Горилла
Шрифт:
— Я же тебя сейчас выебу, — сквозь зубы процедил Сёма, без помощи рук снимая кроссовки и роняя рюкзак.
— Я что, слишком тонко намекнула? — приподняв брови, я поставила сумку, легко сбросила балетки.
Жадно целуясь, мы одновременно пытались стащить друг с друга белые и полупрозрачные детали одежды. Парень помог мне снять липнущую к мощному телу футболку, через голову содрал с меня блузку.
— Знал бы, разложил бы тебя давно прямо в школе, — почти прорычал он, приподнимая меня и прижимая
— О боже… — только и смогла выстонать я, подставляя ему шею и торопливо задирая юбку, чтобы обхватить его ногами.
Его горячая ладонь прошлась
по моему бедру до самой ягодицы. Практически втирая меня в стену, парень вылизывал мою шею, что-то тихо урчал. Для опоры не хватало только вцепиться ему в волосы, но ежик так приятно колол ладонь…
Пинком открыв дверь, Семен опрокинул меня на постель, целуя глубоко и торопливо. Покрепче обхватив его ногами, я застонала в поцелуй, когда он забрался обеими ладонями под лифчик. Приподнявшись, я расстегнула его, помогла снять.
— М-м, стой, — отстранив его, я прикусила губу, — у тебя есть?
Прикрыв глаза с расширенными зрачками, Сёма приник к моей груди, нащупывая что-то в заднем кармане. Кусая губы, чтобы не стонать, я вцепилась ему в плечи, прогнулась. Шлепнув на постель рядом с нами бумажник, он одной рукой выдернул из его кармашка упакованный презерватив, зубами надорвал фольгу. От взвизга ширинки все внутри меня замерло в предвкушении. Столько раз я это представляла, столько раз мечтала, и вот теперь, наконец-то…
После теплого душа я завернулась в полотенце, потому что мои вещи сохли на батарее, и плюхнулась на кровать рядом с, кажется, придремавшим Сёмой. Не открывая глаз, он притянул меня к себе и поцеловал в макушку. Я поерзала, устраиваясь повыше, и обняла его за шею.
— Кто бы мог подумать, что маленькая тихая отличница такая горячая, — пробормотал парень, поглаживая мое бедро.
— Сюрприз, — хихикнула я, поцеловала его в кончик носа.
— Ты такая хрупкая, как птичка, — сейчас его глухой голос не действовал на меня так уж сильно, — так страшно сделать больно.
Ну, что я могу сказать. Не надо делать мне больно, это точно. Неторопливый мягкий поцелуй почему-то вселял уверенность, что все будет хорошо.
И все-таки… Я переспала с парнем на втором свидании. Не то чтобы меня грызла совесть, но как-то стремненько. Он-то сам меня шлюхой считать не будет? Хотя, вроде бы, ничего не поменялось. Напряженности вот стало гораздо меньше.
— В таком свете твои глаза еще красивее, — Семен смотрел на меня с такой нежностью, будто и правда на маленькую птичку в кулаке.
Я с огромным трудом удержалась, чтобы не фыркнуть. Я-то от умиления, а он вдруг подумает, что его романтические поползновения меня смешат?
— Спасибо, — уткнувшись лицом
Невыразительные они какие-то, мышиного серого цвета. Другое дело — яркие зеленые или жгучие темно-карие. Они хотя бы на лице заметны, а то мои по тону сливаются с кожей почти.
— Красивые, — с упрямством повторил Сёма, гладя меня по спине.
Усмехнувшись, я подняла голову и провела ладонью по его макушке.
— Как твоя татуировка, — он вздрогнул, но немного улыбнулся.
— Я не поворачивался же спиной, — приподнявшись на локте, парень широко зевнул в кулак, — извини, я ночью работал.
— Уже работаешь? — пощекотав его под подбородком, я тихо рассмеялась, когда он сморщил нос и улыбнулся.
Наверное, надо поменьше наглеть и начинать платить за себя самой. Как-то вообще-то не очень вежливо выходит, везде платит он.
— Скорее, подрабатываю без необходимости, — пожав плечами, он потянулся, — как насчет перекусить?
— Ответ положительный, — покрепче вцепившись в его шею, я прищурилась, — хочу на ручки.
Подхватив меня под спину и колени, Семен легко встал. Здоровый, сильный, заботливый мужик — чего еще надо? Подумаешь, не великий красавец. Зато хороший.
— Что есть будем? — присев на корточки со мной на руках у рюкзака, он выудил телефон.
— Ой, дай я свой тоже возьму, — дотянувшись до сумки, я вытащила, к счастью, сухой смартфон, — что хочешь, то и будем.
Так, мама уже писала, но не звонила. Все-то она понимает, а. Но, пожалуй, свое сегодняшнее распутство я от нее утаю и утаивать буду еще месяцок. Она, конечно, все понимает, да, но… Стыдновато.
— Вот блять, — поставив меня на пол в кухне, Сёма взял со стола увесистый пакет с чем-то белым, — прости, забыл убрать.
Видимо, все-таки не мука.
— Дай угадаю… — начала я, но как продолжить понятия не имела.
Наркоман? Серьезно? Я знала, что нет людей без недостатков, но такой…
— Может, лучше я скажу? — усадив меня на стул, он сел напротив и сосредоточенно уставился в телефон. — М-м-м… В общем, я курьер у местного пахана дилеров, пока на полставки, чтобы школу мог закончить и опыта набрался.
— А сам? — сглотнув, я обхватила себя руками.
Мне такое не нравится. Совсем не нравится.
— Не принимаю, — качнув головой, он поджал губы и отложил телефон, — что теперь? — я пожала плечами. С одной стороны, хотелось оказаться от него подальше как можно быстрее. С другой, он же сам не наркоман. Нет, блин, хуже, он преступник! Черт, это только со мной могло произойти… — Слушай, я… Я не плохой. Жизнь заставила, Ир. Все прикрыто и куплено, никто меня не повяжет. Это просто работа, как доставка пиццы.