Чтение онлайн

Коротышка отошел от стола; рыжий встал и направился к двери, остальные трое последовали за ним. Тяжелые бластеры покачивались на их бедрах. Когда они поравнялись со столиком Генри, он поднял пистолет и навел его на квадратную пряжку на поясе, перетянувшем внушительный живот рыжего. Громила замер, его веснушчатая рука потянулась к бедру, остановилась, упала вниз. Шедший за ним третий присел, схватился за бластер…

Генри сдвинул свой пистолет на дюйм в сторону, пристально посмотрел в глаза присевшему. Тот медленно выпрямился, опустил руки.

Генри повернулся

к столу, бросив беглый взгляд на мужчин у стойки. Они согнулись над своими стаканами, не замечая происходящего.

— Что это за игра, дедушка? — проскрипел рыжий.

Генри едва повернулся, не сводя глаз с лица громилы. Бесцветные глаза того прищурились под густыми рыжими бровями.

— Тебе что, жизнь надоела? — начал было он, но выражение его лица быстро изменилось.

— Хоуд! — рявкнул он. Стоящий за ним человек осторожно вышел вперед, впился взглядом в лицо Генри.

— Ты его видел раньше?

— Нет, я… — Хоуд осекся, рот его открылся… — Господи Иисусе…

— Угу… — сказал рыжий. — Ладно, папаша. Кто знает, может ты и не выстрелишь…

Он медленно отступил, его люди за ним. Медленно они сели на свои места. Генри наблюдал за ними, положив бластер на стол и нацелив его на грудь рыжего.

Сидя за своим столиком, Генри отлично видел и входную дверь, и четверых в конце комнаты. Медленно тянулись минуты. Мужчины о чем-то шептались. Хоуд встал, осторожно подошел к Генри, посмотрел на бластер. Его язык вывалился изо рта, облизал верхнюю губу.

— Слушай, — начал он. У него был слабый, хриплый голос, как у человека, которого когда-то слишком сильно придушили. — Расти сказал… Он хочет заключить сделку…

Генри взглянул на него одним глазом.

— Сделка эта — что-то купли-продажи. У тебя есть, что нужно нам, понимаешь? А у нас есть то, что нужно тебе.

Генри сидел в темной кабинке, не убирая пальца с курка бластера, нацеленного на грудь Хоуда, и молча ждал.

— Ты отдаешь Расти бирки и получаешь ее назад — в целости и сохранности.

Глаза Генри сверкнули из-под седых, косматых бровей.

— Она у нас, вот так-то, — сказал Хоуд. Он попятился к своему столу, не сводя глаз с Генри. — Слушай, я только передаю послание. Я не тот, кто…

Он порылся в кармане, извлек из него маленький предмет, завернутый в клочок грязной бумаги. Через мгновение Генри увидел в его руке золотую цепочку, на которой висел большой фиолетовый камень в оправе из золотой проволоки.

— Расти сказал, что когда ты это увидишь, то поймешь…

От качающегося камня разлетались цветные блики. Это был превосходный аметист, сорок карат, который отполировали, сохранив при этом его природную форму. В последний раз Генри видел его на шее Дульчии…

Он встал, порывисто вышел из кабины. Хоуд снова облизал губу.

— Так что, ты не будешь ничего делать, или…

Генри изо всех сил ударил Хоуда по ключице стволом бластера, тот с пронзительным воплем отшатнулся, упал на спину. Капитан размахнулся и двинул его ногой под ребра. Хоуд встал на четвереньки, заполз под стол. Мужчины, сидевшие

у бара, стали поворачиваться, их рты раскрылись от изумления. Генри подошел к столу, где его ждали Расти и двое его людей. Рыжий громила поднялся, шагнул в сторону капитана, остановился и стал ждать, засунув пальцы под ремень. Оставшиеся двое отодвинулись назад, не спуская глаз с бластера.

— Успокойся, папаша, — тихо проскрежетал Расти. Когда дуло было в пяти футах от него, он сделал шаг назад. — Девочка у нас, ты это знаешь. Так что лучше давай сотрудничать.

Генри обошел вокруг и встал так, чтобы держать в поле зрения дверь и мужчин у стойки.

— Опусти бластер, — сказал Расти. — Теперь тебе не придется им воспользоваться. Положи его вот сюда на стол и пошли со мной. Я отведу тебя к девчонке.

Прищурившись, он наблюдал за Генри. Капитан стоял, не двигаясь, нацелив оружие на рыжего.

— Ради всего святого, скажи хоть что-нибудь, — рявкнул Расти. — Ты ведь не хочешь, чтобы малышку убили из-за каких-то вшивых бирок…

Генри сделал резкое движение. Расти вздрогнул, руки его дернулись вверх.

— Ну давай, черт тебя дери…

Генри швырнул бластер на пол, повернулся и пошел к двери. За его спиной быстро зашептались. Расти, оттолкнув его, прошел к выходу, рука его сжимала бластер. Он с ухмылкой распахнул дверь и сделал приглашающий жест пистолетом.

— Дедуля, я уж было подумал, что у тебя крыша поехала. А теперь пошли, повидаемся с человеком, у которого есть, что тебе сказать…

Взгляд Расти переметнулся на мужчин у стойки, которые, открыв рты, наблюдали за происходящим.

— А вы, придурки, ничего не видели, — рявкнул он. — В таком случае считайте, что вам повезло, поняли!

Генри пошел вслед за рыжим на улицу, влез на пыльный, старый турбокад. Мотор заревел и машина поехала к огням громадных башен, возвышавшихся за портом. Когда они поворачивали за угол, взгляд Генри упал на высокую фигуру Бартоломью. Он стоял на обочине и смотрел им вслед.

Они приехали в грязный отель, комнаты которого были нанизаны на кособокий каркас здания, словно картонные бусины. Войдя внутрь через заднюю дверь, они прошли мимо переполненных мусорных корзин, поднялись на скрипучем лифте на десятый этаж, прошли по наклонному полу к двери, перед которой расположились, сосредоточив все внимание на зубочистках, два неприятных типа в дешевой и яркой одежде. Их глаза впились в Генри. Расти прошел между ними, толкнул плечом дверь, не отнимая руки от бедра.

— Я с тебя глаз не спускаю, папаша, — сказал он мягко. — Так что никаких выдумок!

Убранство комнаты было кричащим. Поляризованные панели испускали пурпурный свет, падавший на сплетенные из ослепительно блестящего полиэтилена ковры. Стены были увешаны подлинными картинами, изображавшими сцены из ночной жизни на экзотических планетах. В каждом углу горела затененная лампа. На обитом желтым плюшем с высокой спинкой кресле восседал сенатор Бартоломью, на нем был тесный деловой костюм строгого покроя, застегнутый на все пуговицы.