Чтение онлайн

— А ты неплохо выглядишь!

И, дождавшись ответной улыбки Дункана, растворился в темноте. Вой полицейских сирен звучал уже совсем близко.

Дункан Мак-Лауд оставил свой открытый «лендровер» возле входа в полицейское управление, втиснув машину в узкий проем среди припаркованных здесь же дежурных автомобилей.

Несмотря на раннее утро, в участке был шумно и многолюдно. Копы возвращались с ночного дежурства, и в коридорах и рабочих

комнатах стояла толчея пересменки и гвалт.

Дункан подошел к столику дежурного и протянул ему свою водительскую карточку. Лейтенант с уставшим после ночной смены лицом поднял на него взгляд и, просмотрев документ, вернул его владельцу.

— Вы по какому вопросу?

— Меня просили зайти, чтобы опознать парня, который вчера ночью залез в мой магазин.

Копающийся рядом в шкафу с папками толстый чернокожий полицейский в светском костюме снял сползшие на кончик носа очки и, кивнув дежурному лейтенанту, жестом пригласил Мак-Лауда пройти к своему столу, стоящему тут же неподалеку.

— Вы Дункан Мак-Лауд? — то ли вопросительно, то ли утвердительно сказал коп.

— Да, — подтвердил пришедший.

— Вы пришли, чтобы опознать Ричарда О'Брайна?

— Да, кажется, именно так его зовут.

— Мне бы очень хотелось поговорить с вами, мистер Мак-Лауд, — толстяк пригласил Дункана сесть и сам сел за свой стол. — Дело в том, что мы поймали этого парня недалеко от вашего магазина, но это еще не все. Он частый гость здесь. И сейчас у нас есть неопровержимые доказательства. Но вы не выдвигаете против него никаких обвинений. Почему?

— Просто так, — спокойно ответил Мак-Лауд. — Обвинений не будет.

— Хорошо, — полицейский вздохнул и продолжил. — Тогда я вам вот что скажу. Этот хулиган пытается отвертеться и утверждает, что ничего не украл. Он говорит, что просто проходил мимо и заглянул внутрь, услышав шум, а там трое мужчин дерутся на мечах.

Дункан прыснул смехом и серьезно спросил:

— Почему трое? Как же это он не увидел четвертого?

— Какого четвертого? — полицейский явно не был расположен шутить в такой ранний час.

— Как какого? — объяснял расшалившийся Дункан. — Такого в длинном синем плаще и с буквой "S" на груди. Простите его, он еще мальчишка… Я имею в виду О'Брайна.

— Короче говоря, мистер Мак-Лауд, у него в карманах были кое-какие драгоценности из вашего магазина. Так что у нас есть все основания, чтобы…

— Мне очень жаль, — перебил его Мак-Лауд. — Но я только хотел бы поговорить с мальчиком прежде, чем вы отпустите его.

Настойчивость хозяина разгромленного магазина, с которой он говорил все это, заставила понять офицера, что Дункан не изменит уже своего решения. Но на всякий случай, чтобы до конца исполнить профессиональные обязанности, полицейский сказал:

— Хорошо. Допустим, что вы, мистер Мак-Лауд, добрый самаритянин, который твердо уверен, что на свете не бывает плохих детей…

Дункан лишь улыбнулся и пожал плечами, а коп продолжил:

— Так

я просто хочу вам кое-что объяснить. Конечно, если вы скажете, то О'Брайна тотчас отпустят. Но сегодня он еще несовершеннолетний, а через месяц ему будет восемнадцать.

— Ну и что?

— Если он попадет к нам еще раз, то с ним уже будут обращаться, как со взрослым. Вы понимаете, чем это ему грозит? Его отправят в большую федеральную тюрьму, где уголовники будут перекидывать его друг другу на десерт. Подумайте об этом.

Дункан кивнул.

— Я попробую убедить его.

— Хорошо, — согласился офицер и снял телефонную трубку.

После недолгого разговора он открыл встроенный в ящик стола маленький сейф и достал оттуда пластиковый пакет с аметистовыми браслетами и кулонами.

— Убедитесь, что все цело, и подпишите протокол.

Дежурный привел Ричи в маленькую комнатку для допросов, все убранство которой составляли стол, два стула и металлический шкаф с закрывающимися на замок ящиками. Указав арестованному на стул, полицейский положил перед ним бумажный пакет и, криво улыбнувшись, вышел, плотно закрыв за собой дверь.

Оставшись один, Ричи вывалил содержимое пакета на стол. Там оказались вещи, изъятые при обыске. Это приятно удивило мальчишку и он принялся распихивать их по карманам.

— Так-так, — довольный, бормотал он себе под нос. — Сегодня, впрочем, как и всегда, один наш знакомый опять уйдет на волю…

Дверь раскрылась, и в комнатку вошел толстый негр-полицейский и Мак-Лауд. Увидев посетителей, Ричи состроил дурацкую физиономию и напялил на нос солнцезащитные очки, еще лежавшие на столе; затем, нагло откинувшись на спинку стула, он забросил на стол ноги.

— Да, да, — занервничал он, — входите, входите, джентльмены!

Полицейского передернуло. Он подошел к расхамившемуся парню и одним движением сдернул с него очки, бросив их на стол, сбил нахально вытянутые ноги и, подняв О'Брайна за шиворот, посадил его на стуле так, как, по его мнению, должен был сидеть напроказивший тинейджер.

— Этот господин, — полицейский указал на Мак-Лауда, — хочет поговорить с тобой. И запомни, парень, — он начал четко и веско выговаривать каждое слово, — на этот раз ты свободен. На этот раз. Но дай мне малейший повод, и я тебя загребу. Даже если это произойдет сейчас, пока ты еще здесь. Ты сядешь у меня прямо здесь лет на десять. Понял?

Но Ричи все было нипочем. Он радостно кивнул, поднес, как козыряющий болванчик, руку к голове и округлил глаза.

— Да. Так точно. Конечно, сэр! Все понял, — забормотал он, давясь собственным языком.

Полицейский поднял глаза на Дункана, как бы говоря — видите, мол, что это за подарок? — и, отойдя к двери, произнес:

— Он в вашем распоряжении, мистер Мак-Лауд.

Толстяк тяжело вздохнул и вышел, качая головой. Оставшись наедине с Дунканом, Ричи стало вдруг немного не по себе. Почему-то нахлынули разные воспоминания…