Город сестёр
Шрифт:
– А потом?
– А потом донор умирает. Естественно! Ни один организм не выдержит такого издевательства. Да и живчика дают мало. Только-только, чтобы не загнулись.
– Ну, ладно. Это мне понятно. Мне не понятно - куда они органы девают. Куда они их?
– Как "куда"? Продают.
– А кому?! Кому нахрен в Улье нужны донорские органы? Какой дурак их будет покупать?
– Они на землю их продают. В свои миры.
Пашка окончательно офигел.
– Э... Не понял... Существуют
– Да, Скорый. Эти фермеры, мать их, они из какого-то нормального внешнего мира. Оттого и "внешники". Есть порталы. Есть портальщики, открывающие порталы. Есть аппаратура, создающая порталы. Много чего есть в этом грёбаном Улье.
– Вот это да...
Скорый откинулся на спинку кресла, переваривая новую информацию.
– Выходит - они поникают в Улей...
– Ну, те, кому всё это хозяйство принадлежит, никуда не проникают. Они спокойно сидят в своём мире и наслаждаются богатством.
– Это-то понятно. Но ведь они рискуют уничтожить свой собственный мир. Представляете - если что-то пойдёт не так, и зараза проникнет через портал?
– Деньги, Скорый... Деньги оправдывают любой риск. Особенно если рискуешь не собой. Представляешь, какие деньги делают эти твари на наших уникальных сердцах, почках, селезёнках?
– Но... Они ведь... Органы, они же заражены.
– А вот тут я не знаю. На эту тему поговори с Ванессой. Я не в курсе. Меня это не беспокоит... Меня больше беспокоит - в какую задницу мы залезем с информацией, что нам дал этот "Восемнадцатый". Вот - проблема. С кучей неизвестных. Кишками чувствую неприятности. Но и выгоду чувствую.
* * * 18
В город их пропустили без проверки и даже без очереди.
У ворот стоял караван из десятка грузовиков, но для бабки открыли вторую створку и бригада осторожно, не задевая груженых машин, проскользнула внутрь.
Караванщики загомонили.
– А почему это вдруг Бабку без очереди?!
Дежурный начальник КПП, которого Бабка назвала "Гравёр", строго объяснил.
– Она, на государственной службе.
– Вон оно!
Кто-то добавил.
– Так к этому всё и шло!
Бабка буркнула.
– Философы, блин.
Сёма, в своей кабинке с кассовым аппаратом, оплаты не взял. Сослался на приказ самого Алмаза.
– Ну и ладно, - резюмировала Бабка, - мелочь, а приятно.
Сразу поехали к Алмазу.
Бабка с Бедой унесли подарки, а мужчины остались сторожить состав.
В общаге, женщины принялись разбирать привезённое. Что-то оставляли, для личного пользования, а большую часть приготовились отнести Ольге.
Мужики отогнали багги в гараж и оставили разбор
Собрались в гостиной.
– Так. Ладно. Пошли к Ольге. Там и повечеряем. Я, лично, только чайку попью.
Завалились в дом всей компанией.
– Привет, хозяева!
– Объявила Бабка.
Ольга вышла из кухни.
– О! Вовремя. Я плову наварила. На вас рассчитывала.
Из противоположной комнаты появился Фукс. Поздоровался.
– Проходите.
Сверху спустились Ванесса и Таня. Ванесса несла на руках Анечку.
Анюта сползла с рук Ванессы и замерла, широко открыв глаза. Прошептала.
– Это мне?
– Да золотце, - обняла её Бабка.
– Тут и куклы, и настольные игры, и...
– Нет, - остановила девочка, - собачка?
И только тут вспомнили про Тобика.
Кобелёк проскользнул в дом за бригадой, а в незнакомой обстановке засмущался и спрятался за сумкой у Машиных ног, осторожно выглядывая одним глазом. Но ребёнок сразу увидел главное "сокровище", добытое в поездке.
Анюта присела на корточки и тихонько позвала.
– Иди сюда, собачка. Иди ко мне.
Кобель поднял мордочку и вопросительно посмотрел на хозяйку. На Беду.
Та разрешила.
– Ну, иди, Тобик. Анечка тебя не обидит.
– Иди ко мне, Тобик.
– Шептала Анечка.
Белый пёс, ещё раз посмотрел в лицо Марии и, подбежав к Анюте, быстренько обработал языком лицо девочки. Анюта осторожно спросила.
– Я его на ручки возьму.
– Конечно возьми.
И эта парочка, маленький пёс и маленькая девочка, ушли в нирвану двустороннего тесного, счастливого общения.
– Да...
– сказала Беда...
– собаку я потеряла.
– А мы тебе ещё одну найдём, - успокоил её Шило.
Посидели за столом. Хорошо посидели, больше часа. Обменивались новостями.
Когда Бабка рассказала о том, как Беда кинулась рубить тварей, Таня поперхнулась.
– Что, прямо ножом по башке?
– Ну да. Иначе же их не убьёшь, - пояснила Беда.
Пожевали плов, попили чаю с привезёнными сладостями.
Таня вставила.
– Я любила зефир молоком запивать.
Ольга встала и принесла стакан молока.
Когда собрались уходить, Анечка, сидевшая на ковре и чесавшая пузечко развалившемуся Тоби, сказала.
– Если сейчас у вас спросит кто-то... Ну... Куда вы завтра поедете... То скажите, что далеко, а сами поедете близко.
Бабка присела около внучки.
– Что Анечка ты сказала?
Анюта оставила собаку в покое.
– Бабушка, когда кто-то у тебя спросит, куда ты завтра поедешь, обмани его. Хорошо?
– Спасибо внученька. Ты у меня большая умница.