нескольких благотворительных фондов, а также совет директоров ОЗК. Впрочем, в дела особо никогда не лез…

— Это пока, — не удержался от реплики Петр Петрович. — Раньше его Нина Ивановна сдерживала, а вот что будет теперь…

— Полагаете, будут проблемы?

— Это уж как пить дать. Ваша роль в аресте его единственного сына хоть и не афишируется, но, тем не менее, общеизвестна. Добавьте к этому ускользнувшее из-под носа наследство и вообще…, поэтому повторю свой совет. Не откладывайте решение на потом.

— Резать к чертовой матери, не дожидаясь перитонита?

— Примерно так!

— Кстати, а в нашей корпорации есть служба безопасности?

— Простите, как вы сказали? Служба безопасности… любопытное название.