Чтение онлайн

– Чья это яхта? – спросил Юбер.

– Это «Евангелия» Скаури. Правда, ведь, огромная? – Де Леже снова поднес к глазам бинокль. К причалу подъехали сразу пять «роллс-ройсов», Юбер насчитал двенадцать человек, вышедших из машин. Внезапно лицо его побелело: он узнал Элен. Она была в сандалиях на пробковой подошве, цветастом платье, круглых солнцезащитных очках и большой соломенной шляпе. Юбер даже не заметил, каким взглядом следит за ним Жак. Все его мысли занимала только она.

Руки де Леже задрожали. Страсть, которую он когда-то к ней испытывал,

к этому времени переросла в качественно другое, но такое же сильное чувство.

В ненависть.

Едва «Евангелия» скрылась из виду, взяв курс на Ментону, Жак с Юбером отправились в «Аристон-бар». Здесь было прохладно, и они затерялись среди туристов, желавших промочить горло.

Они заняли столик в тихом уголке, но разговор не клеился. Де Леже воспринимал Жака довольно враждебно.

– Мы ведь особо не жалуем, друг друга, – сказал он, с подозрением глядя на фотографа. – Чем вызван такой интерес к моей персоне?

– Исключительно тем, что в наших общих интересах сейчас заключить перемирие и объединить силы. – Жак освежился горьковатым кампари. – Я знаю, что ты меня не любишь. Мало того, ты нередко оскорблял меня на людях, я же, тем не менее, о тебе ничего такого не рассказывал.

И без того красное лицо Юбера побагровело.

– А что ты можешь обо мне рассказать? – злобно прошипел он.

Жак презрительно рассмеялся:

– Брось, Юбер. Ты и сам прекрасно знаешь.

– Я тогда просто перебрал, – мгновенно отреагировал де Леже.

Жак в упор посмотрел на него:

– Неужели? Понятно, тебе тогда было всего пятнадцать, родители привезли тебя в Париж на каникулы. Но ведь тебе удалось улизнуть из отеля и явиться в порно-бар, не так ли? Ты пошел к нам с Морисом домой и очень неплохо отсосал. Помнишь?

Юбер схватил обидчика за воротник и притянул к себе. Лицо Жака моментально покраснело, и он начал хватать ртом воздух, пытаясь разжать тиски рук нападавшего.

– Отпусти меня, – хрипел он. – Ты об этом пожалеешь!

Юбер выкручивал воротник, еще сильнее сдавливая горло Жака.

– Слушай, мерзкий гомик, – бросил он Жаку в лицо. – Попробуй только повторить это – и я просто тебя убью!

Внезапно разговоры вокруг смолкли, взгляды всех присутствующих устремились на них. Юбер посмотрел по сторонам, разжал руки и отбросил Жака на стул. Жак перевел дыхание и, поправив воротник, впился в де Леже взглядом.

– Каждый в своей жизни хоть раз делает нечто подобное, – проговорил тот свистящим шепотом. – Я не гомосексуалист. Это просто издержки возраста. Все подростки занимаются этим.

Жак быстро пришел в себя.

– А как насчет фотографий, Юбер? – язвительно спросил он. – Да будет тебе известно, я до сих пор храню копии. Конечно, это отнюдь не порнуха, но ты на них совсем голый и мастурбируешь. Не помнишь? В то время тебе нравилось позировать. Это тебя возбуждало.

– Я ошибался! Можешь ты понять это своим медным лбом? Я был ребенком! – Юбер, досадуя, хлебнул коньяка.

– Кто тебе поверит? – рассмеялся Жак. – Фотографии говорят

сами за себя. Что касается меня, то я никогда не забуду тот день. Пришлось мне ехать домой на такси, потому что ты уселся на мопед позади Мориса и заигрывал с ним всю дорогу. Помнишь?

– Что тебе от меня надо? Денег?

Юбер достал бумажник и стал отсчитывать тысячефранковые купюры.

Жак покачал головой и отбросил деньги.

– Мне не нужны твои деньги. Я хочу заключить с тобой сделку.

– У меня нет желания заключать с тобой какие-либо сделки.

Жак склонился через стол поближе к де Леже. Он вновь обрел уверенность.

– Но ведь она тебе нравилась, не так ли? И она оставила тебя в дураках. Могу себе представить, как ты ее ненавидишь! Неужели тебе даже не хочется попробовать?

Юбер залпом осушил стакан коньяка и поставил на стол.

– Скажи, что ты от меня хочешь, и давай поскорее покончим с этим, – рявкнул он раздраженно.

– Хорошо. – Жак задумчиво повертел в руках стакан с кампари. – Если я не ошибаюсь, акциями «Ле Эдисьен Элен Жано» владеют трое: Элен, ты и некий немец. Если объединить ваши с немцем доли, то вы будете держателями двадцати процентов всех акций.

– А тебе-то, какое дело? Насколько я понимаю, у вас с ней много общего.

– А если я тебе скажу, что тоже хочу стать акционером? Если мы объединимся, то вместе будем владеть тридцатью, а то и сорока процентами акций. Вполне достаточно, чтобы нанести вред издательству.

Юбер резко выпрямился.

– У тебя будут акции?! – недоверчиво воскликнул он. – Откуда? Неужели она и тебя втянула в это дело?

Жак недоуменно заморгал.

– Втянула меня? О чем ты? – Внезапно Жака осенило, и все встало на свои места. – Так вот оно что! – радостно воскликнул он. – Теперь мне все понятно!

Жак разразился громким смехом. Мир сошел с ума. Он тоже рехнулся. Даже Элен лишилась рассудка.

– Что тебе понятно? – зло спросил Юбер.

– Как ты стал акционером. Я всегда находил это странным, ведь она тебя ненавидит и к тому же достаточно богата, чтобы нуждаться в твоих деньгах. – Жак отхлебнул кампари и снизил голос до шепота: – Что же такое ты натворил, что она заставила тебя раскошелиться?

– Ничего, – огрызнулся де Леже.

– Брось, я не дурак. – Жак хитро прищурился. – Ты тут сказал, что убьешь меня. Вот я и думаю: может, это для тебя не внове? Пожалуй, здесь лежит ключ к разгадке.

Юбер молча смотрел на Жака, глаза, которого сверкнули жутким блеском.

– Кого бы ты мог убить, Юбер? Дай-ка подумать… – Жак словно бы глубоко задумался и растопыренными, как паучьи лапки, пальцами забарабанил по столу.

Де Леже как завороженный смотрел на эти пальцы. Создавалось впечатление, что они быстро бегают по клавишам.

Жак широко улыбнулся и, посмотрев на Юбера, заключил:

– Ковальского.

Мощные двигатели быстро гнали «Евангелию» вперед. Монако, а вместе с ним и белые дома на Лазурном берегу постепенно исчезали из виду.