Грешки
Шрифт:
— Алекс, убирайся отсюда! — закричала Лорен. — И закрой за собой дверь!
Он бросился вон, оставив дверь открытой.
Вернувшись в «Финикию», Алекс уложил чемодан и два часа спустя летел в Париж. Когда самолет набрал высоту над блестящими водами Средиземного моря, он заказал себе «Кровавую Мэри» и, раскрыв тетрадь, начал писать.
Глава 10
На полу вповалку лежало человек двадцать. Лидия, находясь в середине, ощущала тяжесть чужих тел, рук и ног, а вместе с тем понимала, что и сама давит на кого-то.
— Так…
Лидия дернула левую руку, потом правую, напряглась и начала выбираться — сначала медленно, потом все быстрее и, наконец, высвободилась. Она пересекла сцену, решительно устремившись к воображаемому выходу.
Ее остановил голос Ноэла — холодный и насмешливый:
— Лидия, любовь моя, неужели тебя осенила какая-то мысль?
— Конечно.
— И какая же?
— Что мне нужно добраться до ванной.
Регги Тоомс, ассистент Поттера, улыбнулся.
Ноэл Поттер закурил сигарету, откинулся на спинку кресла и, глядя на девушку, покачал головой:
— Это неубедительно. Что ты делала здесь последние несколько месяцев? Пыталась избавиться от проклятого актерского мастерства, усвоенного тобою раньше? Мы не играем, мы живем. Игра — нечто искусственное. На сцене надо жить — в этом вся суть. Ну ладно, возвращайся в свалку. — Ноэл постучал зажигалкой о подлокотник. — Теперь Элсбет, — сказал он. — Посмотрим, что удастся сделать тебе. Помни: простое… целенаправленное…
В кафе, куда они обычно заходили расслабиться после занятий, Регги Тоомс сел рядом с Лидией.
— Это не должно уязвлять вас, — сказал он. — Вы — потрясающая актриса, и вам пора понять, что у Ноэла особые методы работы.
— Думаете, я не поняла? Краткость, натиск и жесткость.
Регги улыбнулся:
— Да, с ним трудно, но если вас это хоть немного утешит, учтите: он набирает в свою студию только красивых и талантливых актрис. Лучших из лучших. Поверьте, вам как актрисе станет легче теперь, когда ваша интрижка с ним закончилась. Теперь Ноэл возьмется за вас по-настоящему, шкуру сдерет, но доберется до самой души и проникнет в нее. Помните: возможно, Ноэл Поттер — дерьмо, но он — непревзойденный учитель актерского мастерства.
Выйдя из метро на Сен-Жермен-де-Пре, Лидия купила «Геральд трибюн», потом она остановилась у тележки цветочницы. Летом здесь ошеломляли краски и ароматы. Сейчас же, в октябре, выбор был не слишком богат. Лидия попросила завернуть одну желтую розу.
По дороге домой она купила в булочной длинный хрустящий французский багет, а в бакалейной лавке — бутылку столового вина, немного сыра «грюйер» и яблоки.
Все торговцы в этом районе уже знали ее и здоровались тепло и сердечно, не так, как в первые месяцы, и это доставляло Лидии удовольствие. «Однако дома меня ждет одиночество», — думала она, входя через массивные двери во внутренний дворик на улице Бонапарта.
— Мадемуазель Форест! — окликнула ее через окно консьержка. — Вам пришла открытка.
Джуно написала ей из Берлина на открытке с изображением
«Майне либе Лидия, пишу тебе из Берлина, где, как мне кажется, мы сейчас находимся. Германия — сущий рай для тех, кто хочет развлечься (смотри картинку, на которой изображены я и еще две фанатки, сопровождающие группу). Как там Париж в октябре? Есть ли вести от Алекса? Как твой .роман века с Н.П.?
Скучаю по тебе ужасно. Наши с Тони отношения развиваются с переменным успехом, но я обычно слишком занята, поэтому не знаю, каковы они в данный момент. Увидимся, вероятно, в декабре.
Тысяча поцелуев.
Джуно».
Лидия открыла дверь, и на нее повеяло холодом пустой квартиры. Зайдя на кухню, она положила на стол свои покупки, вытащила из мусорного ведра пустую бутылку из-под вина, наполнила ее водой и воткнула туда розу. Вдруг плечи ее начали вздрагивать. Она села за стол и заплакала.
Стемнело, но Лидии не хотелось зажигать свет. Она вытерла глаза и понесла розу в гостиную, но там повсюду уже стояли купленные ею цветы. Девушка взяла розу и пошла в кабинет.
Подходя к письменному столу, она услышала какой-то шорох. В темноте Лидия все же разглядела на кушетке очертания мужской фигуры и, вскрикнув, выронила бутылку. Незнакомец пошевелился, и Лидия опрометью бросилась к двери.
И тут знакомый голос сказал:
— Лидия! Подожди!
— Алекс! — Она обернулась и упала в его объятия.
Бутылку вина они почти осушили, хлеб и сыр давно съели.
— Бедный Алекс, тебе, видимо, нелегко пришлось, — с сочувствием сказала Лидия.
— Ну, сначала; мне не на что было жаловаться, — возразил Алекс. — Правда, физически я едва ли долго протянул бы. Знаю, ты сейчас скажешь: «Я тебя предупреждала».
— Нет. — Лидия покачала головой. — Ошибаешься.
Мне ли говорить такое?
Он взглянул на нее:
— Не повезло с Ноэлом Поттером?
Девушка кивнула.
— Я чувствую себя полной идиоткой. Бросилась ему на шею очертя голову. Я еще никогда не вела себя так ни с одним мужчиной. Ну а если и бросалась на шею, то не сомневалась, что меня вовремя подхватят.;? — Она чуть улыбнулась и подобрала под себя ноги. — Нет, первый период был прекрасен… Но с Ноэлом все заканчивается первым периодом.
— Значит, он оправдывает свою репутацию. А как твои занятия? Ты не бросила студию?
— Ну уж нет! Я приехала сюда овладеть актерским мастерством, и, черт возьми, добьюсь этого! А насчет Ноэла меня предупреждали. Поэтому я знала, на что иду.
— Умница. — Алекс улыбнулся. — Именно так мы, творческие люди, раскрываем свою индивидуальность.
— Верно. Нам необходим трагический опыт. Что бы мы без него делали?
— Стали бы счастливыми… и скучными. — Алекс разлил по бокалам остатки вина. — Итак… Джуно в турне с группой «Скрэп метал». А я все время представлял себе, как она возвращается в этот священный приют.