Говорящие часы
Шрифт:
— С помощью Бониты, твоей козырной карты?
— Вы не знаете старушку, — насупился Партридж. — Я был ее мужем. Видите вон ту латунную пепельницу? По сравнению с Бонитой она мягче масла! Бывшая моя любит только себя — решительно и бесповоротно.
— Так я и понял! Эрик, ее нынешний муж, имеет шансов не больше, чем, скажем, мышь в компании кошек. Но по-моему, на сегодняшний день Бонита в безвыходном положении. Ничего ей не остается, разве что уйти от мужа.
— И уйдет! Когда вытянет из него последний доллар, уйдет, но не раньше.
— Хочешь сказать, что ты и сам парень не промах?
— Года три тому назад я такое дельце раскрутил! — Партридж скромно улыбнулся.
— Ты не промах, — кивнул Джонни. — Что дальше?
— Дальше я решил, что мы споемся. Что вы делали в компании Квизенберри?
— Приценивался. Хотел купить будильник «Бриллиант».
— Что у тебя на уме, Флетчер? — Глаза у Партриджа заблестели. — Часы, которым нет цены, были у тебя в руках, а ты отдал их девчушке Раск. Почему ты все время крутишься возле них?
— Почему? — переспросил Джонни. — Потому что Том Квизенберри, с которым я сидел в тюрьме, убит. А полиция Миннесоты, похоже, думает, что его убили мы с Сэмом. Я пытаюсь доказать, что это не мы.
— Ну ты даешь, Флетчер! Где Миннесота, а где Нью-Йорк…
— По обвинению в убийстве можно подвергнуть и экстрадиции.
— Да-а, — протянул Партридж, — можно.
— Не продолжай! — буркнул Сэм Крэгг.
— Кстати, — поинтересовался Джонни, — а ты-то можешь сказать, где сам был девятнадцатого сентября?
— В Миннесоте меня не было.
— Докажи!
— А ты можешь доказать, что я там был?
— Нет, — ответил Джонни. — Но мы с Сэмом можем присягнуть, что бродяга, который с нами сидел, — ну, тот, что пырнул констебля, слегка смахивает на тебя, если тебя недельку не мыть. Дошло?
— Остынь! Я не собираюсь стучать на вас копам. У меня в игре свои ставки. Обойдусь без полиции. Но предупреждаю, я играю жестко!
— Блеск! — хмыкнул Сэм Крэгг. — Мы тоже. И раз уж в ход пошли угрозы, позволь и мне тебя попугать. Словом, Партридж, как увидишь, что мы идем, сразу переходи на другую сторону улицы!
Партридж растянул губы в презрительной усмешке и процедил:
— Можно я заберу пушку? Все равно она не заряжена.
Джонни взял пистолет, убедился, что магазин пуст, и бросил Партриджу:
— Пока, Партридж!
— До скорого. Еще увидимся. — Многозначительно посмотрев на Сэма, он добавил: — С вами обоими.
После его ухода Сэм поежился:
— Что-то подсказывает мне, что этот Партридж — мужик серьезный.
— Теперь я его вспомнил. Некий Монахан был наемным убийцей. С ним работали несколько крутых парней. Партридж забрался к ним в малину, уложил одного из гангстеров и показал этому Монахану, где раки зимуют.
— А слышал, как он отзывается о своей бывшенькой?
— Видите ли, выгнал ее… Впрочем, обратил внимание, как она изменилась в лице, когда я всего лишь упомянул о нем? Я решил, что сказал лишнее. Теперь понимаю:
— Я готов. Все еще в себя не пришел после тех голодных дней. Берем славненький толстый бифштекс с луком, а на десерт парочку свиных отбивных…
Глава 14
На следующее утро Джонни валялся в постели, размышляя, встать ему, одеться или заказать завтрак в койку. Заметив торчащую из-под двери газету, он, хорошенько подумав, решил посмотреть, что там пишут.
Подхватив газету, он вернулся в постель. Сэм храпел на двуспальной кровати, стоящей у окна. Одеяло было сброшено. Пижам Сэм не признавал. Его широченная грудь ритмично поднималась и опускалась.
Джонни развернул газету. Гонка вооружений… Советы нацеливают ракеты на Штаты. На носу звездные войны. Обалдеть! Мир сходит с ума.
Его внимание привлекло сообщение внизу первой полосы.
«ЗНАМЕНИТЫЕ „ГОВОРЯЩИЕ ЧАСЫ“ УКРАДЕНЫ
Кража со взломом в особняке Квизенберри в Хиллкресте»
В заметке говорилось, что Джо Корниш, управляющий поместьем Квизенберри, вскоре после полуночи застал с поличным двоих взломщиков. Он вступил с ними в схватку, однако грабители одержали верх и убежали. После того как о происшедшем стало известно владельцу поместья, Эрику Квизенберри, дом осмотрели и с изумлением обнаружили, что сейф вскрыт, а знаменитые «Говорящие часы», стоимостью в сто тысяч долларов согласно оценке недавно скончавшегося владельца, Саймона Квизенберри, исчезли. Грабители ничего не взяли из знаменитой коллекции часов, хотя многие экземпляры были незаперты.
Сложив газету, Джонни дотянулся до Сэма и ударил его по носу:
— Сэмми, мальчик мой, вставай! Солнышко сияет, ранние пташки прыгают по веткам, а нас одурачили!
Усевшись на кровати, Сэм Крэгг спросонья потянулся.
— Ох-хо-хо! — зевнул он. — Что случилось-то? Мне как раз снилось, что мы во Флориде и я поставил тридцать два к одному…
— А лошадь споткнулась на ровном месте! Глянь-ка, Сэм, у Квизенберри увели «Говорящие часы».
— А? Кто? Джим Партридж?
— Почитай-ка, как описал грабителей тот хмырь Корниш! Один высокий и довольно стройный, другой пониже ростом, приземистый, но необычайно силен…
— Ну надо же, точь-в-точь наш словесный портрет.
— Оказывается, мы были в доме Квизенберри около полуночи.
— В то время, когда мы здесь давили подушки.
— Тот-то и оно! Поедем туда — скажем им?
— По-твоему, стоит? Тот поганец Корниш возьмет и опознает нас, поскольку мы не особенно ему приглянулись.
— Мне он тоже не очень, но он нас не опознает. Он ведь не сказал, что узнал грабителей! Более того, какое-то сильно подозрительное ограбление. Почему не взяли другие часы? Если помнишь, некоторые экземпляры выглядят гораздо богаче, чем «Говорящие часы».