Гражданин Преисподней. Дисбат
Шрифт:
Неизбежная стычка не обещала отряду ничего хорошего. Слишком многочисленны были чужаки и слишком мало в них было человеческого. Таких не уговоришь, не напугаешь.
– Это, наверное, те самые здухачи, существование которых вы так упорно отрицали, – сказал Змей.
– Может быть, – ответил Кузьма. – Но лично я вижу этот сброд впервые.
Одна из летучих мышей, вконец перепугавшись, попыталась проскользнуть над подступающей толпой, однако женщина с нечеловеческим проворством успела перехватить ее в полете. Зверек, от которого в следующее мгновение остались только
– Надо уходить тем же путем, каким мы пришли сюда, – сказал Кузьма. – Только за него я более или менее спокоен.
– А если этим попробовать? – Змей показал ему аммонитную шашку, из которой торчал короткий кусок огнепроводного шнура.
– Опасно. Свод здесь слабый. Может всех завалить. Надо уходить назад… Быстро! – Кузьма стал выталкивать людей в туннель. – Венедим, пойдешь первым! Юрок, прикрывай нас сзади!
Здухачи (если это были именно они) никак не прореагировали на поспешное отступление отряда. Поступь их оставалась все такой же мерной, а бормотание столь же монотонным. У мужчины, подобравшего факел, уже занялась пламенем борода.
Бежать во все лопатки не позволяла тяжелая поклажа, да и калеки, которых приходилось тащить буквально на руках, порядком ограничивали скорость передвижения. В стенах туннеля тут и там зияли норы, ведущие неведомо куда, но до той единственной, которой они пришли сюда, было еще добираться и добираться.
– Эх, не успеем! – прохрипел Кузьма, державшийся вместе с Юрком в арьергарде. – Надо было сразу деру давать!
– Кто же знал, – посочувствовал ему темнушник. – Сам ведь говорил, что раньше в такой переплет не попадал.
Дела были и так плохи, а тут еще стая, метавшаяся под потолком, возвестила о новой беде. Затем раздался выкрик Венедима. Его факел погас, зато загорелось сразу несколько карбидных фонарей. Саданул самопал, обдав всех густым дымом и запахом серы.
Впереди уже вовсю шла свалка, и Кузьма понял, что отряд наскочил на другую толпу здухачей, не менее многочисленную, чем первая.
– Не бздимо! – Юрок выхватил пистолет, доставшийся ему от Фуцела. – Как-нибудь прорвемся!
– Подожди! – остановил его Кузьма. – Патроны нам еще пригодятся! Справимся и так. Они же безоружные.
Однако вскоре Кузьма пожалел о своей самонадеянности. Здухачи сражались с остервенением диких зверей, пуская в ход что ни попадя – камни, зубы, ногти, кулаки.
На него набросилась какая-то мосластая стерва и впилась зубами в плечо (метила, наверное, в шею, да немного промахнулась). Хорошо еще, что Кузьма успел выставить вперед посох, пробивший грудную клетку здухачихи насквозь. Впрочем, борьба после этого не прекратилась, и ему пришлось выдержать еще несколько отчаянных атак. Успокоилась эта ведьма лишь после того, как топор светляка-целебника раскроил ей голову.
Отряд спасло только то, что залпы самопалов, заряженных рубленым свинцом, свалили первые ряды нападавших, отделив людей от здухачей своеобразной баррикадой, труднопреодолимой для любого создания, знакомого со страхом смерти.
Надо было бы хоть немного передохнуть и разобраться с собственными потерями, но времени не
В двух десятках шагов от места схватки находилось устье норы, куда мог бочком протиснуться человек средней комплекции. Кузьма успел заранее удостовериться, что оттуда тянет сквознячком. Конечно, эта нора могла привести куда угодно, даже в самое логово здухачей, но иного пути к спасению не имелось, тем более что ряды врагов должны были удвоиться в самое ближайшее время.
– Все, кто хочет жить, за мной! – крикнул Кузьма, медленно отступая назад.
Первыми его поняли летучие мыши и одна за другой проскользнули в спасительную нору. Туда же Кузьма заталкивал подбегающих людей, каковых оказалось всего семеро. Здухачи преследовали их по пятам.
– Давай сюда взрывчатку! – крикнул он Змею.
– Не боитесь заживо в могилу лечь?
– Авось и повезет, а иначе все равно одним местом накроемся!
В нору уже протискивался здухач, весь обросший черной шерстью, свалявшейся от грязи в сосульки. Наткнувшись на ствол монтажного пистолета, он попытался прикрыться ладонью, которую Змей тут же приколотил к его лбу двумя увесистыми гвоздями.
Кузьма тем временем уже зажег запал аммонитовой шашки, предварительно укоротив его вдвое. Когда по всем расчетам до взрыва оставалось секунд десять-двенадцать, он выбросил шипящую и брызгающую искрами шашку в туннель, а сам устремился вслед за Змеем, энергично улепетывающим подальше от этого места.
Взрыва Кузьма почти не слышал, зато получил такой пинок ударной волной в спину, что без всяких усилий со своей стороны настиг Змея, до этого выигрывавшего не меньше десяти шагов.
Вскоре стало ясно, что погони можно не опасаться. Взрыв, возможно, и не обрушил стену туннеля, но зато плотно запечатал устье норы.
Юрок, которого они через некоторое время догнали, покосившись на Змея, буркнул:
– Говоришь, последнюю шашку давным-давно использовали?
– Во-первых, говорил это не я. Во-вторых, вы ослышались. Речь, наверное, шла о предпоследней. А последняя – вот она! – Метростроевец принялся руками разгонять дым, наполнявший нору.
Привал устроили за первым же поворотом, благо там имелась глинистая впадинка, полная сравнительно чистой воды. То, что оба калеки погибли или попали в руки здухачей, уже ни для кого не было тайной. Ничего не поделаешь – в ситуации, когда жизнь от смерти отделяют всего лишь доли секунды, беднягам просто не хватило расторопности. Для Шеола это была обычная история.
Раны, к счастью не опасные, получили почти все. Венедиму камнем рассекли лоб, светляку-целебнику сломали указательный палец, Змею в кровь исцарапали лицо, а Юрку едва не выбили глаз, сейчас быстро заплывавший багровой опухолью. У самого Кузьмы саднило прокушенное плечо.