Чтение онлайн

Но пока я вспомнил лишь заверения в том, что со мной в любом случае не случится ничего страшного, что амнезия — это просто очередная байка и на самом деле такое происходит куда реже, чем говорят. Значит, имеет место как минимум некоторое искажение фактов. Правда, признание потери памяти почти нормальным явлением тоже внушает определенные подозрения.

— Не думаю, что ожидал подобного, — сказал я.

— Забавно, но почти никто не ожидает. Тяжелее всего с теми, кто даже не помнит, что имели дело с Ультра. Но ведь с вами не так?

— Верно, — подтвердил

я. — И это меня, заметьте, весьма радует.

— Что именно?

— Мысль о том, что какому-то бедолаге пришлось еще хуже, чем мне.

— Хм-м, — протянула она с ноткой неодобрения. — Я не уверена, что такое отношение уместно, Таннер. С другой стороны, я не думаю, что ваше выздоровление потребует много времени. А теперь — почему бы вам не вернуться в дом? Там вы найдете подходящую одежду. Здесь, в хосписе, мы не слишком стыдливы, но вы можете простудиться и умереть.

— Я ненарочно, поверьте.

Любопытно, как бы она оценила мои шансы на скорое выздоровление, скажи я ей, что сбежал из дома, до полусмерти напуганный деталью интерьера?

— Не сомневаюсь, — согласилась она. — Но извольте одеться — а если одежда вам не понравится, мы сможем ее заменить. Я скоро приду вас проведать.

— Спасибо. Кстати, а кто вы такая?

— Я? Можно сказать, всего лишь крошечная шестеренка в огромном механизме, творящем милосердие. Сестра Амелия.

Ясно, что я не ослышался, когда она назвала это место хосписом.

— А где именно мы находимся, сестра Амелия?

— Ах да, конечно. Вы находитесь в хосписе Айдлвилд, под присмотром святого ордена Ледяных Нищенствующих. Некоторые предпочитают называть это место «Отель Амнезии».

Как бы то ни было, это мне ни о чем не говорило. Я никогда не слышал ни об Отеле Амнезии, ни о более формальном названии этого места — не говоря уже об ордене Ледяных Нищенствующих.

Я зашагал обратно к домику, робот следовал за мной на почтительном расстоянии. У двери я замедлил шаг. Как это ни глупо, но страх как будто дожидался за дверями, чтобы вцепиться в меня с прежней силой. Я посмотрел на нишу. Мне снова казалось, что неизвестная тварь затаилась там, свернувшись кольцами, и следит за мной с какими-то недобрыми намерениями.

«Просто оденься и выйди отсюда, — сказал я себе вслух — и отметил, что говорю на кастеллано. — А когда придет Амелия, скажи ей, что тебе необходима психотерапия. Она поймет. Такие вещи должны случаться постоянно».

Я осмотрел вещи, лежащие в комоде. Ничего необычного — и абсолютно ничего знакомого. Одежда была простой и, похоже, ручной работы: черный джемпер с клиновидным вырезом, мешковатые брюки без карманов и пара мягких туфель, пригодных для прогулок по лужайкам, но не более. Одежда подошла мне идеально, однако казалась чем-то чуждым и непривычным.

Я обыскал комод в надежде найти какие-то личные вещи, но, кроме одежды, в нем ничего не было. Глубоко разочарованный, я сел на постель и тупо уставился на оштукатуренную стену, пока взгляд снова не сосредоточился на маленькой нише. После нескольких

лет «заморозки» химия моего мозга, вероятно, пыталась вернуться в некоторое равновесное состояние. А я тем временем знакомился с ощущением психопатического страха. У меня было сильнейшее желание просто свернуться клубком и отгородиться от окружающего мира. Меня удерживало только одно — холодное понимание того, что я бывал и в худших ситуациях, сталкивался с опасностями под стать тем, которые мое больное воображение поселило в этой пустой нише, — и успешно со всем справлялся. Не важно, что на ум не приходило ни одного конкретного случая. Достаточно знать, что это происходило. Если сейчас я сдамся, я предам глубоко затаившуюся здравую часть моего рассудка, сохранившую их в памяти.

Ждать возвращения Амелии пришлось недолго.

Она запыхалась и раскраснелась, словно ей пришлось пробежаться вверх по склону, или даже преодолеть овраг, который я заметил во время прогулки. Но она улыбалась — похоже, разминка доставила ей удовольствие. Черное одеяние закрывало все, кроме лица и рук, на шее висела цепочка с подвеской в виде снежинки. Из-под подола хламиды торчали пыльные носки сапог.

— Ну, как вам одежда? — спросила она, кладя руку на яйцевидную голову сопровождающего робота. Возможно, она просто сохраняла равновесие — но это выглядело так, словно она ласково поглаживала машину.

— Будто на меня сшита. Спасибо.

— Вы уверены? Заменить ее совсем несложно, Таннер. Просто скиньте ее и… — ее улыбка стала более ясной, — в общем, моментально получите другую.

— Все в порядке, — заверил я, внимательно изучая ее лицо. Никогда раньше мне не приходилось видеть столь бледной кожи. Глаза тоже были почти лишены пигмента, а брови-ниточки точно поедены молью.

— О, прекрасно, — кажется, она в чем-то сомневалась. — Вы еще что-нибудь вспомнили?

— Кажется, вспомнил, откуда появился. Неплохо для начала.

— Только не торопите события. Даша — это наш специалист-невролог… она сказала, что скоро вы начнете вспоминать. Только не волнуйтесь, если на это потребуется время.

Амелия присела на край кровати, где всего несколько минут назад спал я. Поправив одеяло, я прикрыл кровавые пятнышки. Почему-то я стыдился этого и не хотел, чтобы Амелия увидела рану на моей ладони.

— Подозреваю, ждать придется долго.

— Но вы уже вспомнили, что сюда вас доставили Ультра. Большинству, как я говорила, даже это не удается. А вы помните, откуда прилетели?

— Кажется, с Окраины Неба.

— Правильно. Система 61 Сигни-А.

Я кивнул.

— Но мы привыкли называть наше солнце «Суон». Так гораздо проще.

— Верно, другие тоже так говорят. Пожалуй, мне стоит запоминать такие подробности… но люди попадают к нам отовсюду. Иногда я пытаюсь свести это в систему, но только запутываюсь.

— Понимаю. Но я до сих пор не понял, где мы находимся. И, видимо, не буду уверен, что понимаю, пока ко мне не вернется память. В любом случае, сомневаюсь, что когда-либо слышал о вашей организации…