Чтение онлайн

— Мама приехала.

Кэрол поднимается и обменивается молчаливым взглядом с Кики Догерти, которая приветливо машет ей рукой.

Она уже поделилась с Кики своим горем, и та наговорила ей кучу ободряющих слов. Кэрол с болью в сердце следит за тем, как еще одна мать забирает своего ребенка из школы. Одни смотрят на нее с сочувствием, другие — с осуждением: не уберегла. Кэрол ничего этого не видит. Она торопливо идет к школьному зданию.

В классной комнате Джейми его учительница Андреа Престон, двадцатисемилетняя чернокожая женщина,

протягивает Кэрол чашку кофе.

— …Мы регулярно проводим уроки, на которых учим детей не разговаривать с незнакомыми людьми и не садиться к ним в машины. Вот и вчера мы провели такой урок, чтобы убедиться…

— Да-да, конечно. — Кэрол слышит собственный голос словно со стороны. Он гулким эхом отражается от линолеума. — Джейми уже достаточно взрослый и все это знает. Я просто хотела убедиться, что в школе у него все было в порядке. Он ведь хорошо учился?

Кэрол близка к панике. Возможно, все, решительно все было вовсе не так, как она себе представляла.

— Да, хорошо. Действительно хорошо, — говорит учительница с виноватой улыбкой буквально по слогам, будто пытаясь вложить в эти слова надежду, уверенность в том, что все плохое скоро закончится. — Были, правда, проблемы с дробями, но это обычное дело. Если бы что-то еще…

Престон внимательно смотрит ей в лицо. И тут Кэрол понимает, что учительница еще очень молодая и что она тоже очень расстроена, и с трудом сдерживается, чтобы не заплакать.

— Можно я заберу вещи из его шкафчика?

Учительница молча кивает.

То, что было газоном перед их халупой, утром в четверг покрылось фиолетово-серой изморозью. Тэд сидит за рулем фургона, старенького «форда-эконолайн», с зашторенными задними стеклами и слушает утреннюю радиопередачу. Он старается держаться подальше от Задиры, который ходит взад-вперед по веранде и непрерывно курит.

Безукоризненного вида черный родстер [2] «олдсмобил-катлас-суприм» с тонированными стеклами и сделанными на заказ бамперами лихо подкатывает к дому. Из него выходит лысый толстяк в блестящем костюме за несколько сотен долларов. На нем золотые побрякушки, дорогие солнцезащитные очки. Это Оскар Ригги. Они его ждут.

Задира останавливается.

Тэд выскакивает из фургона, изрыгающего черные клубы выхлопных газов.

— Мистер Ригги, как дела? — лебезит он.

Тэд, конечно, заискивает перед шефом, но Задира — никогда. Он знает, что таких, как он, еще поискать.

— Задира! Тэд! Как наш товар?

— Все в полном порядке, сэр, — отвечает Тэд, машинально взглянув на фургон, под полом которого был устроен потайной отсек. Он хлопает по крылу машины.

Ригги смотрит сквозь Тэда, как будто перед ним облако выхлопных газов.

— Я надеюсь, все прошло нормально, а, Задира?

— Да, капитан. — Задира щелчком отбрасывает окурок в сторону Тэда. Не в него самого, конечно. Тем более что стоит тот достаточно

далеко.

Ригги поднимается по ступенькам на веранду и протягивает Задире довольно увесистый рулончик банкнот, стянутых резинкой. Задира, кривляясь, пересчитывает их и прячет в карман. Ригги шутя дает ему подзатыльник.

— Эй, я ведь могу на тебя рассчитывать, а?

— Точно, Оскар.

К ним присоединяется Тэд, который гораздо крупнее обоих, но в их присутствии робеет. Не отрывая взгляда от Задиры, Ригги лезет в карман пиджака и достает конверт, который передает Тэду.

— Здесь адрес точки, откуда заберешь еще одного; инструкция, как туда добираться; конечный пункт маршрута. Запомни все это, запиши для себя условными знаками — как хочешь, потом уничтожь. Да, деньги на дорогу тоже здесь.

Тэд внимательно слушает. Он весь внимание.

— Хорошо, хорошо.

— Звони мне каждые восемь часов независимо от того, где ты находишься. Ты понял? Я хочу, чтобы мой телефон звонил каждые восемь часов.

— Понял.

— Так откуда ты будешь мне звонить?

— Из любого места, каждые восемь часов.

Ригги кисло улыбается, как будто съел что-то несвежее.

— Остальные деньги получишь, когда вернешься.

— Да, сэр…

Ригги кивает и поторапливает его:

— Давай, поехал!

Тэд бросается в фургон и уезжает. Ригги оборачивается к Задире:

— Ты уже завтракал?

Пол Гэбриэл делает себе вторую порцию холодной каши. Из тарелки он вылавливает игрушку — это резиновый астронавт, который, попав в воду, увеличивается в восемь с половиной раз. Пол ставит его рядом с другими игрушками, которые он собирает для сына. Их уже больше десятка. Пол трет виски. Они седеют, лицо бледное. Он выглядит усталым. Пол кладет ложку:

— Кэрол! Кэрол! Ты готова? Нам пора ехать.

В кухню входит Кэрол, неряшливо одетая, ненакрашенная, с темными кругами вокруг глаз. Кухня в ужасающем состоянии. Кэрол берет со стола губку и швыряет ее в раковину, полную немытой посуды. Женщина останавливается рядом с Полом, который передумал есть и вываливает кашу в контейнер для кухонных отходов. Он видит себя и жену как бы со стороны. Они выглядят паршиво, дом выглядит паршиво, и вообще все выглядит паршиво.

— Ладно, поехали.

Он берет со стола ключи от машины. Кэрол прижимает к груди толстую папку с прикрепленной к ней фотографией Джейми. Из папки торчат бесполезные полицейские отчеты. Пол и Кэрол уезжают.

Чета Гэбриэл сидит, окаменев, как всегда, перед кабинетом капитана Помероя. Вокруг шумит и суетится полицейский участок. Вечно озабоченный патрульный, который когда-то принимал их заявление, смотрит на Пола и Кэрол. Его грустный взгляд как будто гаснет, и он опускает глаза. Муж и жена сидят не рядом, но близко друг от друга, однако кажется, что их разделяют десятки световых лет. Каждый из них замкнулся от горя и не может первым сделать шаг навстречу. Объединяет их лишь чувство невосполнимой потери.