Гора
Шрифт:
Он с размахом планировал этот поход, рассказывал всем друзьям, парням и девушкам на работе, как они рады, что отправляются на пик Рикерта, убеждал Мэгги, что все, что им нужно, это побыть вдвоем, вдали от семьи, друзей и обязательств, которые превратили их счастливую жизнь в бытовуху. Слава Богу, что она наконец-то согласилась, потому что это был единственный способ выпутаться из этой передряги с достоинством. Гарольд собирался сопроводить свою прекрасную половинку на вершину горы, и там сбросить ее с нее и жить долго и счастливо, благодаря полису страхования жизни на триста пятьдесят тысяч долларов, стоимость которого удвоится, как
Гарольд пристегнул флягу к плечу, снял очки в черной оправе, протер их о рубашку и вернул на лицо.
– Пошли, - сказал он и продолжил путь по тропинке, сухие листья хрустели под ногами, когда они с Мэгги пробирались мимо пары высоких сосен.
Чем выше они поднимались по тропинке, тем больше хмурилось небо, наплывающие облака закрыли солнце. Время от времени Мэгги спотыкалась и снова ныла, уговаривая его вернуться назад. Один раз она упала и обрушила на него свою ядовитую брань - все это укрепило и без того твердую решимость Гарольда отправить жену на верную смерть.
Гарольд поспешил к ней и помог ей подняться. Она поднялась, бормоча проклятия и проводя рукой по голому колену. Брюки были порваны, на коже виднелись царапины, но они не кровоточили.
– Жесть, - сказала Мэгги.
– Не так я планировала провести наш день вместе. Я хотела, чтобы мы уехали подальше, побыли наедине, но изнурять себя на склоне горы - это не входило в мои планы.
– Мне очень жаль, - сказал Гарольд. Он обнял Мэгги, притянув ее к себе и нежно прижался губами к ее губам. Ее мягкие губы разошлись, а затем сжались, когда его язык попытался проникнуть в ее рот.
– Мне слишком жарко!
– сказала она, отстранившись и грустно улыбнулась, гладя его по груди.
– Слишком душно.
Когда она отстранилась от него, парень вздохнул и поцеловал ее в лоб, кинул взгляд на часы Ролекс из нержавеющей стали, украшавшие его запястье, а затем сказал ей посмотреть вверх. Впереди, высоко над верхушками деревьев, усеивающими склон горы, вырисовывалась скалистая вершина пика Рикерта. В пятидесяти с лишним ярдах вверх по тропе у основания скалы извилистая тропа разветвлялась, и две заросшие сорняками тропинки уходили вверх по обе стороны от скалистого образования.
– Он огромный, - сказала Мэгги.
Гарольд заметил, как на ее лице появилось выражение облегчения, когда она поняла, что долгое и трудное восхождение подходит к концу. Он улыбнулся, потому что не только их поход подходил к концу, но и все его проблемы тоже.
– Пойдем, Мэгс, - сказал он. Он взял ее за руку и повел вверх по крутому склону, через сосны, ели и заросли кустарника, усеивающие ландшафт. Тропинка выровнялась на поляне у основания скалы. Пара бревен лежала рядом с кучей плоских камней, выложенных по кругу вокруг нескольких обугленных поленьев - остаток былых костров. На земле валялось несколько пустых бутылок из-под спиртного. Гарольд представил, как несколько охотников сидят вокруг лагеря и рассказывают небылицы. Возможно, один из них взял с собой сына, как много лет назад отец и дядя Гарольда привели его в глубь леса, чтобы приобщить к исконно мужскому занятию - охоте.
Они вышли на поляну, прошли мимо широкого ствола дерева.
Мэгги испуганно пискнула и остановилась, и Гарольд повернулся, злорадно ухмыляясь, пока он не увидел то, что привлекло внимание его испуганной жены: животное размером с ребенка, прибитое к дереву, распятое,
– Гарольд!
– Что за...
– Надо убираться отсюда...
– Где его кишки?
– Здесь, внизу под тушей.
– Все в порядке, - сказал Гарольд. Не потому, что все было в порядке, а потому, что он не хотел, чтобы Мэгги дала деру, не после того, как они зашли так далеко.
– В порядке? Посмотри на эту штуку! Я хочу домой!
– Слушай, Мэгс, кто бы это ни сделал, его здесь...
– Гарольд повернулся и увидел, как стрела пронзила шею его жены, пробив ее насквозь, выйдя наполовину с другой стороны. Кровь хлынула сквозь ее сцепленные на горле пальцы, когда она схватилась за рану и выкрикнула имя мужа.
– Господи Иисусе!
– Гар...
– Господи, мать твою...
Еще одна стрела, просвистевшая в воздухе, со звоном вонзилась в Мэгги! Женщина подалась вперед, продолжая хрипеть, руками сватаясь за горло, и упала на колени.
За поляной, на полпути вверх по тропе, ведущей к обрыву, стоял мужчина. На нем были грязные джинсы и куртка из черной кожи, на ногах - потертые кожаные ботинки. Его длинные каштановые волосы развевались на ветру, когда он шагнул вперед, сжимая в руках деревянный лук, улыбнулся и достал стрелу из колчана за спиной.
Гарольд посмотрел на свою жену, на стрелу в ее горле и на стрелу, торчащую из ее спины, пернатый хвост которой подергивался с каждым ее судорожным вздохом, напоминая сцену из старого фильма Джона Уэйна.
– К черту все, - сказал он и бросился прочь с поляны, туда, где тропа уходила под крутым уклоном, едва уклонившись от стрелы, которая просвистела мимо его уха, когда он нырнул головой вперед в заросли.
– Проклятье!
– раздалось сзади, когда он скатился с холма, на адреналине даже не чувствуя боль от ушибов и панически обдумывая свое положение. Он испугался, да, однако, как бы он ни был напуган, адреналиновый всплеск от внезапного разрешения его проблем вызвал в нем новую волну оптимизма.
Его жена была мертва. Ему даже не пришлось марать руки. Все, что сейчас было нужно, это спуститься к машине и мчаться к местным копам. Теперь у него будет столько денег, о чем он еще недавно и не мечтал, а главное, рядом не будет этой жужжащей на ухо циркулярной пилы, которая за три года брака превратила его жизнь в ад. И ему даже не нужно будет придумывать какую-то хреновую историю. Черт, да он даже поблагодарил бы этого сумасшедшего ублюдка, если бы тот не пытался его убить.
Гарольд остановился возле одной из высоких сосен, мимо которых они с Мэгги прошли по дороге в гору, и оглянулся, увидев лук, выглядывающий из-за края холма. Державший его безумец кричал как сумасшедший, но Гарольд не мог разобрать слов. Парень повернулся, чтобы бежать, и стрела вонзилась в его рюкзак. Он поднял руку, несясь вниз по склону горы, вытянув средний палец, и усмехаясь, потому что знал, что ему удастся уйти. Все, что ему нужно было сделать, это протащить задницу через деревья и зигзагами вернуться к тому месту, где они оставили машину. Этот сумасшедший сукин сын теперь не сможет выследить и догнать его, если только он не близкий родственник Дэниела Буна[1].