Гончаров и маньяк

Михаил ПЕТРОВ

Гончаров и маньяк

Детективная повесть

Глава 1

В небольшом кабинетике городской газеты, в криминальном отделе, два корреспондента пили чай, щедро разбавленный спиртом, и вели оживленную беседу. Впрочем, в основном говорил один, высокий, спортивного покроя блондин, только что возвратившийся из пресс-центра ГУВД, где он получил массу впечатлений. Под влиянием услышанного он возмущенно, захлебываясь от волнения, излагал своему старшему коллеге о вчерашнем, леденящем душу, преступлении.

– Нет, Анатолий, ты только подумай! За месяц три аналогичных убийства с изнасилованием! - заедая чай сухариком, возбужденно ерзал он на стуле. Туши свет!

– Владик, перестань

прыгать попугаем, - с видимым удовольствием прихлебывая напиток, посоветовал Анатолий Шульгин. - Лучше спокойно и толково объясни суть дела.

– А тут и объяснять нечего, - с новой силой взорвался журналист, выкладывая на стол несколько ксерокопий. - Изволь взглянуть своим опытным глазом. Может быть, ты скажешь, что эта девица вчера во второй половине дня пошла по грибы, а вместо этого в укромном уголке разделась, приколотила гвоздями свои ладони к пеньку и попросила проходящего мимо джентльмена поиметь ее во все мыслимые и немыслимые места, а в конце для полноты удовольствия потребовала вспороть ей живоn от лобка до грудной клетки?

– Не мели ерунды, - просмотрев фотографии, невозмутимо ответил Шульгин. - Ясно, что развлекался тип со сдвинутой психикой. Садист.

– Наконец-то до тебя дошло, - подливая себе хитрый чаек, с сарказмом заметил Серов. - Надеюсь, теперь-то ты не будешь отрицать тот факт, что в нашем городе завелся очередной серийный убийца и насильник?

– Господь с тобой, Владик, я этого и раньше не отрицал, только уверен не был.

– Извини, Анатолий, но надо быть полным ослом, чтобы не видеть идентичности этих преступлений. Все три молодые девицы прибиты к деревьям или пням ладонями вниз, все изнасилованы, и у всех вспороты животы. Чего же вам еще надо?

– Лично мне ничего, - достаточно резко ответил Шульгин. - Лично я увидел фотографии с места преступления только сегодня. До сих пор, как ты помнишь, дело ограничивалось одними разговорами.

– Так мне тоже их разрешали только посмотреть, - обидчиво ответил Серов.

– А сегодня дали в руки? - усмехнувшись, спросил Шульгин.

– Как тебе сказать... - замялся коллега. - Сегодня Андрюша Горлов немножко лопухнулся. Когда он разложил на столе эти снимки, его срочно вызвали к начальнику. Ну а я, пользуясь случаем и его ксероксом, позволил себе маленькую бестактность.

– За которую он, если узнает, отшибет тебе головенку.

– А то не узнает! Завтра же узнает. Надеюсь, что до вечера мы с тобой успеем состряпать убойную статью о новом суперманьяке нашего города?

– Как тебя понимать? Ты и меня хочешь втянуть в это дело?

– Обязательно, старичок, и ты мне еще скажешь спасибо.

– Сомневаюсь, более того, знаю точно, что ни капитан Горлов, ни наш Репей благодарности нам не вынесут. Однако работать нужно. Перейдем к существу дела. Бери лист бумаги и записывай, что нам известно по ранее случившимся преступлениям.

Итак, первой жертвой маньяка стала восемнадцатилетняя Валентина Степанова, абитуриентка филологического факультета педагогического института, - открывая пухлый потрепанный блокнот, начал Шульгин. - Ее труп был обнаружен в лесу недалеко от автовокзала в сторону Портпоселка и метрах в ста от дорожной магистрали. Двадцать пятого августа совершенно случайно на нее наткнулась гуляющая там парочка. Примерно на уровне метра от земли ее ладони были прибиты к стволу сосны. Лицом она была обращена к земле и находилась в полувисячем положении, так как полностью упасть на землю ей не давали вбитые по самую шляпку гвозди длиною до ста миллиметров. Тело ее было полностью обнажено, а вспоротая ножом одежда и нижнее белье находились рядом. Из-под живота свисали внутренности, выпавшие из тридцатисантиметрового разреза. У меня, кажется, все. У тебя есть что добавить?

