Чтение онлайн

Абаданди попытался ускользнуть, но было уже слишком поздно...

“Мои очки”, — успел подумать он, и его голова, казалось, раскололась от страшной боли...

Страшный Абаданди погрузился в небытие...

Паркер ударил парня по голове со всего размаха. Это и вырубило Абаданди. Потом Паркер отступил на шаг, выбил из его ослабевших пальцев револьвер, и когда Абаданди тяжело свалился на левый бок, с силой ударил его еще и рукояткой

револьвера по затылку.

Этого было более чем достаточно.

Паркер перевернул его на спину, опустился на колени и быстро обшарил его всего в поисках другого оружия. Но обнаружил лишь браунинг 22-го калибра, прикрепленный к правой ноге.

— Что все это значит?

Паркер поднял глаза. Грофилд, совершенно голый, с куском мыла в руке стоял в двери ванной.

— Это или ревнивый муж, — отозвался Паркер, — или же посланный теми, у кого наши деньги.

Грофилд подошел ближе, оставляя мокрые следы на ковре. Нахмурившись, смотрел он на потерявшего сознание человека.

— Ревнивый муж! Он пришел убить меня, не так ли?

— Вернее, убить нас обоих, — поправил его Паркер. — Он выбрал тебя первым, потому что проследил за машиной.

— Я был слишком беспечен, — согласился Грофилд и взглянул на мыло в своей руке:

— Я сейчас вернусь.

Грофилд вернулся под душ, а Паркер теперь уже более тщательно обыскал незнакомца.

Пачка смятых сигарет в кармане рубашки. Связка ключей в правом кармане брюк — два ключа от дома, один неизвестного назначения и несколько от багажника “крайслера”. В левом кармане коробок спичек, пять билетов “Нью-Йорк-Рум” по двадцать долларов каждый. В правом заднем кармане — бумажник.

Паркер, взяв бумажник, расположился в одном из кресел, зажег настольную лампу и стал внимательно рассматривать содержимое бумажника.

Парня звали Майкл Абаданди. Он жил на Эдгенорд авеню, 157. Он был членом Интернационального общества транспортников, а также Американского союза машинистов. Здесь были кредитная карточка, водительские права, удостоверение личности на бланке банка. Но никаких бумаг, указывающих на его профессию. В бумажнике было еще пятьдесят семь долларов.

Более сотни Паркер обнаружил за поясом брюк.

Телефон стоял рядом с кроватью. Паркер, держа бумажник в руке, снял трубку и позвонил домой к Лозини. Ему ответил мужской голос:

— Мистер Лозини еще не встал.

— Разбудите его, скажите, что это Паркер.

— Он просил разбудить его только в девять часов.

— Скажите ему, что я приеду через полчаса.

— Но...

Паркер бросил трубку, встал и перешагнул через неподвижное тело на полу.

— Послушай, дружище! — Грофилд, на ходу расчесывая мокрую шевелюру, снова вошел в комнату. — Почему ты не окликнул меня? Это же могло плохо кончиться.

— А зачем? Ты был страшно утомлен, да к тому

же голым, а я мог разделаться с ним один.

Грофилд вернулся к шкафу, чтобы взять ботинки. Надевая их, он, нахмурившись, смотрел на тело Абаданди.

— У него кровь.

— Положи ему под голову полотенце. Не надо оставлять следов.

Взяв одно из полотенец, Грофилд опустился на корточки и, приподняв голову Абаданди, положил под нее полотенце. Струйка черноватой крови стекала по его лицу вокруг уха и исчезала в волосах. Грофилд наклонился.

— Боже мой! — воскликнул он.

— Что?

Паркер подошел и увидел, как Грофилд осторожно приподнял веко лежащего. Глаз был неподвижным, блестящим, лишенным выражения. Грофилд отдернул пальцы, и веко закрылось.

— Посмотри, — сказал Грофилд. Он немного отстранился, чтобы Паркер мог видеть другой глаз Абаданди. Видна была лишь тонкая струйка крови, вытекающая из него.

Паркер опустился на колено и дотронулся до щеки лежащего. Кожа его была холодной, вялой. Никакой реакции...

— Проклятье! — воскликнул Паркер.

— Он в состоянии шока, — предположил Грофилд.

— Мне бы очень хотелось побеседовать с ним.

— Вряд ли это возможно.

— Он не должен умереть здесь! Ты готов?

— Да.

— Нам нужна липкая лента.

— Изоляционная пойдет?

— Все равно.

Грофилд покопался в своем чемодане и достал липкую изоляционную ленту, от которой Паркер оторвал два куска сантиметров по шесть-семь длиной и приклеил их крест-накрест на правое веко Абаданди.

Было неприятно дотрагиваться до глаза под тонким веком. Паркер вытер кровь с лица парня и стал ждать, пока не убедился, что кровь из-под липкой ленты больше не течет.

— Отлично, — сказал Паркер. Он свернул полотенце окровавленной частью и протянул его Грофилду: — Убери это!

— Угу.

Паркер встал и сказал:

— Мы отведем его к машине, усадим в нее, а потом где-нибудь оставим.

Грофилд закрыл свой чемодан и снова спрятал в шкаф. Потом вдвоем они подняли грузное тело Абаданди, взяли его под мышки, положив его руки себе на плечи. Издалека можно было подумать, что они ведут пьяного.

Так втроем они вышли на галерею. Болтали две женщины на пороге одной из комнат. Больше никого не было видно. Они проследовали вдоль всей галереи, ноги Абаданди волочились по полу. Им с трудом удалось дотащить его до низа лестницы.

Усадив Абаданди на заднее сиденье “импалы”, Паркер сел за руль, машина тронулась. Выехав за город, Паркер осмотрелся, выбирая подходящее место.

Они уже опаздывали к Лозини, но что делать, обстоятельства были выше их. Машины на дороге почти не встречались, и в это воскресное утро большинство из них ехало медленно: это были, видимо, семейные поездки за город.