Голод
Шрифт:
Спокойного.
Отрешенного.
Малообщительного.
– Прости, просто, я оставил телефон в машине, как только приехал к девочкам и совершенно забыл про него.
– Это я понял, - усмехнулся брат, поднимаясь со своего места, чтобы сгрести меня в свои объятья, - Иди сюда, здоровяк!
Его крепкие руки обхватили мои плечи, и горячая ладонь похлопала по спине, когда я обхватил торс брата в ответ, радостно улыбнувшись.
Мне так не хватало его все эти годы.
Брат был единственным человеком на этой земле,
С кем я мог, не таясь, посоветоваться и рассказать о себе то, о чем другие и не подозревали.
..всю мою боль. Все мои ужасы и страхи….
– Надеюсь, ты помнишь, что обещал мне завтрак?
– Конечно, помню, - с улыбкой кивнул я, когда мы разжали наши братские объятья, - Для этого я сюда и приехал! Кстати, Кэтрин в своей палате, так что всё в порядке!
– Ты привез её?
– в глазах брата полыхнули странные чувства, которые он тут же запрятал в себе, и сначала я подумал, что мне почудилось.
Но от этих эмоций мне стало не по себе, когда я сконфуженно улыбнулся:
– Не должен был?
– Нет-нет! Я наоборот доволен, что это сделал ты!
В этот раз Рич улыбнулся совершенно искренне, и я почти вздохнул с облегчением, когда в дверь постучали, и в кабинет заглянула хорошенькая головка с каштановыми кудряшками и яркими карими глазами.
Глава 51.
Быстро осмотрев кабинет, словно в поисках кого-то, её карие глаза остановились на мне, окинув долгим изучающим взглядом, словно она пыталась для себя решить, правда ли то, что скорей всего уже принесла сорока на хвосте по поводу меня.
– Что случилось, Рози?
– улыбнулся Рич, опираясь руками на стол, и смешливыми глазами глядя на девушку, которая переводила восторженный взгляд с меня на брата и наоборот раз за разом, словно пытаясь найти 10 отличий.
– Что?
– девушка, кажется, потерялась в собственных мыслях, заставив Рича тихо рассмеяться своим коронным низким смехом, который так обожали женщины всех возрастов.
Я улыбнулся, переглянувшись быстро понимающим взглядом с братом.
– Я…я искала доктора Патрика. Он не у вас?
– Как видишь, нет, - всё ещё забавляясь, улыбался Рич, - Возможно он в ординаторской. А что случилось?
Девушка моргнула пару раз, снова принявшись смотреть то на меня, то на Ричарда, словно пытаясь выбрать на ком же ей остановиться, но спохватившись, что ей задали вопрос, быстро пролепетала:
– Он написал в мед. карте Кэт…эээээ…мисс Вин назначения, но забыл расписаться, вот я его и ищу!
Температура воздуха вокруг тела Ричарда резко упала, отчего я обернулся к нему, чувствуя, как моя улыбка быстро сползает с лица, потому что брат свирепел, подобно резкому шторму с ураганным ветром.
Его синие глаза в какой-то момент стали холоднее ледников Антарктики, и треснувший лед буквально летел острыми иглами в его
Нахмурившись, я шагнул к нему, зная, что ничего хорошего из этого не получится, но пока смутно понимая, что произошло, и что именно в словах девушки вызвало в нём такую жуткую реакцию.
На сколько я понимал, доктор Патрик всего лишь принимал смену у Рича, который должен был уйти, но до меня никак не доходило, что в этом было столь ужасного, что вызвало эти эмоции у брата.
– Дай мне, - голос Ричарда был ледяной и дрожащий от ярости, когда он резко протянул руку в сторону девушки, глаза которой стали огромными и перепуганными от резкой смены настроения Рича, когда секунду назад он смеялся и откровенной забавлялся, а теперь был подобно оголенным проводам под напряжением.
Рози несмело потопталась у двери, боясь даже двинуться с места, и, пытаясь отгородить её от надвигающегося шторма ярости брата, я быстро подошел к девушке, осторожно взяв из её ручек карту Кэтрин, мягко улыбнувшись:
– Спасибо, Рози, ты можешь идти.
Малышка вылетела за дверь так быстро, как только могла, а я быстро закрыл дверь как можно плотнее, чувствуя копчиком, что беды уже не избежать, и брат сейчас взорвется.
Я протянул ему бумаги, даже не посмотрев, что было в них, лишь сосредоточенно наблюдая за эмоциями Рича, и морально готовясь к тому, что мне предстояло как всегда принять на себя роль подушки безопасности, когда ярость Рича выйдет из-под контроля.
Дрожащими от ярости пальцами брат, пролистал историю болезни, зарычав сквозь зубы, словно зверь, и я, нахмурившись, шагнул к нему ближе на тот случай, если ему захочется погромить кабинет.
Дома он мог разнести всю комнату в порыве своего гневного предела, но дома это можно было сделать.
Дома были лишь те, кто знал о его вспышках ярости, а здесь…здесь он был шефом, врачом, спасателем сотен жизней, и нельзя было разрушить его имидж.
– Я говорил ему, черт побери!!!
Рычание Ричарда вибрировало в стенах кабинета, когда брат в ярости откинул историю болезни на стол, подняв полыхающие глаза:
– Я ГОВОРИЛ ЕМУ!!!!
Вот черт!
Всё становилось хуже и хуже с каждой секундой, когда лед ярости начал стремительно трескаться в синих глазах брата, вырываясь наружу пламенеющим паром и огненными потоками пылающей лавы.
– Я ГОВОРИЛ, что Кэт моя пациентка! МОЯ! – внезапно заорал Ричард, шарахнув по столу руками с такой силой, что с него посыпались какие-то мелкие предметы, подставка для ручек и стопка исписанной бумаги.
– Ричард!
– подлетев к нему, я обхватил лицо брата ладонями, заставляя смотреть в мои глаза. К счастью, силы хватало, чтобы удержать его на месте - Успокойся, слышишь? Просто дыши, и постарайся мне объяснить, какого гребенного черта с тобой твориться?
Мне не показалось.
Я боялся услышать от него правду.