– Есть. Судя по заключению судмедэксперта, она была убита

и изнасилована за сутки до того, как обнаружили труп, то есть двадцать четвертого августа в шестнадцать часов. А кроме того, Анатолий, ты забыл или вообще не знал об одной существенной детали. Своим жертвам маньяк заклеивал рот.

– Впиши свои дополнения, и пойдем дальше. Итак, у нас на очереди Галина Гудко, продавщица магазина "Ольга". Двадцать один годик. Обнаружена четырнадцатого сентября двумя грибниками в том же самом районе, но ближе к Портпоселку. Здесь картинка здорово разнится, из чего я и заключил, что это зверство совершил другой преступник. Распростертое тело лежит на спине. Ноги и руки, схваченные удавками, растянуты по всем четырем сторонам света и привязаны к деревьям. Рот залеплен пластырем. Изнасилована, а потом убита точным ударом ножа в сердце. Эти различия и заставили меня усомниться в том, что в обоих случаях действовал один и тот же преступник. Сходится только место преступления, но не его характер. Какие будут замечания и дополнения?

– Замечаний нет, а вот дополнение, и довольно серьезное, есть. Эта Галина Гудко работала в магазине, который ограбили за два дня до ее смерти, и ее рот, точно так же, как и у других девчонок, был заклеен пластырем.

– Верно, примем это к сведению, а теперь обстоятельно расскажи, что напел тебе в уши капитан Горлов.

– То, что он мне напел, не суть важно, а вот то, что я видел собственными глазами, есть смысл рассказать подробнее.

Сегодня, в девять утра, когда ты болтался неизвестно где и занимался черт знает чем, я как пчелка трудился и собирал пыльцу. А начал я именно с пресс-центра ГУВД. Приехав туда, я был неприятно удивлен отсутствием капитана Горлова. Его помощница, рыжая бестия Танюша, после долгих и утомительных уговоров сообщила, что он только что, в срочном порядке, отправился на происшествие. И этим она сказала все. Я-то знаю, что на уличную драку или бытовое убийство Андрюха не поедет ни за какие пряники. Я вцепился в нее, как бульдог в свиной окорок, и уже через десять минут знал о неординарном изнасиловании и убийстве. Понадобилось сбегать в буфет и купить ей шоколадку, чтобы она соизволила сообщить и о координатах места происшествия.

Не пожалев денег на такси, я вскорости уже оказался недалеко от того леска, где обнаружили предыдущие два трупа. Не скажу, чтобы мое неожиданное появление было встречено громом аплодисментов, но факт оставался фактом - я прибыл туда как раз вовремя. У тела кучковался весь милицейский бомонд, а машина с судмедэкспертами только-только подъехала. Стараясь держаться скромно и незаметно, я потихоньку подползал к трупу, так, чтобы все сказанное экспертами было достаточно хорошо слышно.

– Не томи, давай подробности.

– О том, что я увидел, ты можешь судить по ксерокопиям. Поначалу я, правда, вышел на выгодную точку и, расчехлив фотокамеру, собрался было заснять всю картинку произошедшей драмы вместе с ее главной героиней, но это мое прекрасное начинание было сразу же пресечено нетактичными и даже грубыми действиями ментов. У меня попросту отобрали камеру и хотели вообще выгнать взашей. Только мое обаяние и присущий мне шарм помешали им это сделать.

Как ты уже заметил, девчонку прибили к полуметровому пню. Правой щекой она лежала на окровавленных руках, несмотря на рот, заклеенный широким скотчем, черты ее лица были искажены зверской, нечеловеческой болью. Видимо, умирала она долго, ее внутренности были раскиданы, перекручены и как солью пересыпаны песком. На это же указывает и перепаханная земля у нее под ногами. Судмедэксперт, Иван Захарович Корж, категорично констатировал ее смерть не далее как в два часа ночи. Как и в первом случае, ее одежда была разрезана ножом со спины и валялась в метре от нее, это хорошо видно на фотографиях. Вот, пожалуй, и все.