Город
Шрифт:
– Сперли здание! Вчера были 18 этажей, сегодня - нет!
Все тот же жизнерадостный парень опять хохотнул, глядя за затягивающихся сигаретами продавщиц.
– Это прикол такой что ли?
– Илья подошел ближе к кучке людей в бело-розовых рубашках, попутно пытаясь уловить, о чем говорит менеджер с полицейскими.
– Ага, прикол, - молодая девушка с глазами потрепанной жизнью проститутки сплюнула на землю и закурила еще одну сигарету.
– Народ, че происходит?
– Илья
– Приехали сегодня сюда, а здания нет. Никто ничего не знает, куда, зачем, почему... Просто пропало. Вместе с нашим салоном. В общем, знаем не больше твоего - только то, что видим, - доложил все тот же жизнерадостный продавец, но уже менее веселым голосом.
Полицейские отправились в свою служебную машину, запыхавшийся - с чего бы?
– менеджер подошел к ним с явным намерением сделать объявление.
– Сейчас сюда приедут журналисты, поэтому все разъезжаемся по домам.
Менеджера из-за его маленького роста, но грубого густого баса и бороды (хоть и ухоженной), прозвали Дубощит.
– Комментариев не давать, в контакты с журналистами не вступать. Нарушителей - уволят. В ближайшие дни вас распределят по другим салонам.
– А что...
– Неизвестно. Полиция разберется, - прервал Дубощит очевидный вопрос Ильи.
– По домам.
***
Они сидели в какой-то пивнушке. Мебель здесь была из цельного дерева дорогих пород, обстановка не хуже, чем в столичных ресторанах. Разница в том, что вместо пафосного официанта с поставленной речью здесь был угрюмый подросток в грязном переднике, который не очень-то торопился их обслуживать. И запах. В ресторанах определенно пахло по-другому.
Девушка из висящего на стене телевизора рассказывала про визит в Город какого-то очень важного столичного чиновника. Далее сюжет словами мэра, у которого истекает срок полномочий, рассказывал про рекордные налоговые отчисления в федеральный бюджет, про небывалый рост экономики региона и всей Сибири, про то, что Город заселен уже на 98 процентов. И пора думать о расширении.
– Нет, Шустрый, ты перегибаешь.
Илья после четырех кружек темного растягивал слова. Больше пить явно не следовало. Оба собеседника знали, что пьяный старший продавец себя плохо контролирует и может натворить глупостей.
– А ты сам подумай. Бог дал - бог взял.
Разговорчивый продавец, которого Илья называл Шустрым, многозначительно посмотрел собутыльнику в глаза. Но слишком затянул этот театральный жест, из-за чего пафос мгновенно обратился в фарс. Осознав это, Шустрый разочарованно вздохнул и сделал большой глоток.
Они сидели в тех же розовых рубашках, поглядывая на воркующих в другом углу кафе девушек непритязательного вида.
За окном мелькали фуры с китайскими телефонами, сибирским
По центру кафе расположился танцпол, освещаемый дешевой светомузыкой, которая делала безвкусным даже божественный дизайн, созданный Городом. На фоне играла протяжная, скучная музыка, нагнетающая тоску. Тоска - лучший стимул для того, чтобы выпить. Именно так думал владелец этого кафе, выкупивший его по сравнительно низкой цене, еще до тотального заселения и космического взлета цен.
– О, про нас сюжет.
Люди в телевизоре говорили о "таинственном" исчезновении 18-этажного дома, о том, что внутри находилось от 500 до 700 человек, что точная цифра выясняется и что судьба их неизвестна. А еще - что причин для паники нет.
– Как же. Валить нам надо, Илюха. Пока все не повалили.
– Да чё ты суетишься? Ну пропал дом, что теперь, руки на себя наложить?!
– Валить, Илюха...
– А когда Дубощит тебя на работу вызовет? Ты что ему скажешь? Он тебя из-под земли достанет...
– Илюха...
– Сиди на попе ровно, не дергайся и все будет нормально. Начнешь суетиться - беду накличешь. И вообще... Мне эти фокусы с появлениями-исчезновениями до... сам знаешь, до чего... Эй! Тощий! Ты чё как черепаха там шевелишься?!
– Илюх, не надо...
– Я, между прочим, гражданин лучшего города в мире! Я все могу! Могу нассать тебе на морду, хочешь, прыщавый?!
– Илюх, пойдем...
– И ваши фокусы-покусы меня не напугают! Потому что я - мужик!
– Ты мужик, братан, пойдем...
– Хер вы меня отсюда теперь выкурите! Терпите Илюшу, потому что без Илюши вы... вы...
– Илюх, тебе плохо? Илюх... Ох ты ж ё... Мы уберем это... И химчистку оплатим... Не надо никуда звонить... Не надо, говорю...
***
Алина шла покупать новые наушники, потому что закончила год без троек. Наушники дорогие - она полгода о них мечтала. Не потому, что они модные и красивые. И не потому, что в них она будет выглядеть круче. Хотя и это тоже.
Главное - звук. Она обожала музыку, и очень гордились своим музыкальным вкусом и слухом. До недавнего времени ее устраивали громоздкие, относительно недорогие наушники. Но потом она услышала, как звучат другие - у ее одноклассницы. И с тех пор хотела себе такой звук.
Мама радовалась, когда Алина, часами в своей комнате играла на гитаре, когда придумывала мелодии и сломя голову неслась к ней с криком "Я сочинила песню! Ты должна ее послушать!"
Слова были банальным наборов попсовых штампов. Но музыка и мелодия - очень даже недурны. А большего от 13-летней девочки и не ждали.