Шрифт:
Глава 1
Акт первый
— Александр Евгеньевич… — голос следователя в телефоне ощутимо дрогнул, — … кажется, вашу дочь нашли.
— Что с ней? — я уже понял, что ничего хорошего, но остатки надежды ещё жили в глубине души.
— Мне тяжело это говорить… Через сколько вы сможете подъехать к моргу?
БУМ! — это сотовый выпал из моей руки, мгновенно ставшей непослушной и словно чужой.
— Алло! Александр Евгеньевич! АЛЛО!!! Что с вами?! — послышалось из трубки на полу.
Следователь — хороший мужик, и хотя говорят, что на
Сердце защемило так, что несколько секунд не мог вздохнуть.
«Дианочка, доченька, даже пожить не успела» — мелькнула мысль. — «Восемнадцатое день рождения не довелось справить…!»
Из соседней комнаты прибежала жена и по моему виду всё поняла. Из неё будто выдернули стержень — она, в отличии от меня, с какой-то наивностью верила в лучшее. Возможно, это просто был защитный механизм психики, чтобы не сойти с ума от ожидания известий.
С трудом поднял с пола телефон, который продолжал надрываться обеспокоенными вопросами:
— Буду через полчаса, — прервал поток волнения от почти незнакомого мне человека, которого видел всего дважды.
— Александр Евгеньевич… приезжайте один, не берите жену, — «попросил» голос.
— Боюсь, это невозможно, — коротко глянул на свою половинку, и увидел там непререкаемую решимость.
— Тогда… заставьте её выпить успокоительное. И вам самим тоже не помешает. Жду вас, — следователь нажал отбой.
Самые трудные полчаса в моей жизни, как я думал. Но они наступили чуть позже, когда мы вошли в холод секционной, где под простынёй лежало тело.
— А-аа! — Лена внезапно вскрикнула и тяжко осела прямо в дверях, еле успел подхватить, чтобы жена не упала на пол.
— Саша… — прошептала она, указывая на стол, на который я не обратил внимания, — это её одежда!
А затем я понял, почему следователь Арташов просил меня не брать жену с собой. Диану, нашу доченьку — красавицу жестоко избили, многократно изнасиловали, несколько раз пырнули ножом и задушили. Смерть наступила именно от асфиксии.
Плохо помню, как вышел на улицу. Только необходимость тащить жену позволила не начать биться в истерике самому.
«Что за твари могли сотворить подобное с юной девушкой?!» — в бессильной злобе задавал себе вопрос.
— Александр Евгеньевич… вы сможете подписать акт опознания? — словно извиняясь за необходимые формальные процедуры, спросил Арташов.
— Давайте, — ледяным голосом ответил ему, не глядя проставив закорючки в тех местах, куда тот указал.
— Я видел, вы приехали на машине. Может быть, вам лучше вызвать такси? — спросил сострадательный работник Следственного комитета.
— Не надо. Немного посидим, и поедем, — от произошедшего, как и от его заботы, хотелось выть и кричать.
— Ну что же, не буду надоедать. Соболезную вашему горю…
— Лучше найдите тварей, что это сделали, — ответил ему. Ведь вряд ли это совершил одиночка.
В голове в это время проносились мысли: что бы сделал,
Моё «пророчество» вскоре начало сбываться. В ходе расследования творилась какая-то чертовщина, ничем иным, как вмешательством власть имущих, не объяснимая. Записи с камер видеонаблюдения мистическим образом пропадали, стирались, становились нечитаемыми. С трудом найденные свидетели отказывались от своих показаний, а один одноклассник Дианы, видевший и описавший, как к нашей дочери пристают какие-то парни на «Гелендвагене», и вовсе пропал.
Сомнений, что это связано с нашим делом, лично у меня не возникло. Горе пришло и в другую семью. Причём родители пропавшего считали нас виновными: мол, если бы не искали насильников и убийц, то их сын продолжал бы жить. Отчасти это правда, но поисками занимались полицейские.
Неожиданно сменился следователь — Арташова отстранили и куда-то командировали. По всей видимости, подальше от нас и города. Неужели он что-то нарыл и потому его решили услать?
Становилось очевидно, что дело изо всех сил «спускают на тормозах», будто замешаны представители околовластных кругов. Вот и новая следачка, Жданова, лицемерно заявила, что никого найти ПОКА не удаётся, и возможно, не удастся. Подготавливает к тому, чтобы оставить дело в нераскрытых?
К сожалению, никаких «связей» у меня не имеется. И всё, до чего додумался — письма в Генеральную прокуратура и Приёмную Президента с просьбой обратить внимание на наше дело и взять его на контроль.
На следующий день, вернувшись с работы домой, обнаружил повесившуюся супругу…
Рядом с лежащей в луже мочи опрокинутой табуреткой была предсмертная записка:
«Саша, прости, я так больше не могу. Без Дианы нет смысла жить…»
Дни до вторых похорон прошли будто в непроглядном тумане. Иногда думалось, что я зря не пью крепкого спиртного — может, так бы перенеслось легче. За две недели от обычной, местами счастливой семьи, остался только я. С тупым взглядом, чёрными кругами под глазами, и не менее чёрными мыслями. Который непонятно для чего живёт…
Леночку похоронили рядом с Дианой — «пошуршал» директор моего предприятия, мне самому, честно говоря, было уже глубоко плевать на многие вещи из обыденного. Был бы чуть слабее волей — сам бы полез в петлю. В этом мире пока держало только одно — призрачная надежда, что письма почти «на деревню дедушке» возымеют эффект, и кто-то сильный из Москвы накажет насильников и убийц заодно с теми, кто вполне успешно их покрывает.
«Знать бы, кто за всем этим стоит, пошёл бы наводить порядок самолично…» — в который раз пришла мысль. И сейчас она уже не была абстрактно — далека, как все прежние разы.
Книги из серии:
Без серии
Нора Робертс
рейтинг книги
