Чтение онлайн

На дух не переносил воинственных девок, деятельных серых мышей с чертями в омутах. Меня дико раздражали модницы, женщины старше откровенно пугали и вызывали отвращение. Я честно пытался гулять с девчонками, не получалось. Становился злым, хотелось убежать. И мысль, что этот мир точно не для меня, всё чаще посещала мою голову. И тут совершенно ни на кого не похожая девочка.

Я смогу о ней позаботиться! Все таланты, силы, сообразительность, предприимчивость… У меня же полный комплект черт характера,

чтобы стать успешным. А я все свои силы кину, чтобы наш «корабль» плыл по морю в тишине, и никто бы не заходил на его борт.

Дверь автобуса открылась, и мы вывалилась на остановку.

Они смеялись.

Буравкин тоже проникся к Даночке. Ведь легко быть мелким пацаном, когда рядом такая красивая девчонка. Не нужно выделываться, строить из себя кого-то. Казаться старше и умнее.

Егор не смог справиться с кринолином и просто напялил его на себя. Я смеялся, глядя на этого клоуна. Моя рука скользила по спине Мышонка… Куртка расстёгнута, она прижималась ко мне, чтобы залиться смехом мне в жилетку.

Её папа увидит во мне перспективу. Сейчас у меня ничего нет…

Но у кого-то ведь всё есть! Богатых женишков достаточно. Единственная причина, по которой мне могут не отдать её в жёны…

Дану могли не поставить в курс дела. И вопрос не в том, что она красивая, юная и невинная. Её чистота, искренность без фальши, отсутствие игры и кокетства очень сильно привлекали взрослых мужчин. Я наблюдателен, понял это почти сразу. Парни моего возраста и помладше не испытывали такого интереса, а вот те, точнее мы, кто столкнулись с трудностями жизни, вполне могли оценить всю прелесть, таящуюся в этой девушке.

Кто-то мог её присмотреть, кто-то мог уже с папой договориться.

Даже не спросят Дану.

И тогда я украду. Раз она не инвалид, раз ей не нужен опекун, я просто узнаю, что за болезнь у неё и увезу. Сменим имена и фамилии. Устроимся, проживём.

Пошли дружными косяками на хутор во главе с папой.

Оля паниковала, Егор ляпнул. Потёмкина пугала. Как сговорились! Папа – криминальная личность. Но сразу убивать меня не будут, мне же намекнут, чтобы я ушёл, даже могут денег предложить…

Матов не хватало.

— Что случилось? Тебе не нравится? — она целовала меня в щёку, хмурилась, пытаясь понять, что со мной происходило.

Любое её движение в мою сторону вызывало прилив счастья, радости и домашнего покоя, который был потерян вместе с мамой, домом и моей девственностью.

— Хочешь юбкой поделюсь? — гоготал Егор, пытаясь накинуть на меня кринолин, я ударил его. В шутку, но Дана опять не поняла.

Пока ещё не видела, как мы можем драться. Девочки таких игр опасались. А Дана ещё плохо разбиралась в эмоциях.

— Нравится, — кивнул я, и чуть улыбнулся.

Мы стояли напротив скульптуры из дерева. Это был медведь, похожий

на старика с палочкой, на покатом плече сидела деревянная сова, как живая.

*****

Старое здание городской больницы за невысоким забором, проход свободный. Между тремя корпусами парк с высокими деревьями. Ветер весенний и тёплый шумел в кронах. Лавочки все заняты. Полина к нам вышла со своей дымящей гадостью. Пока шла вроде ничего, чем ближе подходила, тем «грустнее» становились её плечи и печальнее синее лицо. Не ожидала увидеть Егора.

Тёма сама не знала, зачем её здесь держали. Ничего не сломано. Тётя просто работала в этом месте, можно сказать, спрятали до выяснения отношений.

Буравкин стал серьёзным: рожа кирпичом. Не понимал, зачем вот так себя корёжить, чтобы девчонке понравиться. Не сработало ведь.

А я мог не получить в долг, потому что с ним пришёл. У Тёмы на лице вырисовывался полный шок. Она без косметики, с фингалом под глазом. Футболка помята, легинсы короткие. Нормально выглядела. Для меня. Себе такой вид Полина не могла простить. Тоже только расслабилась, я Егора притащил.

В этом мире все в напряжении, строят из себя невесть что. А могли бы расслабиться. Как хорошо, что я Даночку встретил!

— Поль, — у Буравкина лицо съехало, брови растеклись по сторонам, голубые глаза сиротливо уставились на девушку его мечты, — малышка моя.

И полез обнимать.

Страдал он по ней, тенью ходил. Возможно, всё гораздо серьёзнее, чем я думал. Ведь возраст уже не подростковый. Могло быть такое, что Полина Потёмкина для Егора Буравкина стала единственной целью в жизни?

Почему нет.

Тёма прожигала меня взглядом ненависти, метала молнии и пыталась сразить наповал.

— Он плакал без тебя, пришлось привезти, — пожал плечами и быстро отправил ей сообщение.

Попросил денег в долг на два дня. Мог бы у Каримыча стрельнуть, но Тёма как-то привычнее.

Потёмкина отпихнула от себя Буравкина и глянула в телефон.

— Нет, — громко объявила Полина. — У отца неприятности. От меня это в тайне держат. Мать на измене, брат приезжал.

Я ничего не стал говорить. Нет, так нет. Но раз я промолчал, или у меня взгляд такой тяжёлый, Потёмкина начала нервничать.

— А вдруг мне больше не накопить денег?!

— Полин, найду работу, поступим, устроимся, — ожил Буравкин.

Вообще-то он от неё не этого хотел. Но, видимо, мои слова его тронули. Полинка — девушка сочная, за ней такие косяки пацанов ходили, что Егор явно не выдерживал конкуренции.

— Кто тебе пишет? — он хотел выловить её телефон. Не дала.

— Ты уже не вернёшься? — тихо спросила Мышонок.

— Даже на выпускной, — пожала плечами Полина, и в глазах карих застыли слёзы. — Вот так защищать друзей.