Чтение онлайн

Рэйвен кивнул и взмыл выше. Я последовала за ним в замок, где на крепостном валу крепости собрались Дарклинги. Гас и Рен держали бумажный фонарь, прикрепленный к проволочной корзине и свечу. Пока Гас зажигал свечу, Фалько читал молитву, которую я никогда раньше не слышала.

Пусть услышаны будут молитвы

Там, куда не могут попасть наши души.

Пусть наши души переносятся небом,

Пока

мы не сможем вернуться домой.

Когда он закончил, Рен отпустила фонарь, и тот взмыл в небо — бледная светящаяся форма, похожая на светлячка. Мы смотрели ему вслед, пока он не исчез в темноте, и все снова забормотали «пока мы не сможем вернуться домой. Ропот стал громче, чем раньше. Я обернулась и увидела, что к нам присоединились жители деревни и мои друзья из Блитвуда, а также люминьоны, лютены, Белые дамы и Арсиноя, чьё лицо блестело в лунном свете, как будто, она тоже тосковала по дому, в который не могла вернуться. Мы все были изгнанниками, поняла я, такие же изгнанники, как беженцы, заполонившие бельгийские дороги.

Остаток ночи я просидела у кровати Хелен, слушая, как она играет с Натаном в прятки в комнатах Блитвуда. Я поняла, что оттуда нас тоже изгнали. Даже если мы когда-нибудь вернёмся, даже если он не будет уничтожен, мы никогда не сможем вернуться к тому, кем мы были… за исключением наших снов.

На рассвете я уснула и присоединилась к Хелен. Мы сидели в классе профессора Йегера и слушали его лекцию про четыре вида магии — воздух, землю, огонь и воду — это был наш первый год в Блитвуде. Чтобы проиллюстрировать магию воздуха, он создал связь между Дейзи и ножницами. Он подул на ножницы и у Дейзи волосы встали дыбом. Он облил ножницы водой и Дейзи поперхнулась. Он как раз собирался поднести спичку к ножницам — и именно тогда я впервые вмешалась, но когда я поднялась на ноги, Хелен остановила меня, коснувшись рукой.

— Нет, подожди, — сказала она. — Я хочу на это посмотреть.

Я в ужасе повернулась к ней, но прежде чем успела возразить, проснулась в кресле у кровати Хелен. Манон трясла меня за руку.

— Вас спрашивают внизу, мадемуазель.

Я с трудом поднялась на ноги и, спотыкаясь, спустилась по лестнице, тряся головой в попытке прогнать туман из головы. Почему Хелен хотела, чтобы Дейзи страдала в мире её снов? Неужели она действительно зашла так далеко?

Когда я вышла во двор, все мысли о снах Хелен вылетели у меня из головы. Мои друзья стояли у стены, глядя на поле битвы. Огромные чёрные силуэты, похожие на гигантских доисторических монстров, вырисовывались из утреннего тумана.

— Что это такое? — спросила я.

— Пушки, — мрачно сказал Рэйвен. — Они их заменили. Базз умер напрасно.

Этот день задал ритм на следующий день и на следующий… растянувшись на следующие несколько недель. Лучники защищали стены пылающими эльфийскими стрелами, в то время как Дарклинги бомбили пушки, а ундины топили любого солдата, который подходил слишком близко к берегу. Мисс Шарп и Рен организовали лазарет для растущего числа раненых, которым помогали бабушка Манон, Дейзи и Луиза, оказавшаяся на удивление

компетентной медсестрой. Она посвятила себя заботе о Марлине.

По ночам Белые Дамы и Арсиноя патрулировали замок, а Омар бродил среди призрачных солдат, пытаясь освободить их от ментальных пут. Когда он возвращался, они с профессором Йегером просиживали допоздна, почти до рассвета, обсуждая, как разрушить магию, с помощью которой ван Друд управлял солдатами.

— Он должен управлять ими с помощью магии воздуха, — услышала я как-то вечером слова профессора Йегера, когда поднималась по лестнице, чтобы проверить Хелен. — Но если бы это было так, мы могли бы разорвать узы с помощью магии земли, используя колокола, выкованные с кровью.

— Я уже пробовал это, — ответил Омар. — У меня есть набор колокольчиков, выкованных в монастыре Шалу в горах Тибета и содержащих каплю крови Далай Ламы. Я звонил ими перед солдатами, но безрезультатно. Их связь с Мастером теней не может быть разорвана нашей магией земли. Возможно, потому, что Ван Друд создал более прочную связь.

— Железо и кровь, — пробормотал профессор Йегер.

— Железо и кровь? — спросил Омар. — Разве это не лозунг знаменитой речи Отто фон Бисмарка?

— Да, немцы только об этом и говорили. Eisen und Blut, Eisen und Blut… Интересно…

Я оставила их в недоумении. Войдя в комнату Хелен, я увидела, что она бормочет ту же фразу. Eisen und Blut, Eisen und Blut…

Какую бы магию ни использовал ван Друд, она работала. Гас и Долорес вернулись с новостями о битвах, бушевавших вокруг нас. Французы отступили из Лотарингии, наступающая немецкая армия расстреляла пятьдесят мирных жителей и сожгла дотла крошечную деревушку Номени; на севере, вдоль рек Самбр и Маас, форты у Намюра пали под ударами осадных орудий, а французы отступили от Шарлеруа, и повсюду вокруг нас, в Арденнах, французские и немецкие войска натыкались друг на друга в тумане, пуская в ход пули и штыки и заливая лес кровью.

Eisen und Blut, Eisen und Blut…

Когда мы услышали звуки битвы, мы с Дарклингами, вылетели, чтобы проводить души умирающих в загробную жизнь. Мёртвые и умирающие лежали грудами, так высоко, что многие из них всё ещё стояли, прислонившись к опорам своих павших товарищей. В отличие от немецких солдат, атакующих Боулион, эти солдаты не были в плену теней, а просто стали беспомощными пешками неумолимой военной машины. Рэйвен показал мне, как дотянуться до души мёртвого солдата и как утешить его, когда мы вместе улетели в небо.

— Куда именно я его несу? — спросила я в первый же вечер, стараясь не выдать своего страха.

Хоть однажды я уже прикасалась к умирающей душе, я никогда не переносила её в загробный мир и совершенно не понимала, куда уходят человеческие души.

— Я знаю, что фейри уходят в Волшебную страну, но ты никогда не говоришь о том, куда уходят люди после смерти.

— Это потому, что мы на самом деле не знаем, — признался Рэйвен. — Мы несём человеческие души, а потом, когда они готовы, они улетают. Вот увидишь.