Город Гарольда
Шрифт:
"Сейчас апостол был бы весьма кстати", - с сарказмом подумал Чиж, улыбаясь своей раненой тени.
Хромая, он подошел к оконному проему и посмотрел наружу. Сигнализация уже не ревела, однако красные проблескивающие огоньки всё ещё горели на территории атакованной фабрики. Здание учреждения прилично пострадало в ходе налета. Стены были покрыты дырами и пулевыми ранениями.
Чиж посмотрел дальше фабрики на многоэтажку, где была позиция второй подгруппы. Сотни роботов с ручными фонариками прочесывали этажи недостроенного дома. У подножья дома стояла куча различных автомобилей и
"Или Кой уже ушел, или..." - Чиж кисло улыбнулся. Внезапно его озарила пугающая мысль, озвученная хриплым внутренним голосом, принадлежавшими явно добротно избитому человеку: "Следующей многоэтажкой, которую роботы станут прочесывать, будет та, в которой ты сейчас находишься, Чиж!". Чиж незамедлительно пошел далее.
Дойдя до места, откуда уже следовало углубляться внутрь этажа, поворачивать к лестнице, Чиж напоследок взглянул на фабрику, а затем на место засады второй группы. Он увидел нечто такое, что заставило его истомленную от побоев кожу похолодеть. Несколько роботов выволакивали из одного из подъездов всё ещё живого Коя. Парень беспомощно извивался в цепких объятиях роботов, словно муха, угодившая в липкую сеть паутины.
"Черт подери", - выругался Чиж и потянулся рукой к наушнику, который он сбросил после подъема в карман штанов.
Не успел Чиж выйти в эфир как в динамике послышался пискливый голос огненной девушки:
– Чиж? Ты что, живой?
Нескромный вопрос связной одновременно пугал своим цинизмом, но в тоже время, в силу того, что главарю банды привелось пережить в последние десять минут, казался весьма объективным.
– Да, черт возьми живой...
– гаркнул в ответ Чиж.
– Как я могу умереть, если я ещё не разбогател...
– из гортани главного изгоя вывалился сухой кашель. Ему показалось, что вместе с кашлем из его бронхов вылетело облако пыли. Однако, учитывая свое помутненное состояние, Чиж не смог утверждать об этом наверняка.
– Как там Снайпер и Ауст?
– Спросил он у связной.
– Им удалось достать эти чертовы ингредиенты?
– Да! И они только что вышли на связь, с ними всё в порядке, они уже возвращаются на базу.
"Отлично!" - Отметил про себя Чиж.
Девушка продолжала строчить скороговоркой:
– Дымка тоже выбралась из засады. С ней всё в порядке. Она в дебрях Гетто, в безопасности. А вот Кой, - голос девушки стал трагично печальным.
– Его, наверное, убили. Связь с ним я потеряла где-то две-три минуты назад.
– Его не убили, - сказал Чиж и снова закашлял.
– Нет! Правда?
– Голос девушки в один момент стал необычайно счастливым и радостным.
– Ты уверен, что он живой?
– Да, - ответил Чиж
– Чудесно!
– Воскликнула Огонёк.
Чиж почувствовал, что он дрожит от смеха, при этом дрожь причиняет ему адскую боль. Глубоко в сознание проскочила рациональная мысль, что смеяться недопустимо в такой ситуации, что это вершина бесстыдства, брутальности и цинизма, однако непроизвольно сложившаяся хохма была действительно смешной. Чиж не мог с собой совладать.
– Отличная новость!
– Воскликнула девушка жизнерадостным голосом, и Чиж снова брызнул в пустоту ядовитым хохотом удушающего
– Я сейчас же свяжусь с остальными и порадую всех, - уже менее радостным голосом произнесла девушка, заподозрив, что в глухом смехе собеседника таится что-то не ладное.
– Чиж...
– голос девушки стал необычно строгим и в тоже время каким-то озабоченным.
– Мне не нравиться твой смех... он какой-то злой?
Эпитет "злой" действительно как нельзя лучше характеризовал текущий смех главного изгоя.
– С тобой всё в порядке?
– Без особой уверенности спросила Огонёк.
– Ты уверен, что Кой живой! Что его не убили?
– Конечно живой!
– Хрипло ответил Чиж, совладавши наконец-то с нападками кашля.
– Я на него прямо сейчас смотрю!
Живот Чижа свел новый спазм смеха.
– Слава богу!
– Произнесла с облегчение Огонек.
– Это отличная новость!
– Это ужасная новость!
– Возразил Чиж, сдерживая всеми силами новый раскат смеха, который уже подступал к его гортани.
– Он живой. Но его взяли в плен и на моих глазах прямо сейчас усаживают в каталажку.
– Боже мой!
– Голос девушки треснул.
Чиж снова залился вспышкой дурного смешка, не в состоянии устоять перед соблазном посмеяться над каламбурным сплетением диалога и действительности.
РЕШЕНИЕ
Снайпер и Ауст медленно шли по темному лабиринту канализации, неспешно возвращаясь в штаб-квартиру. После насыщенного в эмоциональном плане вечера, запасы жизненных сил уже были практически на исходе. А ученому ещё предстояло поработать с добытыми ингредиентами и испытать полученный антидот на пассивных подопытных.
Шли они молча. У обоих на душе лежал тяжелый булыжник после сообщения Огонька о гибели Коя. Снайпер мысленно проклинал главаря изгоев и членов его подгруппы, так как именно из-за их отступления, из-за их малодушия и дезертирства погиб его верный друг, доблестно пожертвовав собой.
При этом Снайпера безжалостно терзала мысль, что он даже не может отказаться от услуг Чижа, несмотря на ненадежность этого типа, что прекрасно продемонстрировала сегодняшняя операция. С другой стороны, Снайпера пугало то обстоятельство, что после отступления отряда Чижа, попавшего под ураганный обстрел, по словам Огонька, лидер изгоев не выходил с ней на связь. Если Чиж тоже убит, в таком случае завтрашнее восстание снова переносится и весьма на неопределенный срок.
В динамике наушника послышались помехи. Клубившаяся в голове Снайпера мгла размышлений вмиг улетучилась. Огонёк появилась в сети спустя секунду. Голос девушки показался испуганным и дрожащим:
– Снайпер! Беда! Чиж вышел на связь...
– Один из стилетов, торчащих в сердце Снайпера, упал наземь. Оставленный порез мгновенно затянулся.
– Он сказал что видел, как Коя арестовали...
"Так значит Кой ещё жив!" - радостно подумал Снайпер, но тут же светлую мысль обглодала угольная тля умозаключений, вытекающих из слова "арестовали": пытки, допрос, мучительные истязания и медленная смерть.