Градиент неба
Шрифт:
— Да я проинструктировал! — сказал Рэд, почувствовав себя школьником в кабинете директора.
— А почему у нас вся база проросла сплетнями как инопланетной заразой? В ассортименте: таинственные деформации агрегатов звездолета, женщины на борту, заговоры от торпед, шепот звезд и мгновенные перемещения звездолетов в пространстве. Сейчас журналисты пережуют «Гравистар», доклюют систему наблюдений Бета-радиуса, и возьмутся за слухи и мифологию. Уверен, что отобьешься? — усмехнулся командор.
— Я с этим разберусь, господин командор.
Пол Дорвард вздохнул и посмотрел на него, как на безнадежно
— Ничего ты с этим уже не сделаешь, Рэд, — расслабленно сообщил он. — Собери техперсонал, запри на «Монике», пусть к отлету готовятся. Командный состав еще раз предупреди, чтобы не шлялись по кабакам. Постепенно само утихнет, тут у нас еще не такое рассказывали. Вот теперь все, можешь идти… Ах да!
Рэд обернулся в дверях.
— Счет проверь. Вам премия упала за «Небесный Альянс». Для АСП — это крупный заказчик, и «Большая Бета» — перспективный проект. Я решил, что вы заслужили агентские.
— Спасибо, господин командор.
* * *
Главный офис Дальней разведки встретил Кристину детекторами на входе, деловой суетой, запахами кофе и корицы, которые проникали в холл из ближайшего кафе, видовыми окнами в пол и широкими простенками, скрывавшими шахты скоростных лифтов.
Кристина подтвердила прибытие в электронной системе отдела трудоустройства и уселась на широкую банкетку в зале ожидания. До собеседования, на которое ее пригласили, оставалось около пятнадцати минут. До отлета Карла Маршански — около получаса.
Кристина механически повернула голову, посмотрела на информационную панель и объемные цифры часов, положила руки на колени и подумала, что похожа сейчас на сломанную куклу. Что-то сломалось у нее внутри так глубоко и безнадежно, что из этой бездонной пропасти несколько дней назад родилось только одно слово — «нет». После этого Кристина вообще не разговаривала. Голосовой контакт в ней, наверное, тоже поломался.
Карл говорил, что Кристина сама этого хотела — космос для двоих, длительный контракт, край Вселенной. Она кивала. Карл сказал, что им страшно повезло, что в его случае руководство ограничилось строгим выговором и «ссылкой», а Кристине в СКБ задали всего три вопроса: является ли она сотрудником «Гравистара-одиннадцать» — ответ «да», была ли она в отпуске во время описываемых событий — ответ «да», и как вернулась на базу «Гравистар» — ответ «на звездолете АСП МНК-17 «Моника». После того, как она произнесла «АСП, МНК-17 «Моника», ей сказали «спасибо, вы можете идти» и любезно проводили до дверей.
Карла и Бака увезли на Аналог-2, она за них переживала, поехала следом. Когда Карла все-таки выставили скорее жертвой, чем соучастником, она искренне за него обрадовалась. Ему дали год условно и отправили все за те же внешние маяки, только без жалования и с подпиской о невыезде до истечения срока наказания. Существенная экономия для офиса ДР, который потратился на куда более крупные судебные издержки.
Когда Карл сказал: «Поехали со мной, начнем все с начала», Кристина сказала: «Нет» и подала на развод. Карл кричал, что не понимает. Сломанная кукла Кристина молчала. Родители прислали ей видео — большое и теплое послание со словами поддержки, звали к себе. Кристина ответила «спасибо, я тоже вас люблю» и загрузила документы в отдел трудоустройства Дальней
— Сегодня групповой этап собеседования. Экспедиционный звездолет «Атлант», длительность рейдов от двух лет, — напомнила девушка на входе, которую Кристина приняла за секретаря и которая на самом деле оказалась психологом первого этапа отбора.
— Мне подходит, — подтвердила Кристина.
Вообще-то она собиралась молча кивнуть, вспомнила, что несколько суток не разговаривала, и ее охватила легкая паника при мысли о том, как она будет отвечать на вопросы на собеседовании. Нечто, жившее внутри Кристины на самом дне разлома, то самое нечто, которое сказало за нее «нет» Карлу, вдруг полезло наружу, разрывая кукольный пластик. Кристина быстро пролистала документы и пробежала глазами регалии командного состава, пока душечка-пихолог проверяла ее анкету.
— В каком разделе вы оставляли заявление: обеспечение полета или научная группа?
— Научная группа.
— У вас есть летная подготовка, Кристина?
— Да, шаттл.
— Почему вы не отметили, что вы — пилот?
«Потому что я не пилот. Шаттл-полуавтомат — детская игрушка, а моя летная подготовка — пустотелый ноль в вакууме. Я видела настоящих пилотов и настоящие корабли»! — чуть не сказала Кристина. Но собеседница все меньше походила на душечку и все больше на следователя СКБ, который внимательно следит, как ведет себя подследственный, отвечая на вопросы. Кристина вежливо объяснила, что первый раз заполняла бланк и извинилась за возможные ошибки.
— Да, действительно, вы упустили несколько пунктов. Отметьте, пожалуйста, вот здесь: индивидуальные проекты или работа в команде. И у вас не указаны сексуальные предпочтения. На «Атланте» смешанный экипаж, будьте добры, это тоже отметьте.
Конечно, не указаны. Мертвая кукла Кристина, которая два дня назад заполняла анкету, тыкая в экран поролоновым пальцем, попросту не знала, что написать. Новая Кристина мысленно улыбнулась Сержу и помахала рукой Дэзи Стаут. Серж послал ей воздушный поцелуй. Дэзи шлепнула ее по заднице, как в тот раз, когда они с Камилой подбирали ей скафандр.
— Извините, я пропустила, — сказала Кристина, наставила кучу экспериментальных галочек напротив строчек «не замужем», «бисексуальна», «отношусь спокойно» и т. д., и т. п. и прошла в конференц-зал, где уже собралось около пятидесяти человек.
— Здравствуйте.
Новая жизнь ответила ей нестройным хором голосов. «Сто семьдесят шесть человек экипажа, это, наверное, сложнее, чем пять, из которых, двое все время где-то летают, один — муж, и один — безнадежно влюбленный киборг», — подумала Кристина.
— Привет, я Даниэль, — сказал ей носатый парень, рядом с которым она села.
— Кристина.
— Рад знакомству, Кристина, я биолог, а ты?
— Дети, ведите себя прилично, вы не на свадьбе, — шикнула на них женщина средних лет, которая сидела спереди. Обернувшись, она блеснула нашивками медицинской службы, и строго посмотрела на Кристину.
— Это тетя Алиса, повелительница медотсека, не бойся ее, она хорошая, я с ней уже летал, — улыбнулся Даниэль.
«Сто семьдесят шесть человек — это определенно сложнее», — решила Кристина и переключила внимание на руководителя научной группы, которого представляла девушка-психолог.