Горизонты
Шрифт:
— Он любит не меня. Он любит… её, — пробормотала Псалм, поднимаясь с пола. — Он любит Лакуну.
— Которой ты не являешься. Точнее, да, она тож была нытиком как ты, но поднимала свой круп и помогала чем-то остальным. И всё же, тебя он тоже любит. В тебе есть повадки «аликорна с хорошими манерами», которые ему так нравятся. И ты можешь сражаться. И тебя заботят остальные. Это значит для него больше, чем что-либо, — сказала Крампетс, ткнув Псалм в грудь. — Ему нравится то, что там, внутри. И если у тебя не получится, то ты хотя бы старалась. — Крампетс глубоко вдохнула. —
Псалм долго смотрела на Покаяние, и качнула головой.
— Луна не смогла простить меня перед смертью…
Крампетс положила копыто на гриву Псалм.
— Единственное прощение, которое тебе нужно, это от пони, которые тебя любят, и от себя. Итак, что ты думаешь на счёт этого? Ты солдат, готовый помочь своим друзьям, или бывший убийца, которого не беспокоит ничего, кроме попыток спрятаться от своей собственной совести?
Псалм посмотрела на Крампетс и легонько улыбнулась.
— Хорошо.
Крампетс ухмыльнулась.
— Ты уверена? Потому что я могу пнуть тебя ещё разок-другой. — Псалм моргнула и резко закачала головой. — Я действительно была бы не против. — и теперь Псалм посмотрела на Крампетс несколько раздраженным взглядом. — Вот это уже другое дело. Теперь давай выбираться отсюда!
Аликорн воспротивилась.
— Но ты же ранена! Ты должна побыть здесь, пока они не смогут тебя полностью вылечить. Следующая партия зелья будет готова через день, может два.
— К чёрту это. И если эта медсестра предложит мне ещё один сеанс «орального медосмотра», то я закричу. Я не против внимания, но не посреди же медицинского отсека! — сказала она, сильно покраснев. — К тому же, Рейнджеры не ошиваются в Медотсеке, когда вокруг идут бои.
— Куда нам идти? — сказала Псалм.
— Точкой сбора был назначен Мегамарт, — ответила Крампетс.
— Давай, у них там должно быть лечебное зелье или даже пять.
— Не стоит ли нам сначала взять твою силовую броню?
— Нет. Если мы пройдем мимо Медотсека, то я точно знаю, что Медсестра Сексуальное Исцеление попытается меня обмыть. Языком. На глазах у всех. — она слегка содрогнулась. — Она даже не из Стойла Девять Девять. Думаю, здесь просто какая-то извращенская аура или что-то вроде того.
Псалм улыбнулась и притянула Крампетс поближе. Подняв Покаяние, она положила под крыло, и телепортировалась…
Прямиком в ад.
От крыши у нас над головами почти ни чего не осталось, за исключением тонкого кольца настила вдоль края стен, на котором примостились Стальные Рейнджеры и Жнецы, ведущие огонь по наступающим снаружи Отродьям. Ряды некогда аккуратно сложенного металлолома были теперь заполнены ранеными пони. Пегасы, которые не могли свободно летать из-за наполняющего воздух шквального огня, парили над нашими головами, находясь в безопасности. Мрачный старый жеребец, вместе с ещё тремя единорогами и полудюжиной земнопони медиков, шел вдоль рядов, творя исцеляющие заклинания и помогая с травмами. А в центре магазина, расположенная теперь уже на земле и окруженная стенами
— Ох, етить меня под хвост, — обескуражено пробормотала Крампетс. — Я и не знала, что всё здесь настолько плохо! — Затем она поковыляла к старому единорогу медику. — Мне нужно лечение, немедленно!
— Им всем нужно лечение, юная мисс! Вам придётся подождать своей… — Крампетс прервала его, схватив за голову, и свирепо уставилась единорогу в глаза. — Эм… полагаю, я смогу выдавить из себя ещё немного исцеляющей магии, прежде чем мой рог выдохнется. Не двигайтесь.
Когда прохладная магия омыла раны Крампетс, Псалм прошлась среди раненных, собрав боеприпасы и кое-какое дополнительное оружие.
— Где Звёздный Паладин Стронг…? — начала было спрашивать Крампетс, как вдруг стена Мегамарта взорвалась и обрушилась, и раздавшиеся крики, перемежаемые, выстрелами возвестили о том, что Отродья начали пробиваться внутрь. — Да не важно.
— Отступаем! — разнёсся над неистовой схваткой знакомый голос. — Невинные уже эвакуированы. Отступаем к Арене! Я их задержу! — В образовавшемся в стене проломе поднялся огромный жеребец, раскидывающий Отродий сокрушительными ударами своих бронированных копыт.
Крампетс ринулась к Псалм.
— Снаряди меня! Быстро! — гаркнула она.
— Стой смирно, — дала указание аликорн, поднимая Крампетс магией, затем облачила её в боевую броню и надела на неё боевое седло с одной единственной, снабженной оптическим прицелом, винтовкой пони стрелка, которое пристегнула ремешками. — Надеюсь, это подойдёт. У меня не было возможности осведомиться о твоих предпочтениях.
— Да всё нормально. Давай поспешим, пока этого идиота не задавили массой! — Выхватив ранец с боеприпасами у одного из земнопони, Крампетс помчалась вслед за Псалм.
Как только началась эвакуация Мегамарта, эта парочка присоединилась к слабеющёй обороне. Любой пони, способный переносить вещи, занимался перетаскиванием раненых и припасов из магазина, а некоторых земнопони было практически не разглядеть под грудами коробок с боеприпасами и оружием. Четыре гуля, составлявших артиллерийский расчёт Пушки, раскидали пинками мешки с песком и опустили ствол, когда Отродья начали появляться на гребнях стен. Орудие взревело, и Отродья исчезли столь же быстро, как и появились, вместе с почти половиной оставшейся стены.
Мчась к пролому, кобылы убивали любую попавшуюся на глаза киберзебру, взобравшуюся на стену, или единорога Отродий, появившегося во вспышке рядом с ними. Двигаясь подобно балерине, Псалм нацеливала винтовку на очередное Отродье, и пули, входя через глазницы, пробивали насквозь их черепа, выходя из затылков. А если одной пули было не достаточно, то вторая довершала начатое, поражая другой глаз.
— Пожалуйста, прости за то, что трусила, — бормотала Псалм после каждого выстрела. — Пожалуйста, прости за то, что опоздала. Прости за кровь на моих копытах. Прости за то, что была собой.