Горизонт 400
Шрифт:
Свет померк, голову обнесло, а через миг, за место тишины пригородного лесочка слух порвал невыносимый гвал.
— Гоблины! Гоблины! — проорал какой-то мужичек, проносясь мимо нас как в жопу траханный.
А за ним, игноря нас как несущественные детали интерьера, проскакала тройка гоблинов с дубинами.
Еще столько же, колотила садовым инвентарём уже как видно мертвого мужичка в паре метрах в стороне. Двое, пытались совладать с козой — пока безуспешно. Хитрое животное, хорошо изучила тактику коней — двумя копытами под челюсть, да и о рогах
— Что за… — выронил я, попрежнему будучи ошарашенным до нельзя, когда рядом с нами, прямо из воздуха, явились четверо людей.
Хорошо вооруженных и явно подготовленных, что без лишних слов и рассуждений, прирезали «умников» с козой.
— Что происходит, брат? — выдала сестра, глядя на все это, и прижимаясь своей спиной к моей.
Заодно ставя подножку одинокому зеленокожему, бегущему на подмогу к уже мертвым мародёром, выписала. Для профилактики, так сказать, чтоб не бегал, и не игнорил!
— Я кажется, случайно, принял квест. — пробормотал я, гуляя взором по округе.
Хотя учитывая, что там не было никакой кнопки принять или отказаться, наверное и не я. Но судя по все прибывающему народу, являющемуся прямо из пустоты и с разноязычным, порой крайне экспрессивным, испанским, матом — не мы одни так поступил! Однако большинство из них, в отличии от нас, точно знает что делать — рубить коротышек! Чем и занимает…
— Бах!
Стреляя из пистолетов.
— Хе-хе! — сказал человек, пристреливший гоблина из здоровенного револьвера, превращая низкорослого монстрика в фарш с одного выстрела, зачем-то глядя на нас.
И судя по тому, что его интересуют только гоблины, и чуть-чуть его оружие, но ни как не мы, это «хе-хе», сравнимо с высказыванием «дебелы». Уж больно ласково он порою смотрит на пистоли, не смотрит, но стреляет на гоблинов, и… в его взгляде в нашу сторону так и сквозит призрение.
А еще, если судить по творящемуся здесь звездецу, уже начавшемуся пожару в отдельно взятом, каменном и двух этажном доме в сторонке, трупам местных жителей и толпам гоблинов — это как бы далеко не начало вторжения.
Мы прибыли к шапочному разбору? Почему? Не наши проблемы! Но… если деревенька сгорит, зачту ли этот «квест» выполненным? Мне не жалко кристаллов, что за него обещают — копейки! Тысяча долларов, ага. Но ведь могут быть и иные санкции!
— Так, давайка сестрица, переползать вон к тому домику — указал я головой в сторону горящего здания. — Сестра?
— Гоблины, гоблины, гоблины. Жареные, пареные, разные… — услышал я сквозь гвал боя её мурлыканье на веселый мотивчик, прерываемый время от времени тихими выкриками заклинаний — Фаербол! Пузырь! Молния! Молния! Молния! Молния!
Ну и естественно гоблины… валяющиеся полукольцом, вокруг неё, с водяными шарами на голове, отчаянно пытающиеся их сорвать своими когтистыми ручонками, проходящими сквозь воду как сквозь воду. Трясущиеся от эффекта шока или вовсе жаренные после молнии, ну и… дальние ряды, в виде сломанных
— Оп, ля! — выдала сестра удар гольфиста, используя посох, за место клюшки, а голову зеленого, за мяч — фаербол! — добавила ему, пока тот еще был в воздухе. — Братец! Они так славно дохнут! — заметила наконец меня.
— Ага. — брякнул я, и словил кривую стрелу в свою лопатку.
Ноги подкосились, а горло заполнилось кровью. Не уж-то легкое пробить умудрились?
— Брат! — сказала девушка, и поймала стрелу в плече — Ах, тыж! Фаербол! — пустила магию в сторону предполагаемого укрытия лучника, игнорируя рану, и выдергивая стрелу здоровой рукой как киношный рембо.
Домик, в который угодил огненный шарик, вспыхнул свечкой, а я подумал, что рефлексы сестры отменны, но! Она не учитывает, что стрелы летят вовсе не так же, как пули! И словно в подтверждение моим мыслям, к нам прилетела еще одна стрела, делая это по нехилой дуге.
Но поскольку мы её видели, и были готовы, то легко ушли с линии атаки. Настучали по головам, буквально! Еще паре гоблинов, и приняли решение, скорейше отступать. Основные силы людей, расползлись по округи. Ну или сдвинулись куда-то дальше по улице, куда и мы решили двигать, дабы не стоять в гордом одиночестве, как две статуи средь одно поля.
— Ты как? — поинтересовалась сестра, когда я морщась, выдернул свою стрелу.
— Нормально. — пробурчал, осматривая древко без наконечника.
А он вообще был? Или просто овном обмазан?
— Прости, я увлеклась. Они так славно умирали, что…
— Проехали. По сторонам смотри.
А то развелось тут лучников! — подумал в дополнение и с тоской посмотрел на только разгорающийся пожар. Теперь его не унять! И никакой магии не хватит, чтобы все горящие пионерскими кострами избы водой залить.
— Бам! — мимо моего уха просвистела пуля, прибивая кого-то за спиной.
Кого — я не увидел, а вот стрелком был все тот же смеющийся придурок что, отличается от всех видимых мною тут людей не только огнестрелом, но и тем, что прибыл один.
Стрелок, сделал еще одни выстрел, и выматеривщись на каком-то неизвестном языке, пробормотал на ломаном английском:
— Дурацкая перезарядка!
После чего поспешил скрыться из виду, за одним из домов. Каменным, и уже почти выгоревшим. С которого я бы мог сказать «все и началось», но началось все с фаербола моей сетры. Проследовав за ним, мы оказались на пересечении невероятно кривых улиц, образующих в результате соития нехилую площадь, с бурлящей на ней битвой.
Хотя как битвой? Человек десять людей, ржут штук двадцать гоблинов, еще десяток хомо, их прикрывает из чем-либо дальнобойным, пихая снаряды, или камни… какахи? «Куда-то туда». Или просто поддакивают и пытается командовать. Порой одновременно. Ну и штук тридцать коротышек, что пользуясь моментом и отвлекающим фактором в виде живого щита, банально грабят окрестные дома.