Шрифт:
1 глава
«Давным-давно жил один китайский император. У него был красивый дворец, самым замечательным украшением которого считались две вазы — настоящие произведения искусства. Император очень любил их и разместил в самом шикарном зале своего дворца. Но однажды произошло несчастье — одна из ваз упала на пол и разбилась на мелкие кусочки. Император долго горевал, но потом приказал найти мастеров, которые могли бы склеить её заново. И такие мастера нашлись. Они работали дни и ночи, пока, наконец, ваза вновь не была собрана. Она почти не отличалась от своей товарки, но всё же одно существенное различие между ними было: склеенная
*(Древняя китайская "Притча о двух вазах")
Розовые лепестки цветов персикового дерева уже облетали, освобождая место для формирования плодов. Слепящее небо раскинулось бескрайним простором, пушистые, белые, чуть тяжелевшие к низу облака, были разбросаны на нем, как заблудшие овечки, оставленные без пастуха, в совершенном беспорядке.
Веки девушки, с черными пушистыми ресницами задрожали, лепестки лёгким снегом падали на ее нефритово бледное лицо.
Тело её было лёгким, невесомым, и она даже подумала, что его, и нет вовсе, как будто только её дух, касался этого мира.
Она ждала, чувствовала, как дышит, как наливаются силой её руки и тихонько пошевелила тонкими пальцами. Просыпалась, как с долгого, летнего сна, такого липкого и сладкого, когда не хочешь, ни как просыпаться потому что разморило все тело, но уже понимаешь, что пора. "Если спать днём, солнце заберёт твою силу" слова сказанные кем-то пронеслись в голове воспоминанием. Она огляделась.
Вокруг был персиковый сад, заросший низкой сочной травой по щиколотку, ветер нес свежесть ближней воды в лицо. Прошло немного времени и девушка, потянулась ещё раз, и поднялась. Ей было так хорошо, как никогда. "А когда никогда?" подумала она. "Я ведь никогда, как будто, ещё не была." И ощутила удивление, пытаясь, вспомнить когда, это она ещё была и как ее тогда звали. Но не могла. "Наверное надо подождать! Раз я просыпаюсь так медленно, возможно была в долгой медитации." На ней было лёгкое ханьфу, все абсолютно белое, шёлковое летящее, на подол нападали цветы персика, и когда девушка вставала, они разлетелись вокруг в потоках лёгкого ветерка. Она осмотрела свои руки, тонкие и изящные, но не узнавала их, даже довольно долго сжимала и разжимал пальцы, пытаясь, воскресить их в памяти, но ничего.
Девушка вышла из-за завесы персиковых деревьев, увидела как горный ручей журча, стекал в прозрачное озеро. И никого живого вокруг.
Ей так захотелось срочно увидеть свое лицо. "Подойдёт и вода" подумала она и пошла к пруду, искать пологое место. Когда задуманное было осуществлено, она наклонилась над ровной гладью озера, и взглянула на себя. Первое, что увидела, свои большие печальные глаза. Они были холодного серого цвета, подобны стали меча, это ее удивило: "Почему у меня такие глаза! Такой тяжёлый, ледяной взгляд!" в душе она себя, так не чувствовала, и лицо было миловидным и совсем еще молодым, если бы не этот печальный взор, она бы была самой настоящей забавной девчонкой.
Вода задрожала от упавших с волос лепестков, и девушка поднялась. "Эти глаза…я выгляжу весьма подозрительно с ними", все думала она. Решая обойти озеро по влекущей ее аккуратной дорожке, выложенной камнем.
С одной стороны к озеру примыкала гора и она пошла в её сторону. Шла она медленно, бесшумно ступая по камням своими ножками одетыми в белые тканевые сапожки с кожаными подошвами, стараясь не шуметь. Она не знала где находиться и была сейчас особенно внимательна. И вот пройдя какую-то заросшую плющом арку в горе,
Она немного замешкалась поправляя ханьфу, и когда опять посмотрела на воду, увидела абсолютно голого мужчину стоящего к ней спиной, волосы его были мокрые и темные, как вороньи перья, по ним потоком стекала вода, было видно спину и сквозь прозрачность воды ниже и ниже. Девушка продолжала смотреть, ей было очень интересно, такое познавательное зрелище после пробуждения, она не могла поверить своим глазам, даже подалась вперёд и не удержавшись на краю, плюхнулась в воду.
Под водой она пробыла не долго, почувствовала, как горло, что-то сжало и с силой потянуло её наверх. Вода разверзлась над её головой, и сквозь пелену она увидела его лицо.
Мужчина был в гневе, щеки его пылали. Ей становилось трудно дышать и девушка замахала руками, то желая снять его руки с горла, то пытаясь его оттолкнуть упиралась в его плечи и била по ним кулаками.
— Хочешь посмотреть? Ну у всего есть своя цена! — голос его был полон злости. Он отпустил шею девушки и навалился на неё всем весом, прижимая ее спиной к гладкому камню, она почувствовала его фактурную грудь, своей пышной, плотный живот и ещё что-то упирающейся ей прямо ниже живота в ее точку искушения. Затаилась, понимая, что, что попала в глупую ситуацию, но понимание этого факта доносилась, как будто из далека, просто мысли, что это нелепо. Никаких чувств.
"Я же ведь должна, что-то чувствовать… панику, удивление, наверное унижение от данной ситуации, страсть в конце концов, он такой красавчик", но внутри у девушки было тихо и безмятежно. "Вот же бессердечная ведьма, наверное я ещё не проснулась" мысли метались в голове, ситуация не менялась к лучшему.
Мужчина смотрел, уже с интересом на её безмятежное лицо и холодные большие глаза, как будто чего-то ждал. Она слышала в своей груди, как бьется его сердце, стучит очень быстро. Руки сжимали её запястья. "Такие сильные пальцы, рельефные мышцы рук, аура могущества в каждом движении"
Он с силой вжимал её в камень, желая добиться эффекта подавления. Но девушка словно была безучастна. Только безмятежное течение воды, вокруг, только журчание источника и его прерывистое дыхание в её ушах.
В этот момент она решила пойти ва-банк, что бы испытать хоть что-то и проснуться. Она поднялась на цыпочки и прижалась к его изогнутым пленительным губам, вызвав у него такой удивленный взгляд. Он сразу отпустил ее руки, пытаясь сделать шаг назад, но она не сплоховала, тут же захватывая его затылок двумя руками притягивая к себе, что есть сил. В отчаянной своей попытке, она безумно спешила, и уже открыла рот, пытаясь, зайти глубже, чем следовало. Молодого мужчину охватила дрожь, девушка же явно наслаждалась такой своей маленькой властью, но он по-прежнему не отвечал на поцелуй, как будто держал себя, но уже не отстранялся. Поцелуй стал таким глубоким, что ее язык проник к нему в рот, такой влажный и горячий.
Страсть по-настоящему пришла только к нему, он начал отвечать посасывая её язык, и прикрыл свои разгневанные глаза, длинные ресницы легли темными тенями завораживая, и его руки начали путешествовать по горячему телу девушки обтянутому мокрой одеждой, и вот они уже сжимали ее пышную грудь. Но она так и не почувствовала влечения, как и не было отвращения, ничего. Мужчина ничем не пах, дыхание их давно слились, и это тоже было странно. Физические прикосновения и чувства тонули в каком-то тумане.