Чтение онлайн

Он уселся на хвост и скрестил на груди лапки.

— Хорошо, Настя, попробую объяснить. Ты видела, как в Китае собак готовят к забою?

Девушка отпрянула всем телом.

— Господи!.. — она чуть не уронила очки. — С чего бы мне смотреть на такое?!

— Полезно, — резко ответил Элджи. — Открывает глаза. Собаку вешают за шею и секут розгами, иногда пинают или бьют дубинкой. Чем сильнее боль, тем вкуснее мясо.

Настя сжала кулаки.

— На свете много мерзавцев, это же не значит, что мы все такие!

— А я не о людях сейчас говорю,

Настя, — угрюмо ответил Элджи. — Я о собаках. Когда после экзекуции их снимают с веревки, что, ты думаешь, они делают? Нападают на мучителей? Пытаются сбежать? Нет, Настя. Они скулят и лижут ноги мяснику. А тот спокойно уводит пса на кухню и разбивает ему голову специальной колотушкой. Нередко на глазах других собак, ждущих своей очереди.

Элджи яростно дернул хвостом.

— Когда смотришь, что люди творят с животными, сначала поднимается гнев на людей. Я прошел этот период. Затем начинаешь видеть и другое: вся кровавая индустрия человечьей цивилизации идеально сбалансирована и использует не силу вашего разума, а тупость ваших жертв!

Элджи с горечью покачал головой.

— Практически все звери, которых вы убиваете, элементарно могли бы спастись, попросту догадайся они открыть калитку, или выйти из загона, или хотя бы отвлечь убийц, пока сородичи убегают. В Японии, самых умных зверей Земли, дельфинов, забивают сотнями, поскольку тем не приходит в головы перепрыгнуть сеть, едва возвышающуюся над водой! Когда смотришь на такое… — Элджи стиснул коготки. — Когда видишь, как табун лошадей, прекрасных и сообразительных, покорно ждет в загоне, пока прямо на их глазах работают забойные команды… Начинаешь думать, что люди заслуженно стоят на вершине.

Элджи поднял глаза на напряженно слушающую Настю.

— Вы не понимаете, что такое разум, — тихо сказал пленник. — Он достается людям слишком легко, вы его просто не цените. Но на самом деле, разум — величайшее достижение природы. Ее ответ на бесконечность Вселенной. Косная материя простирается на мириады световых лет, но я, мышь! — Элджи вскочил — я могу уместить Вселенную у себя в голове!

Он развел лапками.

— Настя, тебе никогда не представить, через какую боль я прошел, пока Глеб Николаевич проводил свои опыты. Я в полном смысле слова побывал на острове доктора Моро, и до сих пор иногда вижу те дни в кошмарах. Но, сквозь страдания и муки, я обрел разум, и потому даже сейчас, готовясь к смерти, все равно благодарен вам, люди. — Элджи опустил голову. — Спасибо.

Ответа не было так долго, что он вновь посмотрел вверх. Настя молчала.

— Не ожидала? — тихо спросил Элджи. Девушка вздрогнула.

— Я думала… — она запнулась. — Полагала… Мне казалось, ты проник в институт, чтобы освободить подопытных мышей.

Пленник покачал головой.

— Я пробрался сюда в поисках сородичей, Настя. Мыши имеют ко мне примерно такое же отношение, как лемуры к человеку. Кроме того, я умею думать не только текущим моментом. Выпустить на свободу ваших лабораторных животных означает разом их всех убить, а возможно,

не только их.

Он затаил дыхание: момент был самым подходящим.

— Настя… — осторожно спросил Элджи. — Я слышал, что сказал профессор в ночь, когда меня поймали. У вас есть еще один тагвар?

Девушка покачала головой.

— Помет НГ-90 ничем не напоминал тебя. Даже внешне. При их создании использовались гены не только мышей, Глеб Николаевич затеял весьма странный… эксперимент. Ожидалось, что эмбрионы погибнут уже на стадии расширения бластоцисты, однако, как ни странно, НГ-90 принесла двух вполне здоровых детенышей. Ни говорить, ни понимать речь они не умели, а в тестах Метцела на g-фактор демонстрировали довольно низкие результаты, едва превышающие средние по каталогу Ратджерса… Но у них были уникальные способности, особенно у самца.

— Были? — дрогнувшим голосом спросил Элджи.

Настя тяжело вздохнула.

— Очевидно, они сознательно скрывали свой разум, маскируясь под обычных мышей, других объяснений у нас нет. Самка бежала десять дней назад, до сих пор никто не понимает, как, а самца с тех пор держат под наркозом. Он обладал совершенно необъяснимым умением двигать предметы силой мысли.

— Телекинез! — Элджи взволнованно дернул хвостом. — Глеб Николаевич упоминал телекинез!

— Да… Примерно, — неохотно отозвалась девушка.

— Как это проявлялось? Каков радиус действия? Влияние на энергетику организма?

Настя промолчала.

— Я не должна говорить, — сказала после долгой паузы. — Меня могут уволить.

Элджи вздрогнул.

— Прости, пожалуйста! Иногда мне трудно держать себя в руках, ведь я сорок лет жил в полном одиночестве. Лишь недавно стал общаться с людьми через интернет…

— Как?! — воскликнула девушка. Элджи улыбнулся.

— В чатах и на форумах не видно, человек ваш собеседник или говорящий зверек. Где ж еще я мог прочесть заметку о побеге вашей супер-мышки?

Настя отпрянула.

— Про НГ-90 написали в Сети?! Господи! — она зажала рот ладонью и выбежала из комнаты.

Элджи тяжело вздохнул.

Ив гнал по ночному шоссе в сторону ближайшей деревни. Там жили дальние родственники жены — достаточно дальние, чтобы про них могли и не вспомнить. Неделя в гостях, затем все уляжется, и можно будет спокойно, уже не торопясь, разобраться в ситуации. Визит сотрудников ФСБ к нему домой уже точно не был розыгрышем.

Ив мысленно усмехнулся, подумав, как бы отреагировали силовики, расскажи он, С КЕМ встречался на ночной улице по пути к автовокзалу. Даже самому журналисту иногда казалось, что та беседа происходила во сне, или под воздействием наркоты. Однако пленница Елизаветы Петровны исчезла, прутья клетки оказались расплавлены, а к нему домой действительно заявились агенты. Хорошо хоть, ограничились допросом и «вежливой просьбой» больше никогда, нигде, ни единым словом не упоминать о глупостях вроде говорящих мышей…