Гонщик
Шрифт:
Он слыхал, что рано или поздно это происходит с каждым эксцессером, и тогда приходится увеличивать ежедневную дозу. Опять вспомнились предостережения доктора Каревой, и Саймон занервничал. Это верно, никто еще не видел выжившего из ума эксцессера… Но бывало, что сотрудники «Перископа» с большим стажем вдруг бесследно исчезали – шеф объяснял, что они «накопили деньжат и ушли на покой, чтобы пожить в свое удовольствие». А вдруг шеф на самом деле убивает их, как убил Терезу Салкадо, – чтобы свихнувшиеся мейцанисты никому не мозолили глаза? Сейчас это казалось Саймону
Когда он покидал подземку, в зеркальной стене мелькнуло отражение: устрашающего вида костюм – и бледное, испуганное лицо за плексигласовым щитком шлема. Он с размаху треснул по зеркалу бронированным кулаком, на пол со звоном посыпались осколки. Другие пассажиры подались назад – осознав, что он внушает им страх, Саймон немного успокоился. Полиции поблизости не было, никто не успел его задержать.
Через полчаса он занял место в аэробусе до Испанского архипелага. Он должен украсть мейцан, иначе ему конец.
Небо опять затянуло облаками, пошел снег. Обогнув недостроенное здание (гигантский тороид, положенный на колонны-опоры, – пока все это представляло собой сквозистую конструкцию, облепленную роботами-монтажниками), Тина оказалась на берегу канала, около ажурного моста для поездов подземки. Проповедь в Храме Тихого Откровения ее разочаровала – она узнала о ней из компьютерного объявления и пришла в надежде получить информацию о генераторах Мидауэра; при этом Тина подсознательно рассчитывала чуть ли не на научно-популярную лекцию с демонстрацией голограмм. Зато стычка с бандитами взбодрила, напомнив о том, что даже в таком городе, как Хризополис, нельзя полностью расслабляться.
По мосту промчался поезд, еле видимый за стальной паутиной. Тина проводила его взглядом. Снег у ее ног зашипел и превратился в лужицу талой воды. Она отскочила в сторону. Через секунду повторилось то же самое. Стреляли с моста. После третьей попытки Тина определила, где примерно засел снайпер с бластером, и начала стремительными зигзагами, не давая ему времени как следует прицелиться, подбираться к мосту. Ее единственным оружием был парализатор (на Ниаре они входили в категорию «оружие для самообороны» и на них не требовалось специального разрешения, как на лазерный либо пулевой пистолет). Оба своих имплантированных лазера Тина разрядила совсем недавно – раньше чем через три часа ими не воспользуешься. На ее счастье, снайпер постоянно мазал… но мазал подозрительно метко: как будто только делал вид, что хочет попасть в цель. Добежав до моста, Тина прыгнула, ухватилась за балку и оказалась под прикрытием металлического кружева. Новый выстрел. Тина полезла наверх.
– Ближе не надо! – остановил ее вдруг знакомый голос. – За мной следят. Если мы сядем рядышком, они поймут, что я блефую. Поговорить можем, у меня есть противоподслушивающее устройство.
– Риган? Какого черта вы в меня стреляли?
– Не в вас, а на три сантиметра мимо. Тина, вы что натворили?! Я рассказал Генлаору про полуживого, искалеченного манокарцами киборга, и он поверил – но тут появляетесь вы, посещаете Олимп и целый
Вздохнув, Тина поудобней устроилась на балке. Внизу со свистом промчался поезд.
– Риган, вы знаете, кто такой Гонщик?
– Личный враг Генлаора.
– Человека нельзя убивать только за то, что он личный враг Генлаора.
– Тина, Генлаор готов убить кого угодно просто так, на всякий случай. Например, из опасения, что когда-нибудь в будущем данный субъект может устроить ему неприятности. Знаете, в большом бизнесе есть джентльменский набор дозволенных грязных приемов. Генлаор даже здесь всех переплюнул.
– То есть он пользуется недозволенными грязными приемами? – уточнила Тина.
– Вот именно.
– Вы знали, что это он установил бомбу на «Сиролле»?
– Подозревал… – неохотно сознался Риган. – Тина, у меня двое детей, мальчик и девочка. Они живут у своей матери, мы с ней в разводе. Если что, Генлаор отыграется… Я не хочу, чтобы с ними что-нибудь случилось, понимаете?
– Да.
– Жалко, что вы не сможете до него добраться, – он помешан на собственной безопасности, особенно с тех пор, как появился Гонщик. Он очень недоверчив и подозрителен… но при этом многих вещей не учитывает. Он даже не смог понять, что не стоит поручать это задание мне – после того, как мы с вами вместе выбирались из Рисахэи.
– У вас есть приемник, который ловит пеленг метки Гонщика? – переждав, пока пройдет еще один поезд, спросила Тина.
– Нет.
– А где такой можно взять?
– У нас, в Отделе безопасности. Лучше выкиньте это из головы и улетайте с Ниара. Это Гонщик освободил вас на манокарском корабле?
– Откуда вы знаете?
– Кезем сказал, что Гонщик был вооружен дезинтегратором. Пока вы спали, я заглянул в вашу сумку, осмотрел кандалы и увидел, что цепи перерезаны лучом дезинтегратора.
– Генлаор в курсе?
– Нет. Тина, мы сейчас должны инсценировать убийство – так будет лучше и для вас, и для меня. Сколько времени вы сможете продержаться без воздуха?
– Два часа.
– Тогда падайте в воду, как только я в третий раз выстрелю, и два часа не выныривайте. Тот, кто за мной наблюдает, доложит Генлаору, что я выполнил задание. У меня ведь нет акваланга, чтобы лезть за вами в канал.
– Хорошо, давайте, – она поднялась на ноги.
– И будьте осторожней! – буркнул на прощание Риган. – Не подставляйтесь!
Тина выбралась на край металлической конструкции. Риган, невидимый за переплетением балок, дважды выстрелил вслед (тщательно целясь, чтобы не задеть ее). Оглядевшись – с туманного неба падали хлопья снега, внизу колыхалась свинцово-серая вода, справа и слева виднелись здания, словно погруженные в толщу полупрозрачного белого стекла, – Тина начала передвигаться к берегу. Риган опять выстрелил. Мокрая балка под рукой мгновенно нагрелась, от нее повалил пар. С диким воплем (который предназначался для ушей Генлаорова соглядатая) Тина выпустила балку и спиной вперед полетела в воду.