Чтение онлайн

Девушка обхватила пальцами обнаженные плечи и нахохлилась, став похожей на обиженного птенца.

– Все время кажется, будто иду к нему на экзамен. Он всегда спрашивал то, чего не было в билетах.

– Пытался тебя завалить? – сочувственно спросил я. Франсуаз мягко намекнула мне, что молчание – золото, приказав заткнуться.

Переходы и лестницы вели нас вниз, в глубь подземного Маурдана. Несколько раз нам встречались гули – живые мертвецы, в серых одеждах. Они в основном занимаются уборкой туннелей.

На шестом ярусе

мы повернули направо. Здесь ходили совсем другие создания – молодые вампиры со сверкающими глазами, некоторые несли под мышкой толстые фолианты. По всей видимости, это тоже были студенты отца Чериньола. Над полом неслышно скользили привидения, а один раз мы увидели неупокоенного с отрубленной головой.

Падре Чериньола сидел в своем кабинете, и огромный моллюск, сидящий на его столе, освещал комнату. На столе священника лежала открытая книга, но он не читал, а откинувшись на спинку кресла, неслышно повторял молитву одними губами.

Когда мы вошли, падре открыл глаза и на его лицо вернулась улыбка.

– Рад видеть вас вновь, ченселлор Майкл, – сказал он, протягивая мне руку, без чего я вполне мог бы и обойтись. – Френки, моя лучшая студентка. Я говорил вам о том, что она наизусть выучила «Молот ведьм»? А ведь этого не требовалось программой.

Эту историю падре Чериньола рассказывал мне всякий раз, когда я приходил к нему, – наверное, Франсуаз и правда произвела на него неизгладимое впечатление.

– Всякий раз, когда вы приходите сюда, моя милая Франческа, мне так и хочется задать вам еще пару вопросов – просто чтобы убедиться, не забыли ли вы мои лекции. Помните ли вы, например, каково главное свойство шерсти оборотня?

Франсуаз помрачнела, и я в который раз подивился мудрости тех, кто основал Маурданский университет. Студентам здесь запрещено убивать преподавателей под страхом отчисления или, для закончивших вуз, потери диплома.

– Я как раз собирался поговорить с вами о хеттском манускрипте, – заметил я. – Хотел посоветоваться – некоторые места вызвали у меня сомнение.

Мой перевод был уже закончен, выверен и досконально вычитан Франсуаз, которая и правда нашла в нем восемь ошибок. Однако правила вежливости запрещают собеседникам прямо переходить к делу, будь то секс или древнее проклятие.

Падре Чериньола выразил полную готовность помочь мне, в первую очередь потому что знал – делать этого не придется. После того как мы расшаркались еще пару раз, я смог доползти до цели нашего прихода.

– Я разговаривал с Винченцо, – произнес я. – Он просил передать, что освобождает вас от обета молчания.

На лицо падре Чериньола набежала тень.

– Бедный старый безумец, – вымолвил он. – Живет, словно крыса, под землей. Жаль его.

Мысль о том, что сам он ведет точно такую же жизнь, не пришла в голову священнику.

– Каждый месяц Винченцо приходит ко мне, чтобы исповедаться. Не знаю, зачем он это делает – за последние полвека он не причинил

вреда даже кладбищенской крысе. Наверное, исповедь напоминает ему о тех временах, когда он был великим вампиром, наводившим ужас на жителей Миланда… Бог свидетель, какие бы грехи он ни совершил тогда, его нынешняя судьба – достаточное за них наказание.

Возможно, Господь и не был согласен с этим, но молния его гнева все равно не могла добраться туда, где жил падре Чериньола.

– То, что он рассказал мне о Маргарите и ее судьбе, сильно меня встревожило, – продолжал священник. – Но тайна исповеди связывала мне руки. Однако теперь, когда Винченцо освободил меня от обета, я могу действовать.

Он провел ладонью над моллюском, вздрагивавшим на его столе, и комната погрузилась в полумрак. Падре Чериньола не любил яркого света – говорили, что отец его тоже был вампиром.

– Маргарита происходит из рода могущественных магов, но сама она не имела способностей к волшебству. Ее мать, Констанцию, называли опасной колдуньей, и не зря. После ее смерти дар должен был перейти к внучке, Стефании.

Мерцающий свет бросал неверные отсветы на лицо священника.

– Маргарита так и не смогла смириться с тем, что ей выпала незавидная роль. Вам наверняка известно, таких людей называют «слугами» – промежуточное поколение, их задача в том, чтобы передать дар от дедов к внукам. Они подобны гонцам, несущим волшебство сквозь время, но им не дано коснуться его самим.

Падре Чериньола печально улыбнулся.

– Большинство людей принимает свою судьбу. Многие даже гордятся ей, это тяжелая ноша. Они обязаны привести в мир наследников, которые получат семейный Дар. Но еще важнее – юного колдуна надо воспитать, чтобы он использовал свой талант во благо.

Иногда мне кажется, природа поступила мудро, не возлагая на плечи человеку непосильный груз. Одни рождаются, чтобы быть волшебниками, другие – чтобы воспитывать новых. Успеть и то и другое людям вряд ли по силам…

Маргарита не смогла ни первого, ни второго.

Она не хотела заводить детей; ей казалось, что если ни одно дитя не выйдет из ее чрева, дар колдовства останется в ней и рано или поздно проявится, сделав ее чаровницей. Демонология учит, что это невозможно, но что стоят доводы разума, когда вопиет ущемленное самолюбие?

Стефания родилась только потому, что родители имели огромную власть над Маргаритой. Долгими ночами я думал о том, что этому ребенку лучше было вообще не появляться на свет, и мне кажется, Господь простит мне страшные мысли.

Незадолго до своей смерти старая Констанция наконец поняла, какую ошибку совершила.

К этому времени они остались в доме одни – три несчастные женщины, которые боялись и ненавидели друг друга. Муж Констанции умер уже давно. Говорили, будто она выпила из него все силы, чтобы стать более могущественной колдуньей. Не знаю, правда ли это, но такое бывает.