Чтение онлайн

Нет, она просто действовала по принципу "собака на сене". Он не был ей нужен. Действительно. Но она не хотела, чтобы он достался кому-то еще.

Смеясь над своей глупостью, Клэр повернулась и направилась к арочным воротам, ведущим на Мерчери. Вэл — свободный человек и волен поступать в соответствии со своими желаниями. Как и она.

Два бронзовых мавра над воротами взмахнули своими бронзовыми молотами и ударили по большому колоколу, отбивая время. Она выбросила Вэла и темноволосую красавицу из головы и погрузилась в исследование магазинов Венеции.

Через час у нее была сумка "Фенди", пара

кожаных туфель с плетеным задником — и еще один час, который нужно как-то провести, прежде чем вернуться в отель, чтобы переодеться к ужину. Времени недостаточно, чтобы заглянуть в один из очаровательных музеев или галерей, но наверняка достаточно, чтобы посетить один из интригующих магазинов на улицах, которые разветвлялись в обе стороны. Как называлось это место, про которое ей говорил рулевой яхты?

Она не могла вспомнить названия улицы, поэтому просто бесцельно пошла вперед, чувствуя себя спокойной и удовлетворенной. Остановилась, приблизившись к крошечному магазинчику, в витрине которого были выставлены карнавальные маски. Другие висели на стенах внутри помещения. Клэр рассматривала их через стекло. Некоторые из них были простыми шелковыми полосками, закрывающими глаза, тогда как другие скрывали все лицо. Была жуткая маска "врача чумы" с похожим на рыло носом-воронкой, были серебряные луны, золоченые солнца и остроконечные звезды. Красивые женские лица, раскрашенные всеми цветами радуги или абсолютно белые, пустые, как камень.

В масках было что-то очаровательное и в то же время зловещее. Анонимность этих искусно раскрашенных предметов из папье-маше позволяла слиться с толпой, стать кем угодно — или никем.

Она подумала, не сделала ли это девушка с рисунка. Или девушка из ее сна. Клэр была уверена, что это один и тот же человек. Рисунок положил начало снам, которые были так очаровательны, а заканчивались тем, что она в ужасе просыпалась. Это было единственным логическим объяснением.

Была ли она молодой дамой из знатной семьи, которая искала наслаждение в приключении? Или служанкой, которая взяла накидку и маску своей хозяйки, чтобы ускользнуть и повстречать любовника? Ходила ли она когда-нибудь по этим же самым улицам в своих изысканных вышитых туфлях?

Интересно, как ее звали, и куда она шла, когда художник запечатлел ее. Клэр оглянулась. Черт, интересно, куда это я иду!

Она свернула на неизвестную улочку, пока ее мысли блуждали, и очутилась на полпути на крутой calle, где не видно было ни души.

Ее сердце остановилось, потом пропустило удар, когда она увидела старинную дверь, вделанную в глухую стену. Знакомая декоративная железная решетка была высоко вставлена в толстое дерево, и снаружи отсутствовала ручка. Точно такая же дверь, как и в ее снах.

Клэр запаниковала. Что-то из ее сна. То, чего она не могла отчетливо вспомнить…

Она заставила себя подойти к двери. Пальцы прикоснулись к погрубевшему от времени дереву, паника усилилась. Ей захотелось убежать, но она не сдавалась. Низ кованого чугуна был на уровне ее подбородка. Она заглянула внутрь, хотя сухие листья какого-то вьющегося растения закрывали вид на дворик.

В этом месте не было ничего особенного. И ничего особенного она тоже не увидела — участки красновато-коричневых стен, образующих здание, горшок с пурпурным базиликом, край темно-синей ставни и кожаную детскую сандалию. Таким мог быть любой частный

двор в городе.

Вдруг возникло какое-то размытое движение, и Клэр инстинктивно вздрогнула. Поблизости прозвучал низкий раздраженный кошачий вой. Через мгновение лоснящаяся желтая кошка прыгнула со стены на мостовую внутреннего дворика. Клэр отпрянула от калитки.

Вместо того чтобы вернуться, пошла дальше.

Она все еще думала о девушке, которая преследовала ее во снах, когда очутилась на маленькой площади, совершенно очаровательной. Недвижимость в Венеции была слишком дорогой, так что она поразилась, обнаружив участок зелени. Кто бы ни жил в окружающих величественных палаццо, эти люди, должно быть, обладали властью и влиянием. Сейчас большинство зданий были превращены в многоквартирные дома, а их первые этажи — в соблазнительные магазины.

Она собиралась войти в ювелирную лавку, когда увидела позади себя отражение: ФРАСКАТТИ — вывеску из золоченых выцветших букв на черном фоне. Место, о котором говорил ей Пьетро. Перейдя по мосту на противоположную сторону, она стала изучать товар, выложенный на красном бархате в витрине маленького магазинчика.

Тут было все вперемешку: гравюра моста Риальто (Знаменитый мост в центре Венеции через Большой канал в самой узкой его точке. Построен в конце XVI в.) на подставке рядом с фарфоровой куклой, с полдюжины старинных винных бокалов цвета спелой сливы из стекла Мурано, декоративный набор, несколько потускневших серебряных расчесок с монограммами, растрескавшееся изображение херувима, крашенного под черное дерево.

И ожерелье.

Отголосок сна заставил ее вздрогнуть. Она смотрела на старинную безделушку. Та была сделана из прозрачного венецианского стекла, отливающего золотом, с вплетенными бусинками гранулированного золота. В центре находилось что-то вроде кулона. Могло ли это быть рубином в форме сердца?

Нет. Невозможно. Но сердце в ее груди тикало, как бомба с часовым механизмом. Прикрыв стекло рукой, она пыталась разглядеть украшения получше. Освещение было неудачным — свет отражался от окна.

Неужели это было то же самое ожерелье, что и на рисунке? Клэр не была в этом уверена. Но все же…

Лишь на мгновение она представила: прохладу ожерелья из снов на шее, легкий вес кулона.

Сердце ее трепетало, словно у него были крылья. Клэр протянула руку и взялась за дверную ручку. Дверь мягко отворилась.

В магазине царил полумрак. Клэр услышала тихий звон колокольчика. Когда глаза привыкли, она различила венецианское зеркало, пару ламп филигранной работы и старые кружевные воротнички в витрине. Она отшатнулась, когда что-то прикоснулось к ее затылку. Это было всего лишь чучело обезьяны, которое глядело на нее своими черными стеклянными глазами.

— Так-так, — пробормотала она. — Я отсюда ухожу.

Прежде чем она успела повернуться, в глубине магазина отодвинулась штора и вышла полная темноглазая женщина. На ней был великолепно сшитый костюм из черной камвольный ткани и целая охапка тонких золотых браслетов, которые нежно позвякивали при движении.

— Bon giorno, signorina.

Клэр ответила на своем ломаном итальянском, и лицо женщины изменилось.

— А, добрый день, синьорина. Я вас приняла… за кого-то другого. Вы из Америки?