Грешные обещания
Шрифт:
Как Элизабет ни устала, заснуть она не могла, то и дело мысленно возвращаясь к дню, когда Оливер Хэмптон подкараулил ее в отцовском кабинете. Он чуть не изнасиловал ее тогда, хотя сам он вряд ли так считал. Но как иначе можно назвать его поведение? Повалил на софу, впился в губы своим слюнявым ртом и, пытаясь задрать юбку, все шарил и шарил своими противными влажными руками…
Хотя с того дня прошло немало времени, всякий раз, вспоминая об этом эпизоде, Элизабет чувствовала, как к горлу подкатывает тошнота.
Если не произойдет какого-нибудь чуда, послезавтра она уже будет миссис Оливер Хэмптон, графиня Бэскомб. Для другой женщины это означало бы осуществление самой заветной мечты, для Элизабет же — начало бесконечного кошмара. ***
Рассвет еще не наступил, когда бандиты снова отправились в путь. Элизабет была по-прежнему в одной ночной рубашке, и ее трясло от холода. Там, где голые ноги терлись о жесткое кожаное седло, кожа оказалась содрана, и девушка мучилась от тупой непрекращающейся боли. Руки Элизабет были по-прежнему связаны за спиной, коса расплелась, и волосы лезли в глаза и рот.
Вскоре после полудня похитители сделали еще один привал, чтобы отдохнуть, напоить лошадей и перекусить. Элизабет съела яблоко и маленький кусочек сыра, но и эта скудная пища не пошла впрок. Челюсть нещадно болела от удара бородатого бандита, и, взглянув в ручей на свое отражение, Элизабет заметила, что на скуле расплывается уродливый багровый синяк.
— Пора в путь, — проговорил тощий, которого звали Натан, и, взглянув на Элизабет, ухмыльнулся. — Не дело заставлять его светлость слишком долго ждать свою невесту.
— Никакая я ему не невеста! — упрямо бросила Элизабет. Она успела немного прийти в себя и теперь решила показать этим наемным головорезам, что не такая уж она безропотная овечка, какой они ее считают. — А вы, похитив меня, нарушили закон. На вашем месте я бы меня отпустила, иначе не сносить вам головы. Я непременно позабочусь о том, чтобы вас упекли в тюрьму!
Эта гневная тирада вызвала у бандитов взрыв смеха. Тощий восторженно захлопал себя по ляжкам, а рыжеволосый довольно хмыкнул:
— А будь мы на твоем месте, мы бы помалкивали. Вот как ляжешь в постель к своему муженьку, тогда и поговоришь.
Хрустнула веточка, и все трое обернулись на шум. На поляну вышел высокий мужчина.
— По-моему, дама права, — проговорил он ледяным тоном. — Вы нарушили закон, и если не полные идиоты и хотите жить, то сейчас встанете и будете стоять тихо-тихо, не делая резких движений. — И он наставил на бандитов два пистолета, которые держал в обеих руках.
О Господи! Николас! У Элизабет от радости сердце готово было выпрыгнуть из груди. Но откуда он взялся? И как, интересно знать, он их нашел?
— Вот
Чарли поднял здоровую руку вверх и в сердцах сплюнул на землю.
— Ты… — Николас ткнул пистолетом в сторону тощего бандита. — Развяжи девушку, да смотри поосторожнее, а потом отойди от нее.
Натан с энтузиазмом бросился к Элизабет, которая вся дрожала, и, скинув с нее покрывало, трясущимися руками принялся развязывать веревку. Как только веревка упала к ногам Элизабет, бандит отступил на шаг, как велел ему Рей-венуорт.
— Молодец, — похвалил его граф. — А теперь бери веревку и связывай своего дружка.
Рыжебородый грязно выругался, а Натан стал выполнять приказ Николаса: сначала связал Чарли руки, потом принялся за ноги.
Только когда бандит был связан, Николас в первый раз взглянул на Элизабет, стоявшую в одной ночной рубашке, с растрепанными волосами, багровым синяком на скуле и дрожавшую от холода и всего пережитого.
— С вами все в порядке? — спросил он, грозно нахмурив черные брови.
— Д… да, все в порядке. Они мне ничего не сделали.
— Идите сюда, — ласково проговорил Николас.
Элизабет послушно подошла к нему и, остановившись рядом, с удивлением почувствовала на талии его руку. Он притянул Элизабет к себе и, нахмурившись и плотно сжав губы, принялся рассматривать синяк.
— Сможете связать второго? — спросил он ее.
Элизабет кивнула:
— Думаю, что справлюсь.
Взяв веревку, она пошла к Натану. Как только она его связала, Николас сунул пистолеты за пояс брюк и подошел к Элизабет. Подхватив на руки, он бережно прижал ее к своей груди.
— Мне ужасно жаль, что так произошло. Как бы мне хотелось вовремя оказаться на их пути!
Прильнув к нему, Элизабет думала о том, что впервые за последнее время чувствует себя в полной безопасности.
— Вы и оказались на их пути. Как бывало уже не раз.
Усадив Элизабет в седло, Николас подошел к дереву, взял шелковое покрывало и, тщательно укутав девушку, вскочил в седло позади нее.
— Вы уверены, что с вами все в порядке? Они… не позволяли себе никаких вольностей?
Элизабет покачала головой:
— Нет. Думаю, они знали, что Бэскомб их за это убьет.
— Только на это я и надеялся.
И Николас пришпорил жеребца.
— Эй! — крикнул ему вдогонку Чарли. — Вы что же, так нас и оставите?
Николас улыбнулся зловещей улыбкой:
— Не волнуйся, ненадолго. При первой же возможности пришлю за вами обоими констебля. Он будет счастлив развязать вас и отправить в тюрьму.
— Да подождите вы! — взмолился тощий бандит. — Мы же ей ничего плохого не сделали. Обращались с ней нежно и бережно.
Бросив взгляд на синяк, красовавшийся на щеке Элизабет, Николас покачал головой: