Гонец. Том 1
Шрифт:
Цинус раздраженно поджимает губы:
— Мальчик, ты хоть понимаешь, что только что обрек себя на мучения? А ведь мог уйти отсюда без боли. Спокойно прожить свои последние дни.
Вот и проговорился. Этот вымогатель с самого начала не верил, что даже с его зельями я дотяну до конца недели. У него просто чешутся руки обобрать малолетнего смертника.
— Последний шанс, Леон.
Ох, как же он достал.
— Немилость Короля не стоит пары склянок, мастер, — учтиво, но твердо замечаю я. — Или вы предлагаете мне рискнуть и навлечь на
Целитель раздраженно кривится, и это зрелище доставляет мне удовольствие. Теперь Цинус просто не может открыто настаивать на сделке, не наговорив при этом на государственную измену.
— Свободен, — процеживает он сквозь зубы, глядя на меня как на упертого барана, который радостно шагает прямиком на бойню.
Ну и я и выхожу из кабинета.
— Хорошего дня, сестра, — бросаю на ходу девушке, которая всё так же возится с медицинскими инструментами.
— Эм… да, и тебе, — растерянно отзывается она, удивленно хлопая ресницами. Явно сбита с толку моим подозрительно бодрым тоном. Всё-таки чертовски приятно уделать ушлого вымогателя по его же собственным правилам.
На улице, возле учебного корпуса, уже топчется моя группа. Две другие десятки нашего потока уходят на хозяйственные работы и поглядывают на нас с завистью.
— А чего они так смотрят? — спрашиваю я, подходя к своим.
— Тимур уже всем растрепал, что мы прямо сейчас идем на лесное ориентирование, — отзывается Кира.
— Пусть знают, — самодовольно хмыкает светловолосый.
— Ясно, — киваю я и перевожу взгляд на блондинку. — Лина, а мы кого-то ждем?
Она ожидаемо вздыхает на сокращение своего имени, но отвечает:
— Мастера Кендвига. Сказал, сам поведет нас в лес.
Рита косится на меня:
— А ты где прохлаждался?
— В библиотеке. Столько полезного узнал.
— Везет, — с искренней завистью тянет Лина. Она еще в первый день порывалась туда попасть, но, видимо, вчера ей не хватило времени перед отбоем.
Тут к нам вальяжно подходит незнакомый Бегун. Обводит нашу десятку скучающим взглядом и останавливается на Рите.
— Ну, давай ты, чернявая, — небрежно кивает он. — «Ель» на риманском?
Брюнетка округляет глаза.
— Но… в списках не было такого слова. Только сосна и дерево.
— Сто приседаний, — равнодушно бросает Бегун.
— Но его правда не задавали! — возмущается Лина, вступаясь за подругу.
— Вы сейчас у меня всей группой доболтаетесь, — хищно оскаливается старшак.
Я быстро прогоняю в голове словарные списки. Слова «ель» нам действительно не давали. Зато там точно была «сосна». В риманском наречии она образовывалась составным понятием: корень «дерево» плюс «голая нога» — намек на высокий лысый ствол.
Выстраиваю логическую цепочку. Если ель — это дерево, чьи пушистые ветки опускаются до самой земли, значит, по их словообразовательной логике это… дерево с мохнатой ногой?
Пазл складывается. Я напрягаю память, выуживая из заученного списка нужные слоги. Слово «мохнатый»
— Я могу попробовать назвать, — бросаю.
— Я спрашивал не тебя, — обрывает Бегун.
— Если назову неправильно — пробегу штрафной круг вокруг всего Училища.
Повисает тишина. Линария озабоченно смотрит на меня. Для моего убитого тела это минимум полчаса адской агонии. Бегун окидывает взглядом мое осунувшееся лицо, и на его губах расплывается садистская ухмылка. Искушение увидеть, как толстяк будет сдыхать на дорожке, слишком велико.
— Ну, валяй.
— Арбор-хир-су, — уверенно произношу я, соединив «дерево» и «мохнатые лапы».
Лицо Бегуна вытягивается. Он несколько секунд буравит меня недовольным взглядом, но против лингвистики не попрешь.
— Кхм. Ладно, живите пока, — процеживает он сквозь зубы и, резко развернувшись, уходит докапываться до других послушников.
Вся группа переваривает произошедшее, удивленно глядя на меня.
— Лёня, ну ты даешь, — с уважением тянет Тимур.
— Арбор-хир-су… Дерево с мохнатой… лапой? — Лина забавно хмурится, пытаясь разобрать конструкцию слова.
— Или ногой, — киваю я.
— Ты что, сам догадался?
— Нет, мне лично на ухо подсказал бог Гонцов, — с серьезным лицом отвечаю.
Лина пару раз непонимающе хлопает ресницами, а потом со вздохом качает головой:
— Опять твои дурацкие шутки, Вальд, — фыркает она, но без всякой злобы.
— Спасибо… Лёня, — тихо выдыхает Рита, опустив глаза.
Видно, как сильно её сейчас ломает от неловкости. Выдавливать слова благодарности тому, на кого сама же с утра катила бочку— то еще испытание для гордости.
Вообще-то, спортивная брюнетка без особых проблем справилась бы с сотней приседаний. Физически она натренирована куда лучше большинства из нас. Но тут дело в принципе: этот штраф был откровенно незаслуженным, старшак просто искал повод докопаться. Выполнять его было бы чистым унижением. Вот только поэтому я, собственно, и влез. Накосячила бы по делу — я бы не вмешался, и она честно отмотала бы всё от и до.
Да и, по правде говоря, пробежать весь штрафной круг мне бы в любом случае не пришлось. Ставки были не так уж высоки. Мастер Кендвиг с минуты на минуту должен забрать нас на ориентирование, и экзекуцию пришлось бы прервать на полпути. Потому я сам и предложил круг вокруг Училища, а не отжимания, ну а Бегун и повелся.
Кира в сердцах всплескивает руками:
— Я вообще не понимаю, почему все Бегуны такие злые. Они же, по идее, наши старшие товарищи.
— Ты просто обрати внимание, насколько их тут меньше, чем Новиков, — спокойно поясняю я. — Они прошли здесь через мясорубку. Видели, как ломаются и гибнут их друзья на испытаниях и заданиях. Сами терпели издевательства, выживали любой ценой, и теперь вся эта накопившаяся желчь просто ищет выхода.