Грэйв
Шрифт:
— А сколько за комнату платишь?
— Пока на пару месяцев по сороковнику сторговались, я же еще толком на работу не устроился, не знаю даже, как там дальше будет. Главное — удобно ли мне будет ездить отсюда на работу. В общаге жить не хочу, нажился уже, общага только для прописки. Если на год договорюсь — то комната по тридцатке в месяц будет, это как пить дать.
Макс неодобрительно посмотрел на ножик.
— Ножик у тебя хреновый какой-то. И тупой, и неудобный. И железо плохое — окисляется.
— Какой есть. Сам знаешь, у нас с ножами в стране напряжонка. Чтобы как холодное оружие не использовали. Можно в цеху на заказ сделать,
Макс достал из синтезатора два любимых ножа разных размеров. Протянул Эдику тот, что побольше.
— Держи, попробуй этим.
— Ух ты! — восхитился Эдик — откуда такая красотища? — Эдик начал читать клеймо на лезвии — Импортный? Где достал?
— Где достал, там уже нету — отшутился Макс. — Да ты чисти картошку, чисти, а то и без того гостя припахал. Только не порежься, ножи заточены на славу.
Остатки картошки почистили быстро. Порезали. Зашипело масло на сковородке, высыпали картошку. Эдик помыл ножи, рассмотрел снова.
— Вещь!
— Дарю!
В глазах Эдика вспыхнула радость, почти счастье. Но радость сменилась тревогой.
— Ножи дарить нельзя. Примета плохая. Надо обязательно монетку какую-то отдать. Эдик вытер руки, полез в карман, достал кошелек, выбрал монетку, отдал Максу
— Пятиалтынный. Юбилейный притом.
Макс посмотрел на монетку. Белый металл, надпись 15 копеек, выше справа знакомый с детства герб СССР. На обороте слева надпись 1917–1967. справа какие-то женщина и мужик с серпом и молотом в соединенных поднятых руках. То ли фигуристы, то ли гимнасты, а может и какие-то известные здесь всем революционеры, недаром год революции стоит, 1917-й. Максу плохонькое изображение ничего не говорило. Скорее всего революционеры, дата к 50 лет революции подходит. Макс положил монетку в кейс, пока не потерялась.
Эдик помешал картошку, налил еще по рюмке коньяка. Выпили за праздник, закусили сырокопчеными сосисками Макса.
Эдик восхитился.
— Классные у тебя охотничьи колбаски, люблю их, жаль, что жуткий дефицит, всего несколько раз видел их в продаже. Сейчас покажу, как их надо готовить.
Эдик помчался наверх и принес оттуда пивную бутылку, заткнутую такой же полиэтиленовой пробкой, как у коньяка. Положил четыре сырокопченые сосиски на тарелку, подложил под нее разделочную доску и открыл пробку бутылки.
— Спирт! Технический! Предназначен для протирания контактов. Тонким слоем. Выпиваешь — Эдик изобразил глоток- и выдыхаешь тонким слоем на контакты. — Эдик улыбнулся своей шутке. — Из армии привез, на всякий случай. Вместо одеколона хорошо использовать после бритья — и дезинфицирует и не воняет. Ну и для всяких других целей. Пить тоже можно, проверено.
Эдик слегка полил сосиски спиртом. Чиркнул спичкой. Поджег.
— Грамм десять спирта. Равномерный разогрев в полевых условиях за минуту. И еще вкуснее становятся.
Эдик наполнил рюмки, задул голубое пламя над начавшими потрескивать сосисками и приглашающе повел рукой.
— Так выпьем же за кибернетику! — провозгласил он странный тост.
Сосиски, приготовленные таким оригинальным образом, Максу понравились. Тут и картошка подоспела. Насытившись, новые приятели закурили и продолжили разговор. Макс подталкивал его в нужное русло, конечно, грэйв прошерстит всю информацию этого мира, но бытовые мелочи нигде не описываются, узнавать их придется самому,
— А куда устраиваешься, сколько в месяц получать собираешься? — спросил Макс
— Да в деньгах я, по сравнению с армией, с зарплатой лейтенанта, конечно получать буду меньше. Был бы я сразу после института — так по распределению обязан был бы три года отработать. Таким «крепостным» много не дают, рублей сто — сто десять для начала. Я же теперь птица свободная, в армию меня не призовут, ну разве что на сборы. Так что я кадр ценный. Меньше ста сорока таким не предлагают. Был бы я местным, с жильем у мамы-папы, еще десятку дали бы. Был бы местным, со своей квартирой, можно было бы и на сто шестьдесят претендовать. Ну, конечно, плюс премии, прогрессивки, тринадцатая зарплата. Конечно, после лейтенантской зарплаты в любом случае будет маловато. Я получал девяносто за звание и девяносто за должность — сто восемьдесят. Плюс трехразовое питание в офицерской столовке, авиация все-таки. Плюс бесплатный проезд в отпуск, хоть на другой край страны. Чуешь, как низко я падаю?
В общем, нашел я тут одно интересное местечко. НИИ микроприборов, на Московской улице. С транспортом хорошо — три маршрута, автобуса, три маршрута трамвая, в пятнадцати минутах ходьбы электричка, на ней можно прямо сюда доехать. У них там симбиоз института с реальным заводом, микросхемы всякие делают. Самому интересно, дело новое, и сидят в современном здании, ему лет десять всего. Чистота невероятная, все в белых халатах ходят, прямо как в больнице. Дают пока сто сорок рублей, буду в лаборатории то ли эмэнэсом, то ли лаборантом, один хрен. В общаге прописывают, но мест там пока нет, да и не хочу я общаги, буду снимать квартиру, пока свою не дадут. Обещают лет через пять-семь, а если женюсь и дети пойдут, то максимум года через три. В общем, в любом случае мне осмотреться надо, в Риге по моей радиотехнике полно и заводов, и НИИ.
— Да, специальность у тебя хорошая. Кстати я тоже по этой части — приврал немного Макс, он уже давно забыл все данное ему в институте, электроника в 21-м веке шла семимильными шагами и те знания порядком устарели.
— Ты как вообще успехи советской радиотехники оцениваешь?
Эдик скривился.
— А с переменным успехом. Все военное передовое, надежное как кирпич и все равно ломается, хоть и редко. Все гражданское старое. Вон, микросхемы делать буду, а в стране телевизоры до сих пор ламповые выпускаются. Ломаются безбожно. Магнитофоны есть хорошие, вроде «Юпитера», но жуткий дефицит, мало выпускаем. Радиоприемники хорошие выпускаем, переносные, но посмотри — прошлый век, тяжелые и питания жрут немерянно. Девятивольтовое питание — либо шесть круглых батареек, а они весят, как танк, либо «Крона». — Эдик с горя вылил себе в рюмку остатки коньяка из первой бутылки и жахнул, не приглашая Макса и не закусывая. — А ты встречал хорошую «Крону»? — продолжил он — Мало того, что дефицит, так еще и емкость никакая. Купишь три, одна из них совсем пустая. У всех, абсолютно у всех вместо «Кроны» две «плоские» изолентой снаружи примотаны. Почему снаружи? Почему изолентой? Почему бы не сделать тогда более толстый корпус, куда эти «плоские» вставляются штатно? Почему в доме этот радиоприемник должен работать тоже на батарейке? Неужели нельзя приемник как-нибудь от сети питать? Трансформатор большой и тяжелый, а приемник переносной? Ну так сделайте блок питания выносным, воткнул разъем и не трать батарейку!