Чтение онлайн

Я решил не мелочиться, а сразу продемонстрировать глупость этой тактики, нацеленной на изматывание меня.

Я просто пошёл вперёд, выставив кисть.

В меня отправилось сразу две струи, так что я выставил вторую кисть, а сам пошёл в сторону по кругу.

Так как ранцы стояли на земле, то шланги от баллонов к помпам начали путаться и закручиваться. Я резко ускорился и в какой-то момент, просто метнул кисть в место сочленения, но вышел недолёт.

— Что он делает?

— Так разве можно?

—

На ней амулет, да и правилам не противоречит, — раздались шепотки со стороны остальной «Зари».

Минерва процедила что-то оскорбительное, но смысла я не понял.

Я снова вошёл в радиус и встал на месте, пока она не пустила в меня две струи.

Я снова дёрнулся в одну сторону, затем в другую, после чего на разбеге метнул вторую кисть.

В этот раз попал.

— Ха-ха, промазал, — усмехнулась женщина, которая и не была целью этого действия, а являлась только объектом для конечной покраски.

А вот после того, как я кинул третью кисть и резко отошёл назад, послышались смешки и язвительные комментарии:

— И как он собирается побеждать?

— Что за бред? Он сдался?

— Плакали мои денежки, ему голову напекло.

— Мы его плохо знаем, может, это вообще не «наш нудист»?

Последние две фразы были сказаны не с «вражеской» стороны, а с «моей» Варвары и Ани.

Между тем Минерва даже не стала отвлекаться на проверку своего оружия, так как я рванул в её сторону.

Она направила на меня обе струи и…

*П-сух!*

Баллоны рванули. Тяжёлые кисточки нарушили герметичность, а высокое давление привело к поломке.

В итоге Минерва стала напоминать гепарда своей пятнистостью.

— Победа Грачёва, 1–0 в рамках третьего круга, — констатировал Салтыков.

— Урой его, — коротко бросила Минерва не следующей, а Широковой. Сама же командирша куда-то ушла, похоже, смывать итоги нашего сражения.

Дальнейшее сражение фактически не менялось. Против меня ставили два новых ранцевых водомёта и направляли струи.

Уже после третьего «гепарда» до них дошло, что надо не трогать пострадавшее оружие, иначе оно рванёт.

Однако я уже научился метать, так что я просто метил в шланги по одной кисточке, а сам оставался с оружием.

Так что к десятому бою с той самой Широковой счёт был 9–0 в мою пользу.

Надо заметить, отчего-то вид мокрых женщин мне понравился. Пусть это были чернила, но всё равно вид одежды, облегающей женские тела, кружил голову не хуже, чем большая пушка в руке. Наверно это связано с какой-то человеческой эмоцией и любви к победам.

Так что я нашёл свой интерес, пусть и не совсем понятный.

Широкова имела говорящую фамилию. Она была не такой уж тренированной, но при этом весьма пышной в районе ягодиц и груди. Попасть в неё в прошлых поединках проблемы не составило.

На ней был амулет,

на руках шесть колец выпирали из-под перчаток. Это было нормально и привычно.

Но что мне казалось необычным: на лице было два кольца в правой ноздре, а в ушах сразу по восемь небольших серёжек.

Неужели всё это артефакты или следы какой-то там «моды», о которой я что-то там слышал. Якобы у людей разных поколений вкусы меняются вместе с новыми веяниями не под воздействием появления новых материалов, а из-за стадного инстинкта.

Внешний вид превышает выгоду в удобстве?

Или же это особые аретфакты, которые требуется носить именно так?

Сложно мне это понять, привык я носить чёрную одежду, а на крой было всё равно, если ничего лишнего не вываливается наружу.

Широкова взяла два ранца, но уже по её усмешке было ясно, что тактика окажется отличной от прошлых.

Так что я взял четыре кисти. Максимум, который я мог притащить.

Далее я положил две кисти на землю, по одной взял в руки и двинулся в сторону девушки.

В остальном всё развивалось, как обычно, я уворачивался от струй, заставлял противницу менять положение, после чего швырнул снаряды, ломая тренировочное оборудование.

Однако противница улыбнулась:

— Защитные артефакты не запрещены, — произнесла она.

В следующий миг она нажала на рычаги, и чернила вырвались наружу, однако в её ушах засветились серьги. От них словно отлетели десятки белых отростков, на которые буквально налипла жидкость.

А в следующий миг чернила превратились в тонкие ленты, которые полетели ко мне.

Понятно, ради победы можно травмировать врага?

Не буду скрывать, я мог сжульничать, снова нанеся чернила из кисти на себя, тем самым сдавшись конкретно в этом поединке, но надо ли?

Целью моего прибытия на тренировочное поле являлось изучение моих пределов.

Так что я буквально подставил кисть и руку под удар.

Однако ленты неожиданно устремились выше.

В голову?

Я постарался увернуться, но магия воды или пространства у противницы позволила ей управлять жидкостью на двадцатиметровой дистанции с высокой точностью и скоростью.

Выхода не было, я блокировал удары руками.

— Жаль, я надеялась обезглавить этого жука, — холодно произнесла женщина.

Между тем её чернила наносили мне серьёзные раны, но не пачкали.

И, впервые, я увидел, что подкожная чешуя спасает не от всего.

Хороший тест, но это значит, что я мог здесь умереть.

Не хотелось бы.

Так что я отскочил назад, вывернулся, после чего схватил ленты и, игнорируя боль и потёкшую кровь, дёрнул на себя.

— Что? — успела удивиться девушка, сделала шаг вперёд, где была лужа из чернил, поскользнулась и рухнула на песок.