Чтение онлайн

– Позовите кого—нибудь с ним побеседовать!

– Не нужно! – расталкивая локтями людей, к Калу прошел высокий человек. Быстрым слегка нервозным движением руки снял с головы капюшон и показал лицо. Высокой лоб, светлые глаза, острые скулы, крючковатый нос, светлые пепельные волосы – мужчина не с улиц города Даль, – Мое имя Лис. Я хранитель этого города. А кто вы?

– Я – Калу. Меня создал первородный, то есть принц тьмы Константин из мира омеле и я пришел предложить мир вместо войны. Прошу, выслушайте мою историю.

– Ваша спутница убила дочь канцлера, тридцать ходоков и изувечила двенадцать наемников, –

изогнул светлую бровь хранитель, пробасив итог сражения.

Калу принял новость стойко:

– Значит, у нее были причины. Наш мир в огне. Нам больше негде жить как здесь. Одно скажу, что мы импульсивны, жестоки, но справедливы. Моя наставница узнала, что предатель, уничтоживший Ласточкино Гнездо скрывается в городе.

Калу извратил правду. Да, косвенно канцлер был виновен. В записях Константин упоминал, что возможно он передал записи о местонахождении мира омеле наемникам, которые были в числе бравших замок. Позже Кристина призналась, что именно через нее прошли сведения. Она слезно заверила, что ее убедили, что мир омеле разрушен. На вопрос: с кем сотрудничала Кристина? Миледи сказала, что не помнит. Ей внушили многое забыть.

– Продолжай, – попросил Лис.

– У меня есть доказательства сказанному, – уклончиво продолжил Калу, —послушайте, мы бы никогда не открыли вам лицо, если бы были уверены в безопасности.

– И?

– У нас общий враг: механические подражатели или как называют их люди – Потрошители. Я могу дать жителям этого города защиту от напасти, если пощадите моего друга и наставника.

Мужчина растянул тонкие губы в усмешке:

– Заманчивое предложение, но я не имею право принимать решение один. На время мы отложим казнь вашей спутницы, а пока прошу пройти на Прозрачные Воды. Похоже, нам стоит о многом поговорить, – Лис забрал у продавца вещей теплое пальто и протянул Калу. Омеле подарок принял, но надел неохотно, – Надеюсь, понимаете, что такое приглашение для подобного вам знак уважения и доверия.

– Любая просьба.

– Хорошо. Я верю вам, Калу.

Пока хранитель сухо отдавал приказы о судьбе заключенной, омеле ждал.

– Может, пройдемся пешком? – закончив с распоряжениями, поинтересовался Лис, – Пусть люди видят, что вы неопасны им.

– А как же наемники? Ходоки?

– Вас беспокоят люди?

– Нет, но…

– Они не рискнут выступить, – ответ Калу удовлетворил. Он кивнул.

– Родились в Даль? – продолжал Лис.

– Был бегуном до встречи с Константином.

– Калу, – нараспев пробасил хранитель, – если вы тот о ком думаю…

– Я тот о ком думаете.

– Иза часто беседовала о вас с моей старшей сестрой Эль. Она ее наставник. Была.

Калу не ответил. Ждал, к чему приведет разговор Лис. В словах мужчины чувствовался подтекст.

– Почему вы помогаете ей? Если бы мой учитель совершил такое с дорогим мне человеком, я бы ослушался приказов.

– Миледи Кристина – имя моего наставника.

– Да, да, припоминаю… леди Кристина, модистка. У нее есть аптека и собачка Момо. Извините, делами по происшествиям занимаются люди иного круга, а я лишь наблюдаю. Иногда разрешаю спорные ситуации как в вашем случае.

– Наблюдаете из толпы.

– Верно, Калу, наблюдаю.

– Необычно для особы как хранитель.

– Если бы я делал обычные вещи, то был бегуном.

Калу не сдержался,

хохотнул. У этого человека или был извращенный юмор, или он принципиально проверял собеседника.

– Так почему? – продолжал Лис.

– Одну сторону причины вы знаете.

– Да, разумеется. Кристина не выдержала всей фальши и решила отыграться на дочери заговорщика. Мне интересна другая версия?

Калу приостановился, вдохнул морозный воздух:

– Я думал, что первым вопросом хранителей будет: как возможно, что омеле выходят на свет?

– Задам позже.

– О!

– Ну, же Калу! – человек даже похлопал его по плечу, – Расскажите! Очень любопытно!

– Мне тоже интересно первый хранитель города часов Даль, – Калу посмотрел в лицо Лису. Чем дольше он говорил, тем бледнее становился цвет лица мужчины: – Как так произошло, что в механическом пристанище для людей стали появляться Потрошители? Не просто кучка оборванцев, а существа, называющие себя омеле? Как так произошло, что старинные часы города стали гробницей первородного Александра? Кто его убил? И как? Первых нельзя убить, только сжечь на солнце. Маневр требует огромных сил. И наконец, еще пару любопытных моментов: как смогла поймать хрупкая женщина Эль омеле? При компании цитируя одно из старинных стихотворений обряда погребения? Да, я знаю многое.

– Моя Эль присутствовала там?! – изумился человек.

– Не присутствовала, а лично поймала моего наставника.

– Идемте, – Лис сжал плечо Калу, – это зашло слишком далеко!

– Что именно?

– Всё.

– Всё – не ответ, Лис.

– Достаточно будет слов о том, что я теперь доверяю вам?

– Нет.

– Мы не можем говорить об этом на улицах Даль… нельзя, чтобы наш разговор услышали посторонние. Однако я должен признаться: Калу, хранители создали Потрошителей. Да, да, да! Много лет назад мы пытались, но все пошло не так!

– Для меня это не секрет. Я догадывался. Продолжайте.

– Тогда как вам это, – слова давались Лису с трудом, – нет четырех хранителей мира Даль, есть только один – я. Каждый год мы нанимаем трех актеров, чтобы они сыграли роли на публике, будто приезжают из других городов механического мира.

Калу подумал о том, как не уловил суть сказанного.

Сказанное было очевидным, но с другой стороны, ему сказали что—то очень и очень важное:

– Не понял вас. Что?

– За стенами Даль только камни и глина.

Можно ли полюбить врага? Возможно – да.

Эль

Эль была ужасно зла на брата за проступок. Она много лет потратила на расшифровку рукописей Александра, создание проекта механических омеле, сокрытие правды, что за стенами города ничего нет и хранитель только один. Именно она помогла найти нужных людей, когда Лис создал рабочие группы риска, чтобы остановить Потрошителей. Да, она ошиблась однажды и да, проект «механические омеле защитники города Даль» провалился. Эль каждый день жалела о том, что совершила, так как на ее глазах безумцы убивали детей, женщин, стариков. Это испытание было хуже, чем оказаться у позорного столба и умереть от рук палача.