Гонщик
Шрифт:
Деньги, вложенные «Перископом» в это дело, можно считать, пропали. Шеф будет недоволен и не даст больше мейцана… Эта мысль заставила Саймона содрогнуться. Если до сих пор он сохранял спокойствие – даже когда одуревшая толпа людей и нелюдей несла его к выходу из зала, – то теперь ощутил страх. Он не сможет жить без мейцана! Значит, нужно предложить «Перископу» что-то взамен скандала с Омхедегари и Левакусом. Что-то стоящее… Паника на «Сиролле» не годится: о подобных событиях всегда сообщают в официальных «Новостях».
Вздохнув сквозь сжатые зубы, Саймон огляделся: он сидел на сверкающем мозаичном полу, в широком, залитом ярким
Уныло оглядевшись, Саймон заметил впереди манокарского консула с приближенными. Как бы невзначай пристроился рядом. Консул, в немилосердно растерзанном златотканом мундире, угрюмо цедил ругательства в адрес «развращенного внешнего мира, который избрал путь роскоши и вседозволенности», его подчиненные почтительно поддакивали. Тут же стояли четыре женщины – растрепанные, без дыхательных масок и вуалей, они смущенно прикрывали ладонями лица. Саймон вспомнил: для манокарки появиться на людях без вуали – все равно что для представительницы более прогрессивного мира выскочить на улицу нагишом. На всякий случай заснял их.
– Вы не знаете, скоро начнется эвакуация? – обратился к нему пожилой гинтиец.
– Не знаю, – огрызнулся Саймон. – Говорят, не раньше чем через сутки. Им на нас наплевать. Они подсчитывают свои убытки, а про нас и думать забыли.
Гинтиец со вздохом отвернулся.
– Бесстыдный мир! – повысил голос манокарский консул. – Вы видите, как он трещит по швам, разъедаемый собственным непотребством?!
В конце коридора возникло движение – приближался охранник в белой униформе «Сиролла», с офицерским значком, а следом за ним… Ну да – за ним шла Тина Хэдис. Саймон опустился на корточки и закрыл лицо руками, по примеру манокарок. Он не хотел, чтобы Тина его заметила.
– Когда начнется эвакуация? – опять услыхал он голос гинтийца. – Это правда, что через сутки?!
– Кто сказал вам такую чушь? – отозвался, видимо, офицер. – Через час лифты будут отремонтированы. Извините, мы торопимся.
– Ну вот, а вы говорили – через сутки, – гинтиец испустил вздох облегчения. – Где вы?..
– Он соврал, чтоб отвязаться, – не отнимая от лица ладоней, буркнул Саймон. – Идите к черту, меня тошнит.
– Что это значит? – прозвучал над его головой приглушенный голос консула (как всякий хороший эксцессер, Саймон выучил под гипнозом множество инопланетных языков, в том числе манокарский). – Видгал, куда подевались ваши люди, чем они занимаются?
– Разминулись, наверное… – виновато ответил Видгал. – Я разберусь, ваше превосходительство.
Саймон осторожно раздвинул пальцы и огляделся: Тины и офицера рядом не было.
– …Вот здесь проходит вентиляционная шахта. Попадете прямиком на девятнадцатый.
– Я могу при необходимости воспользоваться имплантированными приспособлениями?
– Идет, потом сошлетесь на меня. Я разрешил.
Что такое?.. Саймон нахмурился: неужели этот недальновидный солдафон разрешил киборгу пользоваться имплантированным оружием? Да тут сейчас такое начнется… Все киборги – убийцы, это общеизвестный факт!
– Господа, отойдите подальше!
Саймон чуть не рванул бегом по коридору, но вовремя опомнился: ведь если Тина кого-нибудь (но не Саймона Клисса!) убьет – это будет хороший сюжет, и он оправдается перед шефом. Несмотря на столь привлекательную перспективу, ему приходилось буквально насиловать себя, чтоб оставаться на месте. Мейцан и на этот раз помог совладать со страхом. Отключив звукоусилитель, Саймон осторожно высунулся из-за спины гинтийца и приготовился к съемке.
– Видгал, вашим людям ничего нельзя поручить! – услыхал он рядом зловещий шепот консула. – Вы послали восемь оболтусов – где они сейчас, а? Я вас спрашиваю или не вас?!
– Они придут и доложат, ваше превосходительство…
Саймон поморщился, его раздражала их бестолковая болтовня. Тина между тем на несколько метров отступила от стены, а потом с разбегу прыгнула, пробив ее своим телом.
– Все в порядке, дамы и господа! – обратился к публике офицер. – Наша гостья – киборг, она согласилась принять участие в спасательных работах на девятнадцатом ярусе. Пожалуйста, не приближайтесь к пролому и сохраняйте спокойствие.
Издав глухой стон, Саймон опять опустился на корточки. Его подло обманули! Значит, Тина никого не убьет, а будет вместе с роботами разгребать завалы. Ну кому это нужно – спасательные работы, самоотверженные герои и прочая слащавая дребедень? Такой материал дорого не продашь. А если шеф перестанет давать ему мейцан, его жизнь превратится в ад, но этого никто не понимает. Народ зашевелился, послышались тихие возгласы. Саймон поднял затуманенный взгляд: по коридору плыл вытянутый белый эллипсоид, за ним второй, третий… Они бесшумно исчезли в проломе. «Коконы спасения». Значит, на девятнадцатом есть тяжелораненые, возможно даже, умирающие. Если удастся заснять кого-нибудь, кто агонизирует под обломками, или раздавленный труп… Воспрянув духом, Саймон вскочил на ноги и устремился к пролому, но дорогу ему загородил все тот же офицер:
– Вы куда?
– Туда… Мне надо на девятнадцатый, я хочу вам помочь!
– Подождите здесь. Там опасно.
Саймон мысленно выругался: опасно остаться без мейцана, все остальное – сущая ерунда.
– Послушайте, я хочу спасти людей, которые там погибают!
– Успокойтесь, пожалуйста.
Отшвырнув надоедливого охранника с дороги, Саймон шагнул к пролому, но вдруг ноги подкосились, он упал. Его знобило, кожа покрылась холодным потом. Кто-то схватил его под мышки, оттащил в сторону и усадил, прислонив к стене.