Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Шрифт:

*** Сахарные мишки, в оригинале Bear claws (медвежьи когти) — традиционная датская выпечка, миндальные печенья, перекочевавшая в США в 1920-х годах. Имеют форму неправильного полукруга или прямоугольника с зазубренными краями с одной стороны, оттого и получили свое название. В них добавляют миндальную пасту, иногда изюм.(pastry)

Комментарий к Глава 23: Возможности и обстоятельства. Часть 2

Комментарий переводчика: Относительно названия пекарни. Мне в этой связие вспомнился разговор персонажей в другом фике из моего профиля“А как насчет Эверларк?” :)

========== Глава 24: Оглашение ==========

—

Мы опять опоздаем! — фыркнула я раздраженно, быстро выскакивая из душа и второпях одеваясь. Пит же являл собою полную мне противоположность и двигался нарочито медленно. Больше всего я ненавидела опаздывать, так же как терпеть не могла, когда меня заставляли ждать. Обычно Пит был столь же пунктуален, как и я, если не больше, и то, как он сейчас копался, вдвойне бесило.

— Пит! — выпалила я.

— Какая. Ерунда, — пожал он плечами, не расставаясь с широченной улыбкой на лице, и крайне неспешно натягивая на себя одежду.

— Что значит “ерунда”? Они доставят плитку в девять, и, вероятно, этой плитки мы заказали мало, ее может не хватить на второй этаж…

— Да, так-то оно так, — отозвался он нараспев.

— Но, даже если ее хватит, им там никто не отопрет, когда они приедут…

— Тогда им придется подождать, — сказал Пит. Он едва сдерживал смех, наблюдая, как я дергаюсь и нервно ерзаю на месте, сидя у зеркала. Я ожесточенно сражалась со своими волосами с помощью щетки, когда он подошел ко мне сзади и принялся растирать мне спину. — Успокойся. Тебя так удар хватит, — он снова ухмыльнулся, глядя на меня, забрал щетку и сам заплел мне волосы.

Но мне было трудно успокоиться, даже от этих его прикосновений, которые всегда — и он это прекрасно знал — превращали меня в мягкое масло в его руках. Я ведь согласилась выйти за него, ради всего святого! А меня так и подбрасывало от смеси страха, тревоги и волнения, которая во мне бурлила. Вроде бы вокруг ничего с прошлой ночи не изменилось — я была все той же Китнисс, он все тем же Питом —, но теперь между нами была особая, новая связь, и мое спутанное сознание пыталось одновременно и функционировать, и переварить это новое положение вещей.

Будто прочитав мои мысли, Пит поднес губы к самому моему уху.

— Ты понимаешь, что теперь ты моя невеста, — прошептал он, обнимая меня сзади.

Я вздрогнула от вдруг охватившего меня ужаса, в душе уповая на то, что он примет эту дрожь за проявление страсти. Меньше всего мне хотелось его разочаровывать. Сейчас он был таким, как будто даже если весь мир вокруг рухнет, он все еще останется стоять посреди обломков с этой вот «его дурацкой сияющей улыбкой», как зовет её Хеймитч. Пит был на седьмом небе от счастья. Едва не лопался от гордости. Меня же здорово мутило, и вряд ли я смогла бы сейчас что-нибудь съесть. Ночью, в нашей постели, согласие выйти за него замуж показалась мне единственно верным решением — таким оно все еще и оставалось. Я любила его и не хотела с ним разлучаться. Брак для людей, которые и так уже живут вместе, был следующим логичным шагом. Но при свете дня я вдруг почувствовала, что этот сдвиг в наших отношениях влечет за собой кучу других, не столь приятных, мелочей, к тому же огласку и нежелательное внимание. Меня все вполне устраивало в той жизни, которую мы вели, и мне совершенно не хотелось никого туда впускать, даже

для того, чтобы эти люди пожелали нам счастья.

— Это значит, что и ты теперь мой жених, — улыбнулась я в ответ, пытаясь поймать за хвост ту ускользающую радость, что владела мной прошлой ночью, и отогнать свой страх. Его сияющая улыбка так и зацвела у него на лице, глаза так и заблестели.

— Верно подмечено, — усмехнулся он, потянувшись, чтобы взять меня за руку. — Теперь ты можешь ходить с вытянутой вперед рукой, чтобы все видели кольцо, — он засмеялся, зная наверняка, что я буду последней девушкой на свете, которая станет так делать.

