Чтение онлайн

– О, точно, да. – Я выпрямилась на стуле, забыв о почте.

– Надеюсь, вы не против, что он дал мне ваш номер. Он сказал, что у вас был очень интересный разговор.

– Хм… да, был.

Повисла неловкая пауза.

– Так вот… Мне бы хотелось пригласить вас приехать ко мне в гости, на седер Песах [23] , если вы, конечно, не возражаете. – Элл говорила быстро, но четко выговаривала каждое слово. – Я не обижусь, если вы откажетесь, и я понимаю, что это очень странно – получить приглашение от незнакомого человека… и

у вас, возможно, есть планы со своей семьей…

– Нет, никаких планов нет. Песах… Это ведь совсем скоро, верно?

– Да. На следующей неделе. Я пригласила немало людей, так что вам не придется чувствовать себя неловко в компании членов семьи, которую вы не знаете. – Элл помедлила, потом добавила легким, ироничным тоном: – Не то чтобы я пытаюсь убедить вас в том, что ваше присутствие останется незамеченным…

Я засмеялась. Элл напоминала Чеда, ее голос звучал выше и гораздо мягче, но с теми же интонациями.

– Большое спасибо за приглашение. Только мне нужно свериться со своим графиком.

– О, вам не нужно отвечать прямо сию секунду! Но мы с удовольствием приняли бы вас в своем доме. Дэн и я, мы двое. Дэн – это мой муж. Он обожает принимать гостей, и Чед сказал, что вас могло бы заинтересовать наше приглашение.

– Он не ошибся.

– Прекрасно, – засмеялась Элл. – Мой брат – просто душка! Он – великолепный посредник, этот Чедди!

Пока мы разговаривали, я бегло просматривала свой ежедневник, все еще сомневаясь по поводу того, что смогу принять это приглашение.

– А я – что-то вроде выпавшего из гнезда птенца, которого он подобрал на земле?

– Нечто в этом духе, я думаю. Оливия, если вы хотите взять с собой кого-то еще, мы будем очень рады. Особенно если это избавит вас от неловкости в чужом доме.

– О, благодарю вас. – Я открыла ежедневник на дате, которую упоминала Элл. – Да, я с удовольствием приеду. С другом. Во сколько?

Я записала продиктованную ею информацию в ежедневник, и мы распрощались.

Откинувшись на стуле, я вернулась к размышлениям о горячем душе. Мысли о том, что казалось сейчас жизненно важным, вытеснили из головы все остальное.

Я сомневалась, стоит ли просить Алекса поехать со мной в гости к Стюартам. Я не была на седере много лет, но последний подобный вечер обернулся кошмаром. Трапеза затянулась на несколько часов, присутствующие слишком долго молились. Люди, которых я даже не знала, заставляли меня чувствовать себя глупо из-за непонимания всего, что происходит вокруг. Я не хотела подвергать Алекса такому испытанию и доставлять неудобства из-за моей собственной, личной поездки. И все же, когда он предупредил меня, что уедет из города по делам как раз тем самым вечером, я не смогла скрыть разочарования.

Сара тоже была занята, она собиралась провести седер со своей семьей.

– Ты знаешь, что всегда можешь к нам присоединиться, – пригласила подруга.

– Я знаю.

– Поверь, это будет совсем неплохо, – со смехом заверила

она. – Я – самая безумная из нашей семьи, а меня ты любишь.

– Уверена, это было бы здорово. Только я не могу взять четыре выходных прямо сейчас.

– Ладно, ладно. Но ты можешь приехать в любое время, Лив. Тебе это известно. Эй, может быть, в следующем году ты устроишь свой собственный седер!

– Т-т-т-т-точно!

И я отправилась в гости одна.

Я не знала, что именно следует надевать на седер, поэтому остановила свой выбор на длинной, цвета корицы юбке, кожаных сапогах до колена и мягкой блузке из кремового шелка. Утром я вымыла и уложила свои непокорные курчавые волосы, стянув локоны назад, в толстый пучок у основания шеи. Я чувствовала, что слишком нарядилась, но оказаться скромно одетой было бы гораздо хуже.

Я бросила взгляд вверх по тротуару, в сторону маленького каменного дома, две стороны которого казались почти одинаковыми. Свет лился из окон и освещал крыльцо. Я крепче сжала в руке бутылку вина, которую поместила в шелковый мешочек с этикеткой для подарка.

Мне пришлось звонить маме, чтобы посоветоваться с ней насчет вина. По голосу я поняла, что мать разрывалась между ликованием по поводу того, что я по собственному желанию решила принять участие в еврейском празднике, и печалью из-за того, что отмечаю Песах не с ней. И все-таки я воздала маме должное за то, что она не стала высказывать свои претензии открыто. Зато дала мне названия нескольких марок кошерного вина для Песаха и на прощание не удержалась от вопроса:

– Эти люди… Они милые?

– Достаточно милые для того, чтобы пригласить меня в свой дом на Песах, мама.

– Ты знаешь, что можешь в любое время приехать к нам, Оливия.

Конечно же я это знала, но не стала объяснять, по какой причине отказываюсь от ее приглашения. Она и не настаивала. Мы простились спокойно, без обычных колкостей.

Входная дверь отворилась, и оттуда выглянул привлекательный рыжеволосый мужчина.

– Оливия?

– Да, здравствуйте. – Я помедлила в нерешительности, не зная, стоит ли протягивать этому мужчине ладонь. Он мог счесть оскорбительным мое предположение о том, что незнакомые люди разных полов могут обмениваться рукопожатиями, даже в социальном смысле этого жеста.

– Дэн Стюарт, – решил проблему мужчина, сам протянув мне руку.

Мы поприветствовали друг друга.

– Эй, милая, у нас еще одна гостья. – Дэн прошел в ярко освещенную кухню и приобнял темноволосую женщину, стоявшую у раковины.

Она обернулась, вытирая руки о кухонное полотенце, и улыбнулась.

– Привет. Я – Элл. А вы, должно быть, Оливия? Проходите в гостиную. Я только выну ягненка из духовки, корейка сможет охладиться, пока мы начнем наш вечер.

Я сразу заметила Чеда, как и его спутника жизни, Люка, вместе с их дочерью Лией. Девочка смеялась, сидя на коленях у пожилой женщины, которая была так похожа на Элл, что не могла быть никем иным, кроме ее матери. Мама Дэна, Дотти, устроилась на другом конце стола, болтая с Марси и Уэйном, молодой парой с маленьким ребенком. Дэн успел представить меня всем присутствующим, когда где-то вдалеке зазвенел дверной звонок. Элл извинилась и отправилась открывать.