Грейвел
Шрифт:
Даже с ее измученным телом, быстро восстанавливающимся благодаря лэндре, Алекс могла вспомнить несколько раз в своей жизни, когда она чувствовала себя более несчастной. Знание того, что Эйвен сейчас где-то рядом с целым городом Заявленных меярин, заставило ее захотеть схватить всех, кто был ей дорог, и убежать обратно во Фрейю, чтобы никогда больше не возвращаться в Медору. Но она знала, что не может этого сделать. Она знала, что не сделает этого. И это оставляло ей только один выбор.
– Где он, Нийкс?
– тихо спросила она, когда они вылетели из Серебряного
– Где Эйвен?
Прерывисто выдохнув, он ответил:
– Грейвел… Он отправился в Грейвел. Он знает, что Ходящие по Теням не готовы к нападению, поэтому, пока люди все еще являются его конечной целью, он пользуется отказом старейшин принять твои предупреждения всерьез.
Алекс кивнула, догадавшись об этом, пророчество громко повторялось в ее голове. «Когда День и Ночь объединятся и сразятся...»
– Мы должны пойти туда.
Ответ Нийкса был настолько быстрым и твердым, насколько она и предполагала.
– Никаких шансов.
– Мы должны, - так же твердо повторила Алекс, прежде чем она, наконец, произнесла пророчество для него. Она не скрывала это от него намеренно, оно просто никогда не всплывало… в основном потому, что она отрицала это.
– Разве ты не видишь? Я знаю, что в этом нет никакого смысла, но это может быть способом остановить его еще до того, как он начнет.
– Что именно ты будешь делать, если мы пойдем туда?
– спросил Нийкс, его тон граничил с сарказмом.
– Будешь умницей и попросишь Эйвена остановиться? Даже если бы ты была способна выиграть у него бой прямо сейчас… хотя сейчас нет… что бы ты сделала?
Алекс открыла рот, чтобы ответить, но он продолжил прежде, чем она успела.
– Ты сама сказала, что не убьешь его, и хотя я не поклялся в том же уровне морали, даже я не стал бы предпринимать ничего, что могло бы подвергнуть риску так много жизней, - расстроенно сказал Нийкс.
– Пока все, на кого он Претендовал, не будут освобождены, единственный исход, с которым столкнется любой из нас, если мы выступим против Эйвена, - это смерть. Это то, чего ты хочешь, Эйлия?
– Я...
– Потому что это то, что мы получим. Если мы сегодня встретимся с Эйвеном, хорошего конца для нас не будет.
– Мы...
– «Тьма и Свет встретятся в середине удара», - насмешливо продекламировал он.
– Если ты думаешь, что это ты и он, то можешь забыть об этом. Я потратил столько усилий, пытаясь сохранить тебе жизнь, не для того, чтобы позволить тебе броситься в объятия своего врага из прихоти жертвы. Это был твой план с самого начала?
– Конечно, н…
– Тогда каков твой план, Эйлия?
– Нийкс чуть не закричал.
– Какая у тебя может быть причина для такой глупой идеи, когда ты, человек, идешь против самого могущественного меярина в мире, чтобы помочь городу, полному смертных, половина из которых ненавидит тебя? Ты хочешь убить нас обоих?
– Не говори…
Он наклонился и прорычал ей в лицо:
– Каков твой план, Эйлия?
Полностью потеряв самообладание, Алекс крикнула в ответ:
– Я не знаю, Нийкс!
–
Слезы страха и отчаяния застряли у нее в горле, и как бы сильно она ни сглатывала, они не исчезали.
– У меня нет плана, - сказала она шепотом, когда они мчались мимо лесов и озер, направляясь к безопасности Акарнаи.
– Я не глупа… я знаю, что не могу встретиться лицом к лицу с Эйвеном и победить, особенно не так.
– Она указала на свое все еще заживающее тело, которое было покрыто изрезанной, окровавленной одеждой.
– Но я также не могу сидеть сложа руки и бросить Грейвел на произвол судьбы. Я пообещала им, что, если придет время, когда им понадобится помощь, мы будем рядом.
– Ты прислоняешься ко мне полумертвая, и я сам чувствую себя не так уж хорошо, - сказал Нийкс с явным раздражением.
– Как ты думаешь, что хорошего мы можем предложить против армии бессмертных и одаренных людей?
– Это будем не только мы, - сказала Алекс, поднимая руку, чтобы он увидел татуировку Маяка на ее запястье, когда начала формироваться очень слабая надежда.
– Армия человеческих подкреплений не выстоит долго против сил Мейи, - отметил Нийкс.
– Но в сочетании с Ходящими по Теням и Дневными Всадниками они помогут увеличить численность, - сказала Алекс.
– И не забывай, что некоторые из них тоже будут одаренными.
– Котенок...
– Мы должны что-то сделать, Нийкс, - в отчаянии сказала Алекс.
– Я никогда не смогу простить себя, если мы хотя бы не попытаемся.
– Эйвен слишком силен, чтобы ты могла с ним бороться, - прямо сказал Нийкс.
– Несмотря на то, насколько способной ты стала, ты все еще отстаешь от него на тысячи лет, когда дело доходит до обучения и опыта. И это даже не учитывая его дополнительную силу от сбора силы других меярин.
– Я полностью осознаю это, - мягко сказала Алекс. Затем она потянулась к нему и сжала его руку.
– Я также полностью осознаю, что не буду сражаться в одиночку.
Нийкс не дал подтверждения, но они оба знали, что он ни за что не оставит ее. Вместо этого он наклонил голову, чтобы пристально посмотреть на нее.
– Твое обучение у Аторы… ты хоть немного готова попробовать и поделиться своим даром?
Алекс колебалась, зная, что странные задания таинственного человека волшебным образом не научили ее освобождать тех, на кого Претендовал Эйвен. Атора сказал ей, что на это потребуется время, но время было даром, которого у нее больше не было.
Это стоило ей усилий, но она заставила себя признать правду.
– Нет.
Нийкс громко вздохнул.
– По крайней мере, ты честна.
Алекс ждала, чувствуя, как к ней начинают возвращаться силы, по мере того как ее тело продолжало исцеляться, но медленно, слишком медленно. Как раз в тот момент, когда она собиралась продолжить отстаивать свою правоту, Валиспас сделал такой резкий разворот, что девушка врезалась бы в прозрачный барьер, если бы Нийкс все еще не поддерживал ее.
– Что ты делаешь? – спросила она.
– Куда мы направляемся?