После того, как он сделал мне предложение, а я его приняла (и перерыва на омытые слезами, лихорадочные объятия со всеми вытекающими), он достал черную корочку и робко протянул ее мне. Как же отличалось это предложение от того, что он делал когда-то перед капитолийскими зрителями, разодетый в пух и прах, стоя на одном колене. Теперь же мы были голые, с припухшими от слез и поцелуев лицами, сытые после вдохновенных занятий любовью, и, закутавшись в одеяла, мы нависали над этой бархатной коробочкой. Когда я ее открыла, я обнаружила, что он поместил ту самую свою серую жемчужину в оправу белого золота. Я была потрясена его красотой, но, в конце концов, меня опять до слез, до всхлипов и рыданий от всплеска чувств, довела надпись на внутренней стороне ободка: «К.и П. Всегда». Может, это и стоило снимать на камеру, но это был один из самых прекрасных моментов моей жизни.

И при мысли о том, что люди будут разглядывать кольцо на моем пальце, нашу жемчужину, мне захотелось забраться на самое высокое дерево и прятаться там до морковкина заговения. Жемчужина все еще была для меня ощутимой частицей Пита, которая сопровождала меня даже в самые темные дни в Тринадцатом. У меня дико застучало сердце, сбилось дыхание. Я сжала руку в кулак, накрыв кольцо другой рукой, будто уже скрывая его от любопытных рук, которые хотели его коснуться. Для меня это было отнюдь не просто украшение.

Я потянула его за руку - мол, мы торопимся — вниз по лестнице, на улицу в сторону пекарни, но у Пита явно были свои планы на сей счет. И он потащил меня к дому Хеймитча.

— Мне нужно кое-кому сказать, — сказал он вызывающе радостно. Он даже не потрудился оповестить о своем приходе стуком в дверь, просто поплыл внутрь, как большой линкор, а я все пыталась не потонуть в его кильватере. Хеймитч, восседавший за столом, поднял на нас глаза и сказал спокойно.

— Доброго вам утречка и спасибо, что постучались. Однажды вы ко мне ворветесь, а я буду тут с какой-нибудь девчонкой зависать. Тогда и посмотрим, будете ли вы вот так скалиться, — проворчал он.

Даже в моем нынешнем состоянии, представив себе Хеймитча с женщиной, я выдавила:

— Да уж, ты прав. Мы с ходу примемся блевать.

Пит от души рассмеялся, а Хеймитч смерил меня недобрым взглядом. Он уже совсем было готов ответить мне очередной колкостью, но Пит сбил его, выпалив:

— Мы обручились, старый ты пердун!

Вид шокированного Хеймитча стоил того смущения, которое я испытала от подобного объявления, и я ухмыльнулась, хотя и была вся на иголках. Однако он довольно быстро пришел в себя — все-таки это был Хеймитч — и его лицо приняло столь знакомое саркастическое выражение.

Поделиться:
Популярные книги

Купеческая дочь замуж не желает

Шах Ольга
Фантастика:
фэнтези
6.89
рейтинг книги
Купеческая дочь замуж не желает

Рыболовные любительские снасти

Невский Юрий
Дом и Семья:
хобби и ремесла
5.00
рейтинг книги
Рыболовные любительские снасти

Тринадцатый

Северский Андрей
Фантастика:
фэнтези
рпг
7.12
рейтинг книги
Тринадцатый

Царские забавы

Сухов Евгений Евгеньевич
Русь окаянная
Проза:
историческая проза
8.50
рейтинг книги
Царские забавы

Ну, здравствуй, перестройка!

Иванов Дмитрий
4. Девяностые
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
6.83
рейтинг книги
Ну, здравствуй, перестройка!

Я не бог. Книга XXXIV

Дрейк Сириус
34. Дорогой барон!
Фантастика:
юмористическое фэнтези
аниме
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Я не бог. Книга XXXIV

Специалист по нечисти

Билик Дмитрий Александрович
2. Бедовый
Фантастика:
юмористическая фантастика
городское фэнтези
мистика
5.00
рейтинг книги
Специалист по нечисти

После Кастанеды: дальнейшее исследование

Ксендзюк Алексей Петрович
Религия и эзотерика:
эзотерика
5.00
рейтинг книги
После Кастанеды: дальнейшее исследование

Шайтан Иван 6

Тен Эдуард
6. Шайтан Иван
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
историческое фэнтези
7.50
рейтинг книги
Шайтан Иван 6

Свет озера

Клавель Бернар
2. Столпы неба
Проза:
историческая проза
5.00
рейтинг книги
Свет озера

Когда физики в цене

Радунская Ирина Львовна
Документальная литература:
биографии и мемуары
5.00
рейтинг книги
Когда физики в цене

Коммунизм как реальность

Зиновьев Александр Александрович
Документальная литература:
критика
публицистика
6.25
рейтинг книги
Коммунизм как реальность

Газлайтер. Том 16

Володин Григорий Григорьевич
16. История Телепата
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
аниме
6.40
рейтинг книги
Газлайтер. Том 16

Обрыв

Гуцман Пётр Яковлевич
5.00
рейтинг книги
Обрыв